Страница 3 из 59
— Нет и еще раз нет, – твердо ответила Таратутина. – Когда я сказала, что Кристина была безумно в него влюблена, это не означало, что и у него были к ней такие же чувства.
— А-а, теперь понятно, – сказала я.
— Более того, Соболева, кроме пьянки со своими дружками-собутыльниками, больше ничего не интересовало. В конце концов он спился, из театра его выгнали, так что в лучшем случае он где-нибудь сейчас прозябает. А вот Василий Юрьевич относился к Кристине как к хрустальной вазе. Он все для нее делал. Когда он сделал ей предложение, то сказал, что она может и не работать, что он ее всем обеспечит. Вот такой был мужчина, – с грустью закончила Людмила Анатольевна.
— У них есть дети, Людмила Анатольевна? – задала следующий вопрос.
— Была одна дочь Клементина, Клёмушка, – тоже с печалью в голосе ответила Таратутина.
— А почему «была»? – спросила я.
— Потому что Клементина умерла несколько лет назад. Василий Юрьевич так и не смог пережить эту потерю. Ведь Клёмушка была его любимицей. Она и похожа была на него очень. Сейчас я вам покажу фотографию.
— Как она умерла?
— А какая разница? Это же давно было, – удивилась Таратутина. Я объяснила, что в расследовании важным может быть все что угодно. И женщина рассказала, что ее внучку нашли убитой в лесополосе. Похоронили..
— А Василий Юрьевич? – уточнила я.
— Он еще три года прожил, но сердце сдавать стало. Сердечный приступ.. Не смог пережить смерть дочери.
Людмила Анатольевна встала с кресла, подошла к книжному шкафу и достала небольшой альбом. Перелистав несколько страниц, женщина вынула оттуда фотографию.
— Вот они здесь все втроем, – сказала она, протягивая мне фото.
На меня с фотографии смотрела на первый взгляд счастливая семья: очень красивая молодая женщина с белокурыми волосами, солидный мужчина в возрасте и маленькая девочка лет шести-семи с косичками. Да, Клементина действительно была очень похожа на своего отца. У них и выражение лица было почти одинаковое: открытое и радостное. А вот Кристина смогла только холодно улыбнуться в объектив.
Я вернула фотографию Таратутиной.
— Вы говорите, что Василий Юрьевич умер два года назад. За это время у вашей дочери мог появиться молодой человек, как вы считаете? – осторожно спросила я.
— Не знаю. Она мне не рассказывала. Говорю же, мы с Кристиной не сказать чтобы часто общались. Характеры у нас.. похожие, – грустно заметила женщина.
— А друзья, знакомые? Хобби, возможно? – уже не особо надеясь на ответ, продолжила я расспросы.
— Татьяна Александровна, вы простите, но я правда мало что знаю. Кристина вообще была не так чтобы очень общительна. В школе у нее еще были подружки, но потом разошлись по разным вузам и связь, насколько я знаю, не поддерживали. Когда Кристина замуж вышла, весь ее мир, как мне кажется, был связан с мужем и работой, а потом вот с дочкой. Про какие-то конфликты она не рассказывала, про ссоры там.. Вела себя.. ну, обычно она себя вела.
— У Кристины были братья или сестры? – спросила я.
— Нет, Кристина – моя единственная дочь, – с сожалением проговорила Людмила Анатольевна. – Я хотела еще родить, но не смогла. Как знать, если бы у Кристины были брат или сестра, то, возможно, все сложилось бы по-другому..
— Еще один вопрос: когда вы сказали, что у вашей дочери характер не сахар, что вы имели в виду? – спросила я.
— То, что Кристина была авторитарной, все делала по-своему, добивалась своего любой ценой. Кстати, «добиться» – это было ее любимое слово. Возможно, такой настрой она получила от меня. Даже не «возможно», а скорее всего, так оно и было. Я ведь тоже отличаюсь упертостью. Поэтому у нас с дочерью не было взаимопонимания и доверительных отношений. Признаюсь, я давила на Кристину, особенно в подростковый период. Ну а потом она вышла замуж, переехала к мужу. Общались мы с ней довольно редко, и эти встречи носили в основном формальный характер. Кристина и свою дочь воспитывала так же. Вот так по наследству это и передалось, – печально закончила Людмила Анатольевна. – И все равно она моя дочь. Я не хочу, чтобы тот, кто ее убил, остался безнаказанным.
Женщина помолчала, а потом спросила:
— Так как же, Татьяна Александровна? Возьметесь за расследование? Я знаю ваши расценки. Знакомые, которые мне вас рекомендовали, обозначили всю сумму. А я уже приготовила аванс.
Людмила Анатольевна снова подошла к шкафу и вынула из ящичка пачку купюр.
— Хорошо, я согласна расследовать убийство вашей дочери. Только сначала необходимо составить договор на оказание услуг частного детектива, – сказала я.
— Конечно, конечно, – закивала женщина, – делайте, как считаете нужным.
Мы составили договор, и я вручила Людмиле Анатольевне свою визитку:
— Здесь мои телефоны, звоните в любое время. Если вы что-то вспомните или же у вас появятся какие-то сведения по делу, сообщайте мне сразу же. Я тоже буду информировать вас о ходе расследования, – пообещала я. Уже собравшись уходить, вспомнила одну деталь: – Да, вот еще что. Вы мне не сообщили адрес, где проживала ваша дочь.
— После смерти Клементины и Василия Юрьевича Кристина осталась жить в их загородном коттедже в поселке «Юбилейный», – сказала Людмила Анатольевна и продиктовала улицу и номер дома.
— А кто сейчас находится в коттедже? Или он пустует? – уточнила я.
— Нет, там осталась помощница по хозяйству, ну, домработница Алевтина Александровна. Она работает у них давно, помогала присматривать за Клементиной. Я позвоню ей и сообщу, что вы приедете. Вы ведь собираетесь все осмотреть, не так ли? – спросила Людмила Анатольевна.
— А что еще вы можете рассказать об этой домработнице?
— Да ничего особенного. Мы с ней виделись-то всего несколько раз, я же говорила вам, у нас с дочерью отношения были прохладными. Хорошенькая, сдержанная, вежливая. Но.. Вы же разберетесь?
— Конечно, – кивнула я.
— Я предупрежу Алевтину Александровну, – еще раз сказала Таратутина.
— Скажите мне вот что еще. – Вздохнув, я прислонилась спиной к дверному косяку. Возвращаться в комнату и снова усаживаться на диван мне не хотелось, а новые вопросы возникли. – Поселок, в котором жила ваша дочь, охраняется?
— Если можно так сказать, – фыркнула женщина. – Забор поставлен, будка с охранником стоит. Но через забор и перебраться можно, я думаю. А охранник.. сама пару раз видела, что ворота открыты, а сторожа на месте нет.