Страница 162 из 260
Экспедиция прибыла в Бомбей в пятницу, 17 марта, оставалось всего пять часов до отправления поезда в Калькутту. Весть об аресте Махатмы Ганди участники получили еще в Адене вместе с новостями о всеиндийской забастовке и закрытии железных дорог. Лонгстафф, отправившийся в Дарджилинг 12 марта, оказался втянут в этот хаос. Но вмешалась армия, которая разогнала митинги, и основной состав экспедиции добрался до места назначения без задержек. Мэллори и его товарищи пересекли Индостан менее чем за два дня, оказавшись на вокзале Хаура в Калькутте незадолго до полудня в воскресенье. Пообедав в отеле и посетив местный рынок и печально известную Черную яму
[112]
[Калькуттская Черная яма, известная также как Черная дыра, – большая тюремная камера в калькуттском форте Уильям, где в ночь на 20 июня 1756 года умерло в заточении много оборонявших город англичан. Узников бросил в камеру наваб Бенгалии Сирадж уд-Даул, захвативший Калькутту – тогда главное английское поселение в этой провинции Могольской империи. По разным данным, в Черной яме оказались около 150 человек, многие из них умерли от полученных в бою ран либо задохнулись. Выжили всего 23 узника. Этот инцидент широко растиражировали как образец варварства наваба, он послужил поводом для захвата в 1757 году Калькутты британским генералом Робертом Клайвом, утвердившим господство Британской Ост-индской компании в Южной Индии и Бенгалии.]
, они отправились на Северный вокзал, чтобы в 16:50 сесть на «Дарджилинг-экспресс», идущий до Силигури. На следующее утро их догнал на машине генерал Брюс, вместе они проехали последние несколько километров до Дарджилинга, куда прибыли вскоре после полудня в понедельник, 20 марта.
Мэллори сразу же отправился к чете Морсхед, которая провела зиму в Дарджилинге после рождения второго сына. По итогам серии дипломатических переговоров Морсхед добился разрешения на участие в новой экспедиции, но не в качестве геодезиста, а как член альпинистской группы. Тибетские власти не хотели более никаких картографических работ, и Чарльз Белл позаботился о том, чтобы вторая экспедиция не имела полномочий исследовать что бы то ни было от лица Индийской геодезической службы. Мэллори картография не интересовала, но он испытал глубокое облегчение, узнав, что Морсхед, «старая рабочая лошадка» экспедиции 1921 года, будет с ним на горе. В тот вечер они отправились на ужин, устроенный генералом Брюсом в отеле Everest, где остановились альпинисты, а также Моррис, Лонгстафф и Джеффри Брюс. Экспедиция впервые собралась в полном составе, и возникли и формальность, и неловкость, на которые не мог не обратить внимания Моррис.
Разумеется, все следили за своими словами и за тем, что говорят другие. Больше всего внимания уделялось Финчу, и он тоже не остался в долгу, о чем свидетельствуют дневники. Свои записи он начал с жесткой оценки Индии и ее жителей – страны, где он никогда раньше не бывал и о которой почти ничего не знал. «Край удивительно богат и поразителен, – писал он. – Жители равнины бедны и физически, и умственно, по положению они немногим лучше животных. Я не прозреваю для них никакой надежды, им требуется авторитарное правительство. Население предгорий совсем другое. Это прекрасные, хорошо воспитанные и уверенные в себе люди. Они презирают, на мой взгляд, с полным на то основанием жителей равнины».
Не слишком милосердное суждение человека, впервые оказавшегося на Индостане, но такой точки зрения, в общем, придерживалось подавляющее большинство англичан, и это одна из причин, по которой они в конце концов ушли из Индии. Ганди арестовали в течение двух недель, пока экспедиция находилась в море, по обвинению в разжигании смуты и недовольства в индийской армии, в чем он с радостью признал себя виновным. На суде Махатма защищал себя сам, рассказывая, как подвергался дискриминации в Южной Африке, о невыполненных обещаниях королевы о том, что миллионы индийцев, служивших в Галлиполи и на Западном фронте, будут вознаграждены за верность короне, о мечте, преданной законом Роулетта
[113]
[Акт Роулетта, названный по фамилии английского юриста, его разработавшего, – закон, принятый колониальными властями Индии 18 марта 1919 года и предоставлявший чрезвычайные полномочия британским властям. В условиях подъема антиимпериалистической борьбы закон давал право полиции обыскивать, арестовывать и заключать в тюрьму без предъявления обвинения любого жителя Индии, заподозренного в нелояльности. Разбирательство дел после ареста велось за закрытыми дверями без адвокатов и на английском языке. Акт Роулетта вызвал бурные протесты по всей Индии и способствовал усилению антиколониальной борьбы.]
и утопленной в крови в Амритсаре. По словам Ганди, Британия нарушила свое слово. «По моему мнению, – сказал он на суде, – не сотрудничать со злом – такой же долг, как и творить добро». И он попросил судью назначить самое суровое наказание, предусмотренное законом. Через два дня после приезда участников экспедиции в Дарджилинг Ганди приговорили к 6 годам тюрьмы. Британский анклав в Дарджилинге встретил приговор ликованием.
Финч смотрел оценивающим пристальным взглядом на Индию и на все, что попадалось на пути. Его товарищи не стали исключением. 21 марта он записал в дневнике анализ личности каждого участника, несмотря на то что с некоторыми из них познакомился менее суток назад. Характеристики эти многие бы назвали скорее высокомерными. «Стоит понять, насколько грядущие события подтвердят или опровергнут мое суждение о членах группы, поэтому записываю мнение, которого сейчас придерживаюсь, относительно возможностей каждого на восхождении». Генерала Брюса, Тома Лонгстаффа и Джона Ноэля Финч сразу включил в список «не участвующих в бою». Капитан Брюс «хорош для 7000 метров, слишком молод (не хватает выносливости), объем легких не очень выражен (грудная клетка несколько узка), не альпинист». Капитан Моррис «хорош для 7000 метров. Носит очки. Не альпинист. Довольно неуклюж. Тело длинное, ноги короткие». Капитан Кроуфорд «годен для 6700 метров, нервный, склонный к истерии, судя по внешнему виду, сейчас у него даже легкая бессонница».