Страница 82 из 117
Алия часто замечала на себе пристальный, внимательный взгляд председателя. По наивности она решила, что он присматривается к ней, чтобы оценить ее работу. Обрадованная его дружеским расположением, она теперь часто советовалась с ним по вопросам, не дававшим ей покоя: деревне нужна была новая дорога, школа, детский сад…
С появлением Хаят Алия перестала брать дочь с собой на работу. Теперь дети были под присмотром. Хаят со слезами вспоминала о днях, проведенных в казенном доме, и всегда в конце добавляла: «Я уж думала, не видать мне ни тебя, ни родного дома». В маленьком домике вновь воцарилось счастье. Самое простое человеческое счастье, для которого достаточно лишь одного условия – чтобы семья была рядом.
А сегодня она собиралась топить баню. Старенькая серая баня благодушно поскрипывала, пока Алия скребла стены и пол речным песком. За вениками пришлось идти в березовую рощицу. Там-то и встретил ее проезжавший мимо председатель.
Нарезав длинных веток с упругими душистыми листьями, он, не слушая возражений, повез Алию домой. Она рассказывала о Хаят и детях, он – о полевых работах. В один момент он остановил машину и, обжигая взглядом ее лицо, проникновенно спросил:
– Алия, все не решался спросить, да и теперь не знаю, как отреагируешь… Скажи, ты замужем?
Алия вспыхнула вся до кончиков ушей. Улыбка погасла на лице, и она тихо ответила:
– Замужем.
Повисло неловкое молчание. У председателя на языке крутился новый вопрос, но он не решался его задать, полагая, что и без того своей бестактностью огорчил девушку.
– Вы, наверное, хотите знать, правда ли, что мои дети от разных мужей? – продолжала Алия. – Я знаю, что про меня в деревне говорят всякое, но вам скажу: да, это правда. Как правда и то, что моя дочь – от русского человека. И я не вижу в этом ничего плохого! – твердо сказала она. – Потому что мой муж – замечательный человек.
– И где же он? – все же решился спросить председатель.
Алия посмотрела ему прямо в глаза. Ему показалось, что она своими черными глазищами заглянула к нему в душу.
– Пожалуйста, не вынуждайте меня врать, – сказала она. – Этого я вам сказать не могу. Я слишком дорожу вашим хорошим отношением. Но когда-нибудь расскажу. Обязательно расскажу.
Он молча завел мотор, и до самой деревни они ехали в тишине.
«Я тоже когда-нибудь расскажу тебе свою тайну, – думал про себя председатель. – Но не сейчас. Я боюсь, что ты изменишь обо мне свое мнение и станешь думать плохо. Собственно, ничего другого я и не заслуживаю».
– Поговорим о чем-нибудь другом! – предложил он великодушно. – И прости, что спросил. Больше не буду.
Большая туча перекрыла небосвод и застыла на небе, грозя проливным дождем. Природа замерла в ожидании, сильный ветер гнул деревья к земле, но дождя не было.
Неся в сердце тяжелую ношу, равную по силе грозовой туче, ехал домой Анвар Нуриевич. Дома ждала его Танзиля – сама мрачнее самой черной тучи. Впереди был тяжелый разговор.