Страница 17 из 21
— Бывший. Встречались пару месяцев, до того как я познакомилась с мужем. — Вываливаю на Макса все подробности нашего короткого романа, который и романом назвать нельзя. — Егор развёлся три года назад, нашёл меня в социальных сетях, с тех пор мы общаемся по переписке. Ни разу не виделись вживую, только дружеское общение в чате. Но он не раз просил о встрече. Всё время говорит, что я была самой яркой девушкой в его жизни и что со мной у него был самый лучший секс. Думаю, он не откажется.
Пишу Егору: «Спишь?» — и отправляю.
Сквозь синий туман алкогольного опьянения прорывается голос совести, напоминает, что мне будет стыдно завтра. Перед Егором — он ведь ни разу не намекал ни на какие отношения в настоящем. Только вспоминал прошлое, потому что во всей его жизни наши отношения были самым ярким периодом. И перед Максом тоже будет стыдно за своё поведение. Чёрт, я ведь не малолетка, чтобы так себя вести.
Макс молчит, как будто ему всё равно. Как будто я разговаривала со стеной всё это время. С застывшей усмешкой, унижающей моё женское достоинство, спокойно курит, смешивая никотин во рту с кислым шампанским.
— И чё, этот Егор? Приедет? — интересуется.
— Спит, наверное, — вздыхаю, убирая мобильник, принимая поражение.
— Тебе тоже не помешает, — отвечает, поднимаясь с кресла. — Номер оплачен, отдыхай. Утром заеду. — Бросает как бы между делом, направляясь к двери.
— Зачем? — кричу, чтобы услышал.
Вместо ответа слышу грохот хлопнувшей двери. Такой сильный, словно он швырнул её со всей силы.
Показалось?
Да, конечно. Но хочется думать, что я всё-таки смогла вывести его на эмоции.
Телефон подаёт сигнал о входящем.
Читаю сообщение от Егора:
«Не сплю. Есть предложения?»
«Давай встретимся?» — печатаю и сразу отправляю, пока не передумала.
Егор:
«Что-то случилось?»
Я:
«Развожусь с мужем»
Егор:
«Ну наконец-то! Куда подъехать?»
Пальцы бегло скачут по сенсору телефона, набирая адрес гостиницы. Внезапный, настойчивый, требующий стук в дверь сбивает с мыслей.
Открываю.
Макс врывается смертоносным вихрем. Сбивает с ног, напористо прижимает к стенке шкафа-купе у двери. Ни секунды на раздумья. Ни мгновения, чтобы одуматься. Лишает кислорода жадным, голодным поцелуем. Его мягкие, нежные губы терзают мои до сладкой, мучительной боли. Уверенный язык настойчиво заполняет рот. Это не поцелуй — это нападение, захват.
Мамочки, голова-то как кружится!
Макс завоёвывает моё тело, расширяя границы, а я, как тряпичная кукла, как бесхребетное существо, всё это позволяю. С радостью и желанием отдаюсь его губам, подчиняюсь его стремительному напору, не думая ни о чём. Мы вместе куда-то уплываем.
Моя спина скользит по гладкой дверце шкафа в сторону. Макс за мной, не отрываясь от губ, ослепший от эмоций и кайфа, пытающийся ухватить еще немного.
И мы падаем.
Пушистый, довольно толстый, мягкий ковёр из длинного молочного ворса смягчает падение.
Я смеюсь — и смех отрезвляет.
Макс встаёт, помогает подняться мне. Притягивает к себе, обнимая за талию одной рукой. Не нападает больше — просто смотрит. Изучает глаза. Долго задерживается на губах. Кончиками пальцев, едва касаясь, проводит по моему вспотевшему лбу, убирая волосы в сторону. Его взгляд фиксируется на моей правой брови. Там есть маленький, почти незаметный шрам, оставленный когда-то его кулаком. Он проводит по брови большим пальцем, мягко и нежно. Я знаю, что он помнит. Он знает, что я не забыла. Но говорить об этом вслух кажется непозволительным. Большой палец скользит ниже, по скуле, до подбородка и срывается вниз, как с обрыва.
Макс прячет руку в кармане. Отходит немного. Отрезвляющий кислород бьёт по лицу, и мне это не нравится. Я хочу продолжения. Я готова!
— До завтра, — прощается Макс, уходит.
Сползаю обратно на ковёр, прижимаю холодные ладони к пылающим щекам.
Да, так правильно. Хорошо, что хоть один из нас не потерял контроль.
Глава 10
Утром в телефоне фестиваль из пропущенных с разных номеров от всех родственников, вперемешку с сообщениями, среди которых голосовые от Егора.
Адрес я ему так и не скинула. Хорошо, очень хорошо.
На удивление голова лёгкая, не болит. О похмелье напоминает лишь неприятный привкус во рту и лёгкая слабость во всём теле.
Стыдно за своё поведение. Не так чтобы вешаться, но неприятно. Нужно вернуться домой, к своим.
Хватит прятаться от реальности и убегать из дома как пубертатный подросток. Это взрослая жизнь, мать её, и я должна всё выстоять твёрдо на ногах, а не ломаться от каждого скандала.
Макс обещал заехать… Нет, он сейчас никак не вписывается в мою вселенную. Может, потом, после развода, когда я встану на ноги, можно будет продолжить дружеское общение, но не сейчас.
Я всё ещё возбуждена от одного поцелуя. Чувства скомканы, неразборчивым мотком в груди пульсируют. Приносят сладкую томительную боль и необузданное желание испытать это снова. И снова. И снова… Как в юности, когда целовались ночи напролёт, без передышки.
Не думала, что взрослые женщины способны испытывать нечто похожее. Всегда казалось, что эти эмоции только для молодых, для горячих, безрассудных.
На такси еду домой. По пути разгребаю сообщения в телефоне, отвечаю всем, чтобы не волновались. Извиняюсь перед Егором, признаюсь, что выпила лишнего. Он отвечает, что так и понял, обиды не держит. Предлагает свою дружескую поддержку. Договариваемся вечером посидеть в кофейне.
Ещё недавно даже мысли о том, чтобы пойти с другом в кафе, вызывали протест всего организма. Я не хотела компрометировать свою репутацию верной жены моряка дальнего плавания. Потому что знаю, что многие их жёны не такие честные, и многие заводят любовников. Мне казалось непозволительным бывать в мужской компании без Миши, даже если там кроме дружбы ничем не пахнет.