Страница 4 из 59
— В доме живет только домработница? – продолжила я ее расспрашивать. И выяснила, что да, в доме постоянно проживает домработница. Она же при необходимости, например, генеральной уборки занималась, наймом персонала. Более никого из прислуги у Кристины не было. Камер на территории поселка вроде бы нет, но Людмила Анатольевна не уверена в этом.
Я распрощалась с женщиной, вышла из подъезда и подошла к своей машине. Поскольку расследованием убийства Кристины Веретенниковой занимается полиция, то поеду-ка я сейчас в Управление полиции к Владимиру Кирьянову. Наверняка у него уже имеется информация о совершенном преступлении. Но, прежде чем ехать, я решила позвонить Кирьянову и уточнить, на месте ли он. А то могу проездить зря: ведь Владимир не сидит на месте, его часто вызывает руководство.
— Я слушаю, – сказал Владимир, когда я позвонила.
— Володь, привет.
— А, Тань, привет, – сказал Кирьянов.
— Володь, ты в ближайшее время никуда не собираешься? – спросила я.
— Я-то, может, не собираюсь, но это совсем не означает, что меня не могут вызвать.
— Я понимаю. Тогда я уже еду к тебе, – сообщила я.
— Хорошо, жду тебя, – сказал Владимир.
Я нажала на «отбой» и поехала в Управление полиции.
— Уф, успела, – сказала я, входя в кабинет Кирьянова.
— Да, успела меня застать на месте, – кивнул Владимир. – Однако ты, Тань, успела, насколько я понял, и встрять в очередное расследование. Я угадал?
— Как всегда.
— А кто-то говорил, что собирается максимально расслабиться после недавно завершенного дела. Или это была не ты?
— Я, я это была. Но, видишь ли, в чем дело. Если сразу же после одного расследования появляется новый клиент, то я не могу позволить себе проигнорировать просьбу помочь и отправиться на отдых. Потому что потом следующего заказчика расследования, возможно, придется ждать неизвестно сколько времени.
— Да, ты права, Тань. Частный сыск – он такой непредсказуемый.. – задумчиво изрек Кирьянов.
— Да, все так, – согласилась я. – Но давай я уже перейду к делу.
— Давай.
— Володь, совсем недавно мне позвонила Людмила Анатольевна Таратутина и попросила найти убийцу ее дочери. Она сказала, что Кристину Владимировну Веретенникову утопили в ванне в ее собственном коттедже в поселке «Юбилейный», – начала я.
— И эта Таратутина, конечно же, обвинила полицию в бездействии, в том, что расследование продвигается недопустимо медленно, – продолжил Владимир.
— Да нет в общем-то, – пожала я плечами. – Напротив, посочувствовала: у вас тут, мол, расследований выше крыши. Вот она и попросила меня помочь ей.
— Понятно, – кивнул Владимир.
— Так что уже известно по этому делу, Володь? – спросила я. – Поделишься? Или, если у тебя со временем туго, можешь дело дать пролистать. Сам знаешь, никому не скажу.
— Кристину Владимировну Веретенникову нашли вчера утром. Ее утопили в ванне, – начал рассказывать Владимир.
— Постой, Володь, а почему считается, что ее утопили? Может быть, женщине стало плохо, когда она принимала ванну, она потеряла сознание и захлебнулась, – высказала я свое предположение.
— Тань, ну так наш судмедэксперт осмотрел тело, на котором были следы чужих пальцев. В перчатках, естественно. Так что следы не следует понимать буквально, это не отпечатки пальцев. Нет, Кристину Веретенникову именно утопили, – продолжил Владимир.
— Значит, несчастный случай отпадает? – Я вопросительно посмотрела на Кирьянова.
— Абсолютно.
— Ну ладно, продолжай, Володь, – попросила я.
— Так вот, Кристину Веретенникову обнаружила ее помощница по хозяйству Алевтина Александровна Рахматуллина. Женщина возвращалась из города рано утром, примерно около шести часов. Она сказала, что была на свадьбе у своей племянницы и поэтому осталась ночевать в доме брата. В доме все было перевернуто вверх дном, ящики шкафов, тумбочек и комодов выдвинуты, их содержимое выброшено на пол. Скорее всего, убийца искал что-то важное для него. Это была первоначальная версия. Мы попросили Алевтину Александровну проверить, исчезли ли из коттеджа какие-нибудь вещи. При беглом осмотре все в основном осталось на своих местах. Не было только телефона Кристины Веретенниковой и некоторой суммы денег в ее сумке. Сумку мы изъяли для проведения экспертизы, с ней сейчас занимается специалист. Домработница обещала сообщить, если обнаружится какая-либо крупная пропажа. Так что напрашивается вывод, что бардак был специально устроен для того, чтобы имитировать ограбление. Как оказалось, что, помимо убийства хозяйки коттеджа, случилось еще кое-что: из дома исчезла ее приемная дочь Екатерина Серебрякова-Веретенникова. Ее телефона в коттедже тоже не было. Девушке недавно исполнилось шестнадцать лет. Веретенниковы удочерили Екатерину пять лет назад, когда умерла их родная дочь Клементина. А до этого Екатерина воспитывалась в детском доме, поскольку ее родители погибли в автокатастрофе, а старшая сестра отца девочки, которая оформила над ней опеку, лишь ненадолго пережила их, – сказал Владимир.
— И как поиски? – уточнила я, недоумевая: почему, спрашивается, Таратутина мне ничего о приемной внучке не рассказала?
— Тань, сама знаешь как. В розыск девушку объявили, разумеется. Но пока результатов – ноль.
— Странно, что Людмила Анатольевна ничего не сказала о том, что супруги Веретенниковы удочерили воспитанницу детского дома. Таратутина говорила только о дочери Веретенниковых – Клементине. Которая погибла как раз пять лет назад, – сказала я.
— Ну, возможно, Таратутина не считала удочеренную девочку своей внучкой, поэтому не сочла нужным рассказать о ней, – предположил Владимир.
— Да, ты прав, Володь, скорее всего, так и было. К тому же у Людмилы Анатольевны с дочерью были довольно непростые отношения. И та и другая – дамы авторитарные, друг другу не уступали. Возможно, что Таратутина даже была против удочерения ребенка из детского дома. Но Кристина поступила по-своему, – предположила я и спросила: – Да, кстати, а что по поводу причастности Екатерины к убийству ее приемной матери? – спросила я.
— Ну, пока на этот вопрос трудно дать однозначный ответ. Дело в том, что, как оказалось, Екатерина отправила своей бывшей воспитательнице по детскому дому Веронике Георгиевне Стародубкиной эсэмэску, в которой был призыв о помощи. Она написала буквально следующее: «Она ее утопила, помогите». Я уже дал поручение специалистам определить местонахождение этого телефона и заодно сделать распечатку звонков, – сказал Владимир.