Страница 110 из 260
На следующее утро он стартовал рано, намереваясь по пути на юг подняться на небольшой холм высотой около 5400 метров. Однако путь оказался длиннее, чем предполагалось, гора – дальше, холодная Ра-Чу, берущая начало на леднике, – труднопроходимой, и только около девяти утра Говард-Бери достиг вершины холма. Отсюда местность просматривалась на север примерно на 160 километров до Цангпо и дальше – «очаровательная картина света, тени, цвета и облаков». На востоке из моря снежных пиков выглядывала вершина Эвереста, а впереди, куда лежал путь, высилась Чо-Ойю. Говард-Бери никогда раньше не видел таких огромных массивов и обрывов, склоны гор отвесно спускались на несколько тысяч метров к «великим извилистым ледникам». Поначалу небо в районе перевала Нангпа-Ла было чистым, но пока Говард-Бери рассматривал подступы к нему, с юга стали появляться длинные облака, которые пронеслись по снегу и льду и в считаные минуты закрыли перевал и все окружающие горы. Англичанину рассказали, что даже летом целые караваны яков погибали из-за внезапных метелей, которые обрушивались на перевал, неся мелкий порошкообразный снег. Вихри были такими сильными, что люди и животные задыхались насмерть под открытым небом. Было очевидно, что в этих горах любая перемена погоды несет угрозу.
* * *
Уилер и Херон разбили лагерь на высоте пяти километров возле деревушки Кьетрак – скопления каменных домов на мрачной без единой травинки равнине, расположенной примерно в полутора километрах ниже устья ледника всего в 32 километрах к югу от Тингри. Говард-Бери пришел в лагерь в конце дня, когда Уилер и Херон вернулись к палаткам у стен разрушающегося чортена, чуть выше деревни. Начальник экспедиции сообщил последние новости, в том числе о денщике Уилера Асгаре, который впал в бессознательное состояние из-за тифа. Уилер, в свою очередь, поделился тем, что ему удалось узнать об окрестностях. По счастливой случайности в тот день через Нангпа-Ла перешел торговец солью из Непала, и они некоторое время беседовали на хинди, которым Уилер владел в совершенстве. Кроме того, канадец сумел много чего исследовать за минувшие два дня при ясном небе и слабом ветре. В частности, он поднялся насколько мог высоко по восточному краю долины, откуда сфотографировал Чо-Ойю, Гауризанкар
[87]
[Через пик Гауризанкар (Гауришанкар) проходит меридиан, по которому отсчитывается непальское стандартное время, при этом оно весьма нестандартно – UTC+05.45. В течение нескольких десятков лет – с середины 1850-х по начало XX века – Гауризанкар отождествлялся с Эверестом. Это произошло вследствие ошибки немецкого исследователя Германа Шлагинтвейта, увидевшего гору во время путешествия 1855 года по Непалу и посчитавшего ее Эверестом.]
и Гьячунг-Канг, а также весь ледник Кьетрак, включая подходы к Нангпа-Ла на юге и западе, и Пхусе-Ла, второй и более низкий перевал, который вел в долину Ронгшар и в священную долину – родину Миларепы.
Уилер радовался проделанному объему работы за минувшие дни. С помощью фотоаппарата он не просто снимал пейзаж, это стало началом одного из самых замечательных экспериментов в новейшей истории Геодезической службы Индии. Начиная с XVII века геодезисты использовали в основном одни и те же методы исследований в полевых условиях. Планшет на штативе устанавливался на известной точке, выравнивался по сторонам света с помощью компаса и по горизонтали посредством уровня и регулировки ножек штатива. К планшету прикреплялся лист чертежной бумаги, а над ним помещался телескопический видоискатель, соединенный с линейкой. Расстояния, углы, азимут и высоты вдоль линии горизонта измерялись, а затем записывались прямо на бумагу. То есть карту создавали в полевых условиях буквально точку за точкой.
Этот традиционный метод, хорошо зарекомендовавший себя на холмах Британских островов, оказался крайне неудобным в высоких горах империи, будь то Рувензори, Гималаи или Памир, где хотя бы только из-за капризной погоды геодезисту требовалось работать быстро и эффективно. Отец Оливера Уилера – Артур стал первопроходцем, он изобрел то, что ныне известно как канадский фототопографический метод. Артур Уилер заменил визирную линейку и планшет теодолитом и фотокамерой с фиксированным фокусом F45. Измерительные станции устанавливались как обычно – путем тщательной триангуляции, а углы и экспозиция скрупулезно фиксировались в полевых условиях. Фотографии запечатлевали рельеф именно так, как его видел бы глаз геодезиста, работающего по старинке с планшетом. Изображение-негатив со стеклянной пластины можно было проявить позже, а снимок изучить в лаборатории. Теперь зарисовывание в полевых условиях не требовалось, высвобождалось время, за которое можно было установить больше станций и охватить исследованием гораздо большую территорию. Повышалась и точность, поскольку геодезист, занимавшийся картографированием, мог теперь полагаться не только на память, но и на реальное изображение ландшафта на фотоснимке, визуальные ориентиры дополняли исходные данные.
Канадский фотографический метод, естественно, имеет свои ограничения. Как и в любой картографии, требуется соблюдать точки триангуляции. Фиксированные точки должны быть верными. Станции желательно устанавливать как можно выше – важно получить несколько снимков одного и того же рельефа с разных позиций, причем чем больше перекрытие и охват, тем лучше. Кроме того, при такой съемке необходима ясная погода, несильный ветер, надежное положение камеры, чтобы обеспечить четкую экспозицию в несколько секунд. И хотя новый метод требовал менее громоздкого оборудования, оно все же оставалось тяжелым.