Дважды бывший

— Похерил ты, когда начал совать член в других женщин, — напоминаю спокойно.

Вижу на его лице отторжение. Он не принимает, не понимает, что из-за него всё. Искренне считает, что это я виновата. Что это я разрушаю семью сейчас. Не слышит меня и даже не пытается осознать.

Напряжённый воздух, в котором искрится наша ненависть и боль, разряжает звонок его телефона.

Миша вынимает мобильник из кармана, и я вместе с ним бросаю взгляд на экран.

Звонит Сара.

Без фото, без смайликов, без подсказок в имени. Но я чувствую позвоночником, что это она. И реакция мужа это подтверждает.

Он зависает на несколько секунд, пытаясь понять, как реагировать на её звонок.

Этой заминки хватает для того, чтобы уйти из-под его эмоционального контроля.

Выхожу из дома, за ворота.

На улице уже темно. В посёлке нет нормального освещения, единственный источник света — луна.

Тихо.

Даже собаки соседей уже спят. Только где-то вдали протяжно и громко мяукает кот.

Иду вдоль дороги, между частных домов. Посёлок небольшой, всего три километра, и я уже через полчаса оказываюсь на трассе, ведущей в город.

Такси бы вызвать, но телефон, как и кошелёк, остались дома.

Возвращаться не хочется. От одной мысли, что придётся вновь столкнуться лицом к лицу с мужем, колючий мороз пробивает грудь.

В соседней деревне живёт моя подруга Вера. Всего каких-то пятнадцать километров по трассе.

Мы с Верой возим детей в городскую школу каждое утро, иногда меняемся: я подвожу её дочь, или она моего Димку. Обратно дети добираются на автобусе.

Надеюсь, подруга ещё не спит, смотрит какой-нибудь свой турецкий сериал, пока её муж Вадим и дочка спят.

Решаю прогуляться пешком до соседней деревни.

Боль и разочарование в жизни блокируют страх. Идея идти пешком пятнадцать километров по ночной трассе не вызывает ни капли опасений.

Потому что уже всё равно.

Кажется, что хуже уже не будет.

Глава 6

Холодный ночной воздух освежает мысли, охлаждает лицо и тело. Спустя час становится холодно.

По влажному асфальту временами проносятся автомобили. Их гул слышно издалека. Сперва доносится рёв мотора, затем — свет фар.

Каждый раз ускоряю шаг в надежде, что никто не остановится и не пристанет с вопросами.

Водители сами осторожничают, не спешат тормозить у одинокой женщины, идущей по обочине в столь позднее время.

Большая часть пути пройдена. Определяю оставшееся расстояние до деревни по появившемуся на горизонте небольшому мосту через мелкую речушку с названием «Гнилая». Мост старый, ветхий. Из года в год слои ржавчины маскируют всё более толстыми слоями краски. На машине время пути до Веры занимает от силы 10 минут. А пешком оказалось довольно далеко. За это время я успела отрезветь от эмоций, сильно замёрзнуть и проклясть своё спонтанное решение сбежать из дома на ночь глядя. О чём думала?

На мосту немного задерживаюсь, развеиваю мысли в смазанном отражении луны на поверхности узкой мелкой реки. Свежий воздух бодрит. Но хочется плакать. Без истерик и жалости, просто тихо выплакаться о своём горе. О разрушенной семье, о предательстве мужа. Признаться себе в этой тишине в том, что мне на самом деле страшно и я сама не знаю, как жить дальше.

Если бы не весенний холод, то, наверное, разревелась бы тут, на мосту. Но замёрзшее тело требует двигаться, чтобы согреться. Приходится быстро идти дальше.

Как только схожу с моста, из-под него на трассу выходит собака. Не маленькая дворняга. Вышла посмотреть, кто это тут бродит по ночам.

Ускоряюсь. Пёс не выглядит опасным, но после всех новостей о нападениях собак на людей просыпается какой-то неконтролируемый страх, поднимающийся из глубины груди и окутывающий полностью.

Пёс не отстаёт. Следует по пятам на небольшом расстоянии.

Я слышу его шаги и цоканье когтей по асфальту.

Оборачиваюсь на ходу. Их уже трое.

И все идут за мной, преследуют, будто добычу.

Теперь уже натурально страшно. Молюсь, чтобы хоть какая-то машина проезжала мимо. Но, как назло, звуков автомобилей не слышно даже вдали.

Только журчание реки, что становится всё дальше, и сопение бездомных собак.

Оборачиваюсь.

Их много. Мелкие, большие, средние. Целая стая! Откуда повылазили?

Помню, что собаки чувствуют страх и могут напасть, если испугаться. Заставляю себя перестать бояться, но, учитывая обстоятельства, это сложно.

Собаки всё ближе. Постепенно сокращают расстояние между нами, приближаются.

Самая мелкая начинает лаять. Остальные подхватывают.

От испуга пускаюсь бежать. Псы кидаются. Рычат, выставив передние зубы, лают, окружают. Выпрыгивают вперёд, пытаются ухватить за ноги, но пока сильно не атакуют.

Оборачиваюсь вокруг, испуганно осматриваю злобные морды с опасными острыми клыками. Бежать некуда. Они поймали меня в кольцо.

Что делать-то?

Дура набитая! Сидела бы дома — ничего бы не случилось!

Уже вижу заголовки утренних новостей: «Женщину загрызли собаки».

Подбираю камень под ногами. Небольшой, так как больших нет. Замахиваюсь.

Камень летит мимо, а мой жест провоцирует собак на атаку. Первый пёс кидается на ноги, кусает. Второй прыгает вверх, целится в лицо. Отбиваюсь руками — он цепляется за руку.

Внезапно оглушает визг шин. Сверхъяркие фары слепят глаза.

На нас мчится огромный чёрный автомобиль, как надвигающаяся тень, как грозовое облако. Резкий сигнал отпугивает собак. Большая часть бросается бежать, но некоторые остаются. Слышу, как хлопает дверь автомобиля.

На свет перед капотом выходит Макс. В руках парня деревянная бита. Не разбираясь, без сострадания к животным, он наотмашь бьёт битой по собакам. Пинает ногами тех, кто прыгает на него.

Собаки визжат, воют и разбегаются.

Странно встретить Макса посреди ночи на пустой трассе. Странно встретить его снова.