Страница 35 из 260
Однако у правительства имелись веские причины отказать альпинистам. Не последнюю роль здесь сыграло полномасштабное вторжение в Тибет цинской армии, имевшее место в 1910 году, и первые звоночки прозвенели уже в 1908-м. Военная кампания маньчжуров стала следствием вакуума власти, образовавшегося в Лхасе после уничтожения тибетской армии Янгхазбендом и последующим поспешным уходом британских сил из страны
[40]
[Британское вторжение в Тибет кардинально изменило политику Цинского Китая в отношении Тибета. До этого времени империя Цин не проявляла особого интереса к прямому контролю над регионом. Однако теперь в Пекине осознали, что, если не предпринять срочных действий, маньчжурское влияние в Тибете может быть утрачено, кроме того, англичане с Тибетского нагорья могли бы угрожать Сычуани, одной из важнейших провинций Китая. Поэтому Цины выплатили контрибуцию за тибетских властей британцам, заставив последних уйти из Тибета, и активизировали усилия по культурной, экономической и политической интеграции тибетских восточных районов в свою империю. А в 1910 году предприняли силовой захват Лхасы, вынудив Далай-ламу бежать в Индию, к англичанам.]
. Эти геополитические реалии, которые Керзон, как ни странно, игнорировал, мало что значили для большинства членов Альпийского клуба, их интерес к восхождению на Эверест подогревался тем, что Британия проиграла гонку за Северный и Южный полюсы.
В 1908 году Брюс предпринял еще одну попытку получить разрешение на штурм горы через Непал. Годом позже герцог Абруцци безуспешно пытался добиться позволения на подход к Эвересту через Тибет как итальянец. В октябре 1911 года Керзон очередной раз и опять безрезультатно обратился к махарадже Непала.
Два года спустя Сесил Роулинг и Том Лонгстафф заручились поддержкой Королевского географического общества и Альпийского клуба для проведения масштабного двухлетнего исследования. Первая экспедиция к Эвересту должна была провести рекогносцировку местности и разведать маршрут восхождения, а вторая – стать собственно альпинистской. В команду вошли Александр Уолластон, с которым Роулинг путешествовал по Новой Гвинее, а также Генри Морсхед из Индийской геодезической службы, исследовавший нижнее течение Цангпо вместе с Фредериком Бейли, который, в свою очередь, с Роулингом участвовал в разведке верховьев Брахмапутры. В состав также включили двух замечательных исследователей: врача и ученого Александра Келласа и искателя приключений, художника, фотографа и режиссера Джона Ноэля. Первую экспедицию запланировали на 1915 год, а попытка восхождения должна была состояться годом позже. Разумеется, эту идею правительство Индии снова не одобрило. Впрочем, вскоре до противостояния альпинистов и политиков уже никому не было дела – началась война.
* * *
В отсутствие возможности законно попасть в Тибет и к Эвересту в последние предвоенные месяцы это решили сделать тайно два человека, действовавшие независимо друг от друга, – Келлас и Ноэль. Келласом двигал чистый интерес, признание и слава для него мало что значили, Ноэль же создал интригу и был более заинтересован в известности. Ноэлю не удалось достичь цели, однако он подобрался к горе на расстояние 60 километров, ближе, чем Роулинг, Райдер и тем более Янгхазбенд. Келласа никто не видел, никто не знал, куда он отправился и как ему удалось совершить невероятное. Он вернулся с фотографиями, сделанными в долине Кама на восточных подступах к горе. Точка съемки находилась на расстоянии 15 километров от стены Кангшунг – восточной стены Эвереста.
Один из этих людей почти незаметно умрет во время первой экспедиции на Эверест в 1921 году, и о нем едва ли кто вспомнит впоследствии. Другой переживет всех участников экспедиций 1921–1924 годов и оставит после себя такое литературное, фото- и видеонаследие, которое навсегда закрепит в общественном сознании вызов и загадку Эвереста.
Александр Митчелл Келлас родился в третьем по величине городе Шотландии Абердине в 1868 году, в юности в одиночку не раз забирался на вершину второй по высоте горы региона Бен-Макдуи и бродил по хребту Кернгормс в Грампианских горах – самых высоких в Великобритании.
Это был странник, которого всегда тянуло к неизведанному. К 1913 году Келлас провел на экстремальной высоте больше времени, чем кто-либо из смертных. Он отличался уникальным взглядом и восприятием мира, не интересовался рекордами и первовосхождениями, а, будучи одиночкой, считал себя не альпинистом, но ученым, который просто часто оказывался на вершинах гор. Келлас получил образование в Эдинбурге, Университетском колледже Лондона и в Гейдельбергском университете, с 1900 по 1919 год преподавал химию в медицинской школе при Мидлсекском госпитале. Его специализацией была физиология человека и влияние высоты на организм. Лекции Келлас читал в Лондоне, но «лаборатория» его располагалась на склонах Гималаев. С 1907 по 1921 год с перерывом на войну он осуществил восемь серьезных экспедиций в Азии, почти всегда путешествуя в одиночку и иногда в компании нескольких преданных непальских носильщиков. В 1910 году он провел четыре месяца в горах, редко спускаясь ниже отметки в 4 километра, и за один сезон взошел на девять гор высотой 6 километров и более. Келлас первым поднялся на Чомиомо (6829 метров), Паухунри (7128 метров) и Канченджау (6889 метров) – огромные пики на границе Сиккима с Тибетом. И это были не просто восхождения – он поднимался по одной стороне горы, а спускался по другой, то есть делал первые в истории траверсы в Гималаях. Для невысокого щуплого человека в очках и с академической сутулостью это более чем серьезные достижения.