Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 62 из 260

В 1912 году Уолластон опубликовал свою вторую книгу «Пигмеи и папуасы». Два года спустя, когда он собирался вернуться в Новую Гвинею для третьей попытки восхождения на Карстенз, пришло известие, что Великобритания объявила войну Германии. Уолластон тотчас же отправился в Адмиралтейство и добровольно записался на фронт хирургом.

* * *

Хинкс, обсуждая с Уолластоном экспедицию к Эвересту, параллельно редактировал для Geographical Journal заметку о проблеме кислорода на большой высоте, написанную автором, которого по умолчанию включили в состав экспедиции, и всеми это воспринималось как само собой разумеющееся. На самом деле его кандидатуру не следовало рассматривать – по сути, этот человек стал первой жертвой Эвереста. После восьми экспедиций в Гималаи доктор Келлас имел больше опыта восхождений на высоту более 6 километров и знал о подходах к Эвересту больше, чем любой из живших тогда исследователей. Он определил шерпов как лучших местных носильщиков. Он рассмотрел и отверг как непрактичный вариант поддержки экспедиции с воздуха. Эксперименты, проводимые в военное время, дали Келласу колоссальный объем знаний о влиянии высоты и кислородного голодания на организм, и он часто делился этими данными с Уолластоном. Они активно переписывались всю войну, даже когда Уолластон служил в Африке и на Северном море.

В июне 1920 года Келлас отправился в Дарджилинг и вместе с Генри Морсхедом из Индийской геодезической службы начал серию научных экспериментов. Англичане стали проверять конструктивные особенности кислородных баллонов и практичность переноски сжатого газа на высоту. Поднявшись на отметку 7200 метров на горе Камет, Келлас пришел к выводу, что вес аппарата – очевидный недостаток, сводящий на нет все преимущества, которые дает искусственный кислород. Келлас также выяснил, что горелки Primus, предназначенные для использования на Эвересте, очень капризны, что их фактически невозможно разжечь выше 6 километров. Всю эту, а также другую важную информацию Келлас передал Хинксу в отчете, который готовился три недели и был отправлен 12 января 1921 года, на следующий день после того, как информация об экспедиции на Эверест появилась в газетах. Почти одновременно Хинкс написал Келласу с приглашением стать участником. Доктор в тот же день отправил Хинксу записку, посоветовав включить в состав только британских альпинистов: «Экспедиция будет в некоторой степени скомпрометирована, если в ней примут участие горные гиды-иностранцы. Их наличие даст повод для упреков всех заинтересованных сторон. Кому-то может показаться, что мы не в силах все сделать сами».

Эти слова наверняка стали музыкой для Хинкса. Он, наравне с многими, восхищался достижениями Келласа как в лаборатории, так и в полевых условиях и не принимал в расчет, что в 53 года Келлас был староват для Эвереста. Сам доктор тоже, кажется, подошел несколько недальновидно к этому вопросу. В письме, написанном 9 апреля, после того как Говард-Бери, Мэллори и другие участники экспедиции отплыли из Англии в Индию, Келлас поделился своими надеждами на то, что к экспедиции присоединится еще один человек – Норман Колли, которому на тот момент исполнилось 62.

Однако кое-кто все же проявлял осторожность. 27 января Говард-Бери написал Янгхазбенду и пообещал предоставить Гарольду Рэберну как руководителю альпинистской группы полную свободу действий на горе. Это скорее был реверанс, поскольку Говард-Бери испытывал серьезные сомнения относительно здоровья и физической формы Рэберна. Уолластону было 46, Рэберн был на 10 лет старше. Говард-Бери в свои 37 выглядел молодо, хотя, учитывая поставленную задачу, тоже мог испытывать сложности. По политическим и логистическим соображениям число участников восхождения было ограничено четырьмя, и Говард-Бери настаивал, чтобы двое из них были молодые альпинисты, хорошо подготовленные как в физическом, так и в профессиональном плане.

Наилучшим образом под эти критерии подпадали два человека, выделявшиеся профессиональными качествами из всех восходителей Великобритании на тот момент. Первый, разумеется, Джордж Мэллори – лучший скалолаз своего поколения, переживший войну. Кандидатура второго была куда более противоречивой. Если Мэллори представлял собой идеал британского альпиниста и джентльмена – учился в Кембридже, был мужественным и очень красивым внешне, то Джон Финч появился на свет среди выжженных солнцем скал австралийской глубинки, а родители его бросили вызов ортодоксальности и не признавали иллюзий о совершенстве викторианского общества. Такого человека во время войны империя с радостью отправила на убой и не хотела признать своим. Финч, безусловно, обладал весьма непростым характером. Но на льду и снегу он не имел себе равных, и именно это было важно для Перси Фаррара, который определился с кандидатурой Финча для Эвереста еще в марте 1919 года.

Джордж Ингл Финч родился в Новом Южном Уэльсе на юго-востоке Австралии в августе 1888 года. Детство его прошло в основном на свежем воздухе, в частности, приходилось ездить в школу на пони 16 километров в одну сторону, а партнерами для игр были брат Макс и ядовитая гадюка, которую Финч держал в качестве домашнего питомца и кормил молоком. Отец мальчиков Чарльз, которому на момент рождения Джорджа исполнилось 45, приходился четвертым сыном богатому владельцу ранчо. Мать Джорджа Лора была на 24 года моложе мужа, а замуж ее выдали не по любви, а чтобы покрыть долги ее отца.

Жизнь на скотоводческой ферме в глухомани оказалась не по душе рожденной в высшем обществе молодой женщине, которая всегда носила с собой серебряную коробочку с кусочком тоста «Мелба», чтобы инструктировать официантов, как правильно готовить хлеб для завтрака

[61]

[Тост Мелба назван в честь австралийской оперной певицы Хелен Митчелл, выступавший под псевдонимом Нелли Мелба. Рецепт придумал французский ресторатор «король поваров» Огюст Эскофье, который был поклонником певицы. Такие тосты готовятся путем легкого обжаривания ломтиков хлеба на гриле с обеих сторон. Полученный тост затем разрезают вдоль, эти тонкие ломтики вновь помещают на гриль неподжаренными сторонами к источнику тепла, в результате чего толщина кусочков становится вдвое меньше обычной.]