Страница 34 из 56
Сретенский был поражен тем, что ему как-то поведал Валерий, уставший от выходок Виолетты. Курилов зашел к приятелю примерно через три месяца после того, как состоялось его знакомство с Виолеттой. В то время он уже успешно работал в новом спорткомплексе и успел там познакомиться с высокой, черноглазой Маргаритой Серебряковой. Отношения их стремительно развивались, Валерий был доволен и окрылен открывавшимися перспективами, потому и решил поговорить с Виктором.
— Привет, – осторожно бросил с порога Курилов Сретенскому. – Ты один дома?
— Один, – кивнул Сретенский, уже успевший понять, что общество его супруги не очень-то приятно Валерию. – Что-то случилось?
Курилов вместо ответа разулся в прихожей и, пройдя за Сретенским в комнату, выставил на стол несколько бутылок пива. Когда он откупорил две из них, одну протянув Сретенскому, и оба приятеля с удовольствием отхлебнули холодного напитка, Курилов вздохнул и, утерев губы, сказал:
— Слушай, Витя, не мое это дело, но мне кажется, тебе следует заняться своей женой.
Сретенский в ответ тоже вздохнул и задумчиво уставился в сторону. Собственно, он ждал этого разговора и даже хотел завести его сам, но только не знал, как. Более решительный Валерий сделал это за него.
— Что она учудила-то? – по-прежнему глядя в сторону, спросил он.
А Виолетта успела учудить многое. Начать с того, что ее ночные звонки Курилову стали уже постоянными. Валерий вежливо пытался объяснить ей, что не настроен на столь плотное общение, но Виолетта ничего не хотела замечать. Разговоры велись примерно в таком ключе.
— Алло, – вкрадчиво звучал в трубке женский голос. – Это я..
— Добрый вечер, – вежливо отвечал Курилов. – Я надеюсь, у вас с Виктором все в порядке?
— А что должно быть не в порядке?
— Ну, просто уже половина второго ночи, я забеспокоился, что что-то случилось. Но раз все в порядке, тогда доброй ночи.
— Валерий Владиславович, почему вы не хотите со мной общаться? – капризным, манерным голосом вскрикивала Виолетта.
— Уже поздно, я собираюсь спать, – пояснял Курилов.
Виолетта с придыханием шептала в трубку:
— Пусть вам приснится то, о чем вы грезите наяву..
Он не грезил о ней. Но Виолетта упорно не желала этого понимать. Более того, после одного ничего не значащего эпизода она посчитала, что у нее есть основания претендовать на роль близкой подруги Курилова.
Как-то раз в воскресенье Валерий собирался к Сретенскому, чтобы обсудить один общий вопрос. Так получилось, что Виктора не оказалось дома. Вместо него в квартире находились его жена с подругой, той самой Светланой Платоновой. Последняя являла внешне полную противоположность Виолетте – крупная, высокая блондинка. Даже слишком крупная.
— Ах, Валерий Владиславович! – тут же всплеснула руками Виолетта. – Наконец-то вы почтили меня своим присутствием. Ну зачем же вы стоите на пороге, проходите скорее! А то две одинокие женщины уже измаялись от скуки.
У Курилова было хорошее настроение, и он решил пройти в комнату и попробовать дождаться Сретенского. Две одинокие женщины занимались тем, что сидели за бутылкой вина, хотя час для подобных вливаний, по мнению Валерия, был очень ранним – полдень. Причем одна бутылка, пустая, уже стояла на полу под столом, а вторую подруги, видимо, совсем недавно откупорили.
Сретенская тут же скользнула к серванту и, достав из него бокал, поставила перед Куриловым.
— Нет-нет, я днем не пью, – отказался тот, накрывая бокал ладонью.
Подруги тут же наперебой загалдели, убеждая Валерия, что и они вовсе не пьют, и от одного бокала с ним ничего не случится, к тому же сегодня воскресенье. Курилов не уступил. Вместо этого он спросил:
— А вы-то по какому случаю пьете?
— С горя, – со вздохом констатировала Светлана.
— С какого же? – серьезно поинтересовался Валерий.
— Да потому что с мужиками не везет! – на высокой ноте выдала Виолетта и с досады налила себе полный бокал. Они со Светланой выпили.
— Ну вы даете! – искренне удивился Курилов. – Прямо так уж и не везет? Но если даже и так, то нужно, наверное, подумать, как это изменить?
— Я только об этом и думаю, Валерий Владиславович, – протяжно вздохнула Виолетта.
— Значит, не в том направлении, – спокойно парировал Курилов. – В первую очередь надо менять образ жизни. От того, что вы будете сидеть тут, пить и вздыхать по всякой ерунде, ничего не изменится. Вообще, мне кажется, вам скучно потому, что у вас нет никакого дела. И даже занятия интересного нет. А на свете столько всего существует! Чего киснуть-то за рюмкой и сокрушаться? Нет, я не агитирую вас непременно устроиться на работу, не хотите – не нужно, но ведь есть и другие интересы? Ну вот, например.. – он ненадолго задумался, потом, повеселев, продолжил: – Вот, например, хотите – приходите к нам в спорткомплекс, выберете себе занятие по вкусу. Это, кстати, весьма полезно.. Обе приходите, – он окинул выразительным взглядом полную фигуру Светланы.
— Ох, спасибо, Валерий Владиславович! – с придыханием воскликнула Виолетта, незаметно стрельнув глазами Светлане, и та вышла на кухню. – Вы так хорошо меня поняли!
— Да что же тут понимать-то! – пожав плечами, хмыкнул Курилов. – Мне с самого начала было ясно, почему вы скучаете.
— Вот как? – Виолетта помрачнела. – Неужели вы так быстро меня разгадали?
Курилов не ответил. Вместо этого он неожиданно спросил:
— Виолетта, а почему у вас нет детей?
— Потому что.. – Сретенская хотела что-то ответить, но замолчала и, прищурив глаза, откинулась на спинку стула. Лицо ее стало серьезнее.
Она налила себе вина, залпом выпила, не дожидаясь, что кто-то составит ей компанию, затем закурила и медленно стала выпускать дым.
— Это сложно, – наконец тихо проговорила она. – Можно, конечно, найти тысячу причин, но это будут все отговорки. А главное заключается в том, что, наверное, я не хочу рожать от Виктора Валентиновича.
— Чем же он так плох? – недоуменно спросил Курилов.
— Всем! – резко ответила Виолетта, зло блеснув глазами. – В нем нет ничего интересного.
— Мне кажется, – пристально глядя на нее, произнес Валерий, – что причина скорее в вас самой. Я знаю Виктора, он нормальный человек, и жить с ним вполне можно. Видно, вы вышли за него замуж просто так, не особенно задумываясь, а теперь злитесь на саму себя, а выплескиваете злость на него. Вот я на вас смотрю, и мне кажется, что..
— Что? – порывисто выдохнула Виолетта, дернувшись на стуле.