Девица высокого помета

Глава 4

Они ехали в машине, и Сашка не переставала удивляться:

— Это же надо, он даже ни капельки не расстроился. Ну, хоть вид сделал. Так он только обрадовался! Ужас какой.

— А мне вот другое запало — то есть, она собиралась выходить за кого-то замуж, а сама даже не любила, выходит, своего жениха-то?

— Тебя, Пашенька, тебя, — сморщила нос Сашка.

— Ну.. еще вопрос. Что за мужик с ней был? Она же не со мной приезжала.

— Конечно, она с любовником приезжала. Поэтому и говорила открыто и про свадьбу, и про то, что потом выйдет замуж, за кого хочет. Это ж для любовника — бальзам в уши.

— Но я-то еще не давал согласия!

— Не важно, главное, сама Милочка была уверена, что свадьба, это только вопрос времени. А девушка она была.. сам же слышал — если в башку себе вдолбит, то никуда не деться. Клещевина!

— Вот уж, Бог миловал.. — покачал головой Пашка. — Ладно.. похороны проведу, а там.. Ну было и было, урок мне на всю жизнь. Главное — надо про мужика узнать.

— Это сейчас обида в тебе говорит, ревность или..

— Или. Это во мне здравый смысл сейчас говорит. Может, этот мужик Ассирию и прикончил. Только надо придумать, как его найти.

— Может, на похороны придет, — предположила Саша.

— Он совсем дурак, что ли? Сто пудово не придет.

— Тогда и будем думать.

Домой они приехали после полудня, а уже вечером Саша стучалась в калитку сестры. Собаки уже рвались в гости прямо через прутья забора.

— О, проходите, — открыла двери Машка. — Тишка, заяц такой! Уговаривай Мишку на грумминг идти, а то он один не хочет.. Платошка, пойдем, я вам жилистую косточку купила.

— Маш, знаешь, где мы были? — устало прошла в кухню Сашка и плюхнулась в плетеное кресло. — У отца Люськи. И, оказывается, они ее зовут Мила.. как козу.

— А чего нового узнали? — навострила ушки сестрица.

— Того и узнали.. во-первых, отец категорически отказался ехать на похороны, он денег ждет, наследство.

— А у этой козы.. у Люськи было наследство?

— А это во-вторых, — подмигнула Сашка. — Оказывается, незадолго до гибели Люська приезжала к отцу с каким-то молодым человеком и рассказывала, что скоро выйдет замуж. Да, и станет богатой. И вот тогда-а.. тогда она сможет выйти замуж за того, кого хочет, прикинь!

— То есть, Пашка — это не тот, за кого она хочет?.. Погоди.. а что за молодой человек? Может быть, он ее и грохнул? — ничего не могла понять Машка.

— А смысл? Она ж еще не вышла замуж, богатой не стала. Но все равно, найти его надо.

— М-да.. новости.. А как к этому отнесся Пашка? Он слышал?

— Слышал.. Не нравится ему, конечно, но.. Говорит, что это станет для него уроком, а сам перезванивается с этой.. с Владленой. И, главное, от меня прячется, чтобы я не слышала.

— Да ладно? — фыркнула Машка и вдруг насторожилась. — А почему от тебя прячется? Может быть.. Может.. им есть, что скрывать?

— Не знаю.. Я б на его месте скрывала уже то, что они снова с этой Владленой, Хотя.. Можно подумать, я его за ноги держу! Надо, так пусть и шурует к ней! Маш, где у тебя нормальный чай, без этих добавлений из Шипра? — поморщилась Сашка, а потом задумчиво проговорила, — Но я знаю одно — нам теперь надо обсуждать все расследование только между тобой и мной, а потом уже смотреть — стоит ли говорить кому-то еще или .. или не стоит.

— Да, правильно!..Чай черный вон в той банке.. Значит, обсуждаем только ты, я и.. И Андрей. Он уже приступил к расследованию, — быстренько прощебетала Машка и подозрительно отвела глаза к окну. — Кстати, вот такой мужик! Егоровну сегодня привез, выгрузил. И со мной так.. Знаешь, так на меня смотрит, ты б видела..

Машка закинула руки за голову и мечтательно прикрыла глаза. Сашка вздохнула — похоже, у сестрицы начинался очередной брачный период.

— Представляю.. — резко прервала она мечтания близняшки. — Но знаешь, давай, все же, сначала мы с тобой обсуждаем, а уж потом все остальные.

— Хорошо. Ты ж меня знаешь, я — никому.

В пятницу были похороны. За день до этого сестры узнали, где будут хоронить Ассирию, а потом уже выбрали могилку, где они будут «оплакивать свою родственницу». Это была заброшенная могила какой-то бабушки. Травы здесь было столько, что можно было спрятать и верблюда.

Сыщицы подготовились серьезно. Сашка была одета в темную старушечью кофту, в какую-то рябую юбку и подвязана платком в белый горох. Машка и вовсе «косила» под мужика. Старые джинсы, куртка не первой свежести, да еще и шляпа, снятая с соседского пугала.

Пришли сюда сестры за полчаса до похорон Ассирии.

— Камеру принесла? — спросила Маша.

Саша достала из коробочки небольшую камеру и принялась закреплять ее на кресте, замаскировав новеньким веночком. Машка все это время активно дергала пожелтевшую траву.

— Маш! Ты сильно-то не старайся, а то будем здесь торчать, как два волоса на лысине! Нам же спрятаться где-то надо, чтобы в глаза не бросаться.

Машка немедленно бросила дергать сено, уселась на низенькую скамеечку, тут и показалась похоронная процессия, которая не спеша, двигалась к выкопанной могиле.

— Сашка, давай, снимай на телефон, — зашипела Машка, как-то странно припрыгивая возле могилки старушки.

— Маша, мать твою! — прошипела сестра. — Что ж ты скачешь, как крольчиха на свидании! Быстро схватила бутылку с водой и начала мыть крест.. Спокойно начала мыть.. Ого.. а чего ж народу — то почти совсем нет?

Машка лила воду из бутылки и разглядывала, кто выходит из автобуса. Народу, и в самом деле, было очень мало.

— Зато главные лица в сборе, — фыркнула она.

— Ты про Пашку?

— Чего это? Я про.. да то что — сама не видишь?

— Да что ж такое-то! — выдохнула Сашка.

Возле белоснежного гроба, усыпанного цветами, стоял поникший Пашка, какая-то помятая тетка с толстым животом, девушка бледного вида в огромных очках.. ветеринар — что удивительно, и.. ну как же без нее — рыдала навзрыд Алина.

— Нет, ты на нее посмотри, — шипела Сашка. — Она еще и вопит от горя!

— Ага.. Глянь, как к Пашкиному плечику припадает, — хихикала Машка. — Того и гляди, сама в могилку кинется.

— Кстати, зря мы не пошли. Некому нас было бы прогонять. И шум бы никто не стал поднимать.

— Это потому что мы не пошли. А если б пришли, сто пудов, нашлась бы какая-нибудь зараза, которая устроила бы панихид-шоу. А сейчас.. все чинненько и блахородненько.

— И чёйта вы тута делаете? — вдруг раздался мужской голос совсем рядом.

Сестры оглянулись. Рядом с ними стоял пьяненький мужик совсем не доброжелательного вида.