Чужая. Мой выбор

- Знаю, поэтому в знак уважения, предлагаю тебе компенсацию: лучшие девочки и готовая к отдыху ВИПка. Хотел сегодня с другом посидеть, да не срослось.

- Добро, — Азаров протягивает руку, — но я лучше в свой пентхаус поднимусь.

- Понял, сделаем, — жму руку Леониду и покидаю бокс. Люблю таких клиентов, понимают ситуацию, ценят приватность и уровень сервиса и, главное, не бычат.

Обратно возвращаюсь той же дорогой. В коридоре очень удачно сталкиваюсь со Степаном и даю распоряжение по поводу Азаровского пентхауса: «Зарядишь по полной, шампанское, закуски, ничего не жалей, и девочек из моей ВИПки туда отправь».

- Сделаем, Рустам Давлатович, — кивает так часто, что напоминает мне китайского болванчика.

Пусть выполняет, а за то, что к ВИП-клиенту отправил тупую овцу, он еще ответит. Спрошу по полной, но завтра, а сегодня... Дохожу до развилки и зачем-то сворачиваю не к кабинету, а в сторону черного входа.

«Покурить хочу на морозе и мозги проветрить» — объясняю себе.

Прикладываю ключ-карту к замку и толкаю тяжелую металлическую дверь. Морозный воздух белыми клубами тут же врывается в помещение, и я вдыхаю его, позволяя заполнить легкие до отказа, до приятной скребущей боли. Выхожу на крыльцо, задираю голову и...

- Кх, кх, — доносится откуда-то слева. Игнорирую, слишком уже красиво выглядит темное небо, усыпанное холодными искрами звезд.

- А-а-пчхи! — чей-то противный чих, намертво убивает эту блаженную красоту, и я вынужденно возвращаюсь на землю, а там...

На каменной клумбе, припорошенной снегом, сидит она, та самая рыжая ведьма, разгромившая приватный бокс и опозорившая меня перед Азаровым. Сидит без шапки, в коротенькой курточке и черных лосинах и нервно стучит по заледеневшему асфальту шпильками коротеньких сапожек.

- Твою мать!

Глава 3

Рустам

- Стоило оно того? — произношу, рассматривая засыпанный снегом задний двор клуба. Ответа, ожидаемо нет, но возня на клумбе усиливается. Рыжая трясущимися руками роется в телефоне, и я уже не уверен, каблуками она так громко отбивает ритм или зубами.

Задираю голову к небу и, стиснув челюсти, втягиваю еще одну порцию колючего воздуха.

Пробирает до кишок.

Кайфово.

Ежусь от гуляющего под рубашкой холодка, прячу руки в карманы, и пальцы сами нащупывают металлический корпус зажигалки.

«Да-а-а, — ликую, предвкушая, как тяжелый вкус сигарет заполнит выстуженные легкие».

Хлопаю по груди, определяя, в какой карман сегодня пихнул пачку, а дальше по накатанной: выбиваю тонкую сигарету, кручу в руках, мну фильтр, и только потом, выполнив весь ритуал, щелкаю зажигалкой. Струйка дыма бежит вверх, и, наблюдая за ней, я делаю первую затяжку, затем вторую... Гадость, конечно, бросать надо, но в комплекте с суровой реальностью — потянет.

- Апчхи! — раздается среди монотонного городского гула.

Закашливаюсь от неожиданности. Я уже и подзабыл, что у меня кто-то в клумбе сидит.

- Не услышал, — выбрасываю сигарету в ближайшую урну. - Стоила твоя идиотская выходка простуженной задницы?

Скрестив руки на груди, жду ответа и на этот раз меня не игнорят, одаривают презрительным взглядом, словно это я Азарова на хер послал.

- Я выполняла все, что о чем договаривалась когда... при трудоустройстве, короче. Я говорила, что не оказываю дополнительные услуги такого характера, — вздыхает и кутается в тонкую курточку рыжая. - Поэтому...

- Поэтому надо быть идиоткой, чтобы не понимать сути. Ты пришла устраиваться в «РедЗон»! Это не институт благородных девиц, а стрип-клуб с особыми услугами для уважаемых клиентов.

- Это... это незаконно. - Лепечет обитательница клумбы и наконец-то убирает с лица рыжие пряди, позволяя мне рассмотреть себя. Видно фигово, освещать задний двор наравне с Москва-Сити я никогда не планировал, но кое-что я успеваю выцепить: пухлые губы, светлые глаза... Голубые? Зеленые? Если зеленые, то точно ведьма, а если голубые...

-Бля-я! - Срывается с губ, когда удается немного рассмотреть лицо, полное упрямства и уверенности в своей правоте.

Начинаю подмерзать и тщательно, пуговица за пуговицей, застегиваю пиджак, а после наклоняюсь к рыжей. - Законы, девочка, пишутся людьми. В том числе такими, как мужик из ВИПки, которого ты сегодня бортанула. Подумай над этим, пока будешь ждать такси, говорят, холод стимулирует.

Я уже разворачиваюсь, грезя о теплом, уютном кресле и бокале коньяка, что ожидают меня в кабинете, но рыжая снова подает голос.

- Но я правда предупреждала Степана, вашего администратора. Сказала, что только танцую, он согласился, мол, нет проблем, танцуй.

- Так и сказал? — ухмыляюсь и рассматриваю красный огонек кодового замка на двери.

- Так и сказал, — не мешкая ни минуты, отзывается девка и что-то щелкает в голове, собирается, мать его, блядский конструктор. Семен неспроста так трясся и из клуба ее слишком уж по-быстрому выставил. Ни одеться, ни вещи собрать... Неужели грешен?

Поговорю с ним завтра, подлечу память, а сейчас в тепло... Вот только вместо того, чтобы уйти, я зачем-то снова вступаю в перепалку с ведьмой.

- Чтобы ты понимала, такое вот разрешение «просто танцевать» здесь, даю только я. - Специально выделяю интонацией последние слова, — и главное условие: твой «просто танец» должен приносить клубу бабло, соизмеримое с «особыми», как ты выразилась, услугами. Сможешь танцевать так, чтобы мужики теряли головы? Хотя, что нам до голов, для всех нас лучше, если они будут терять деньги. У?

- Я... я не знаю. - Голос рыжей дрожит.

- Ты же пошла в стриптиз, значит, на что-то рассчитывала?! Тупо стоя у шеста, — я еще раз окидываю взглядом ее невзрачный левый прикид, — много не натанцуешь.

- Я хорошо танцую, очень, и сегодня собиралась честно отработать, посидеть, там, с клиентом, или на выпивку раскрутить, а он в пентхаус сразу...

- Посидеть, раскрутить, — ухмыляюсь, не понимая какого лешего я стою с этой профессиональной эскортницей и мерзну. - Раскручивать, значит, умеешь, а в пентхаус — ни-ни?! Или ты из тех, кто при первом намеке сливается, расколотив реквизит?

- Реквизит вы уже компенсировали из моей зарплаты! - Огрызается рыжая, и я просто офигеваю от такой наглости. Ведьма! Вот стопудово ведьма!

- Уверена, что того, что натанцевала хватит на компенсацию? А если нет? - Завожусь, то ли от холода, то ли оттого, что сегодня все планы летят по звезде. - Степан сказал, ты там основательно потрудилась... Может, зря я тебя вот так отпускаю? А?