Страница 30 из 102
29
Три недели до начала учебного года и вступительных экзаменов пролетают быстро. Все это
время я усердно занимаюсь. В этом мне с огромным удовольствием помогает Диара. Вообще, мы с
ней здорово сближаемся. Известив коменданта, я даже переезжаю в ее комнату, - ее соседка
закончила Академию в прошлом году, - и теперь мы с ней живем вместе.
То, что она аквар и относится к стихии воды так же, как и я, сильно упрощает мне жизнь. Она
подсказывает мне некоторые моменты, на которые я изначально не обращала внимания, дает
советы, как лучше направлять магию и сколько ее тратить, чтобы быстрее восстановиться. К
примеру, я знала, что я потихоньку тяну энергию из воды. Но я не знала, что рядом с ней же я
и восстанавливаюсь быстрее, хотя казалось бы, это логично. В общем, я не раз и не два
поблагодарила бога за то, что он послал мне ее в помощь.
За пару дней до начала учебного года со всех уголков необъятной Ардонии стягиваются
студенты. Безлюдные до того здания, помещения и коридоры заполняются молодыми людьми,
беззаботно смеющими, обменивающимися новостями о том, кто как провел лето, или жалующими на
то, как быстро пролетели каникулы. Среди них я, прибывшая из мегаполиса, чувствую себя как
рыба в воде, в отличии от Диары, которая вновь закрывается и явно начинает нервничать.
Единственное, что омрачает мою радость – это внимание к моей скромной персоне. Меня
обсуждают, на меня косятся, за моей спиной хихикают. Некоторые особо невоспитанные даже
показывают на меня пальцем, вызывая у меня острое желание что-нибудь с этим самым пальцем
сделать. Зачаровать, к примеру, так, чтоб впредь неповадно было.
Но палец – это, как оказалось, ерунда. Были и те, кому внимание к Леенне встало поперек
горла.
– Только посмотрите, кто здесь, – раздается за моей спиной ехидный голосок. Обернувшись, я
вижу весьма эффектную холеную брюнетку в компании трех девушек попроще, – сидит у всех на
виду и даже не скрывается. На что рассчитываешь, Дерр, после того позора, когда тебя отшили
у всех на виду?
Я неспешно встаю, поправляю темно-синюю юбку – местная студенческая форма мне, кстати,
безумно нравится, – и перевожу взгляд на подстрекательницу, мимоходом отметив, что рядом уже
радостно собирается толпа, ожидающая зрелищ.
– Если ты про это, – я спокойно киваю на оставшийся лежать на столе учебник, – то я
рассчитываю успешно сдать экзамен. А ты?
Она хлопает ресницами:
– Что я?
– На что рассчитываешь ты, подходя ко мне с такими разговорами?
Ясно на что. Довести до слез; самоутвердиться; напомнить тихоне, где ее место; потешить
свое эго. Вот только я этого не позволю.
Брюнетка сужает глаза и делает шаг ко мне, явно рассчитывая напугать меня напористостью.
Вблизи она еще красивей – кожа ровная, нежная, глаза большие, карие, выразительные, ресницы
длинные, пушистые – но и моложе. Полагаю, ей где-то около двадцати – сюда, в Академию,
поступают в возрасте четырнадцати лет, и учатся шесть курсов – и для меня, привыкшей иметь
дело с людьми постарше, она малолетка. Зарвавшаяся малолетка, которую нужно поставить на
место.
– Кажется, – говорит она, – у тебя прорезался голосок, раз ты смеешь на меня вякать.
Я улыбаюсь. А потом вдруг делаю удивленное и наивное выражение, как у настоящей Леенны, и
говорю громко и искренне, показывая на ее лицо:
– Ой, а что это у тебя тут под носом? Такое маленькое, желтенькое?
Она теряется, явно не ожидая такого поворота. Я дожидаюсь, пока внимание окружающих станет
всецелым, а тишина – всеобъемлющей и жадной, и говорю, так же ехидно, как и она в начале:
– Ах, это же… твое самомнение.
Раздаются смешки. Брюнетка багровеет. Бросает по сторонам уязвленный взгляд и шипит мне в
лицо, как разъяренная кошка:
– Ты мне за это еще ответишь!
– Пока-пока! – я делаю ручкой ей на прощание и, аккуратно расправив юбку, сажусь обратно на
свою любимую скамью под яблоней. Экзамен уже завтра утром, мне надо быть к нему готовой.
Толпа, бросая на меня удивленные, смешливые и недоуменные взгляды, рассасывается.
– Это было круто, – тихо говорит мне Диара. Ее глаза сияют.
– Ерунда, – отмахиваюсь я, – там, у себя, мне приходилось отстаивать свое место среди более
старших и более вредных коллег, чем она.
Это правда.
– У себя? – удивляется Диара. – Это в Саморрии?
Прикусываю язык. Никак не могу привыкнуть к тому, что у меня теперь новая жизнь. Мычу
что-то нечленораздельное, и, чтобы отвлечь Диару, спрашиваю:
– А кто это вообще был?
Диара прыскает:
– Это Ванира Шимер. Ее отец, воздушник Боуэн Шимер, основатель Альянса стихий, одного из
крупнейших объединений магов разных специальностей.
Ага, что-то вроде холдинга в нашем мире.
– Получается, она, – киваю вслед брюнетке, – некоронованная королева Академии?
– Одна из, – соглашается Диара.
– Есть еще? – удивляюсь я.
Наверное, в моем голосе звучит настолько неподдельное удивление, что она смеется:
– Ты даже не представляешь сколько!
А потом Диара вдруг становится серьезной и бросает на меня быстрый косой взгляд:
– Только… Ванира немного отличается от остальных.
– Вот как? Одна королева может отличаться от другой?
– Ага. Конкретно она, к примеру, входит в самую популярную компанию Академии.
– Какую же?
– В компанию драконов.