Страница 4 из 28
Арчер прошёл ко мне между расступившимися моряками. Мужчина был невероятно серьёзен и старался глядеть в сторону, несмотря на то, что я уже прикрылась. Куртка брата почти достигала колен. Ох, уж эти нравы Силмана. Думаю, если опишу им свой купальник, меня зачислят в развратницы.
— Ундины приплывали предупредить. Из Тетира за нами отправился корабль с сильными магами на борту.
— Мы предупреждены, — после кратких раздумий проговорил он, кивнув своим мыслям, — а это уже преимущество. Мы отойдём от суши на большее расстояние.
— Здесь я полностью полагаюсь на ваш опыт.
— Рад слышать, — усмехнулся Арчер. — Спуститесь в каюту, принцесса, вы и так взбудоражили весь экипаж, — и отвернулся, намереваясь проследовать к капитанскому мостику.
— Будто я специально, — пробормотала под нос.
— Он прав, пойдём, — Ривен приобнял меня за плечи и повёл к лестнице, ведущей вниз. — Ну и напугала ты нас, когда прыгнула за ундиной. Если бы не Лалиэн, мы бы тут с ума посходили.
— Ты бы тоже мог понять, что ундины не желают мне зла.
— Духи природы со мной не беседуют, как с вами.
Ривен крепче прижал меня к себе, чтобы была возможность пройти между моряками. Которые, впрочем, тоже начали расходиться, подгоняемые командами капитана Арчера.
— Принцесса! — ко мне подлетела взбудораженная Изабелла. — Вы были ундиной! — и схватила за руку, даже кожу потёрла, проверяя на наличие чешуи.
— Временно. Наверное, чтобы я могла понять речь ундин под водой.
— Иногда о таком говорят, — Изабелла теперь присмотрелась к моей шее в поисках жабр, — что разочаровавшиеся в любви девушки бросаются в море, желая стать бессердечными ундинами. Но это же легенды!
— Может быть, — пожала я плечами, теперь пытаясь вспомнить, как ощущала себя после перевоплощения.
Действительно, не было шока, сильного изумления. Все чувства приглушило. Я о преследовании-то забеспокоилась, когда оказалась на борту корабля. Так что, возможно, в легенде больше правды, чем вымысла.
Ривен проводил меня до каюты, и на этот раз я облачилась в брюки, рубашку, кожаный жилет и надела пояс с мечами. Кажется, расслабиться можно будет в следующей жизни.
«Что думаешь?», — спросила Исааза без надежды на ответ.
«Они нагонят. Орден привлёк сильных исполнителей».
«Утешил».
«Я и не пытался».
Стоило подняться на палубу, как меня обступили друзья, сестра и несколько особо любопытных матросов. Все желали узнать подробности, а друзья ещё и причины отчаянного прыжка в воду. Пришлось объяснять, что я не чувствовала в ундине врага. Но друзья всё равно не на шутку перепугались, потому ворчали. Но в целом, первый день на корабле можно считать вполне спокойным, хотя и прерываемым порывистым ветром. Оставалось надеяться, что остальные пройдут в ритме полного штиля.
Так и получилось. Я постепенно привыкала к режиму жизни на корабле, отдыхала после последних приключений и дворцовых интриг Драко. И постепенно сближалась с Аркарионом. Вечерами даже ощущала себя обычной девчонкой, влюблённой и легкомысленной, когда просто лежишь рядом с ним, болтаешь о всякой ерунде и смеёшься, перемежая разговоры поцелуями. Правда, иногда мелькал страх, что я слишком расслабилась, когда голова должна быть забита не вечерними посиделками с женихом, а решением проблем, с которыми предстоит столкнуться в пути. Ведь нужно сохранять хладнокровие.
Особенно остро врезались в мозг подобные мысли, когда я ловила на себе взгляды Дайроса. Слова Марии не столько заставили задуматься об отношении к нему, сколько подвигли к необходимости понять, что проходит мимо моего внимания. Теперь я внимательнее приглядывалась к Дайросу, и он больше не казался безучастным. Всё чаще в мыслях перебирались эпизоды нашего общения. Наверное, это воображение дорисовывало детали подёрнувшимся серостью давности воспоминаниям, но теперь я не сомневалась, что тогда в пещере он собирался меня поцеловать. Да и поцелуй после пробуждения мне не показался. И это плохо. Происходило то, от чего я отмахивалась и чего боялась. Я встала между лучшими друзьями.
А если что-то и попытаться изменить, можно сделать только хуже. Дайрос ведь не предпринимает никаких действий, общается с Лалиэн, ухаживает за ней. Может, это я накручиваю себя глупостями? Вижу то, чего нет, сделав неверные выводы из слов Марии? А если нет, то ждать взрыва страшно. Он ведь когда-нибудь грянет.
Конечно, всё дело в море. Это команде корабля всегда есть чем заняться, а наши дни проходят за разговорами, лёгким досугом и прогулками по палубе. В дороге устаёшь и нет времени придумывать всякие глупости, а тут только этим и занимаешься…
***
— О чём мечтаешь? — Аркарион слегка взъерошил мои волосы.
Я завозилась и зевнула. Кажется, уйдя в свои мысли, начала засыпать, положив голову на его плечо. На узкой кровати моей каюты мы еле помещались вдвоём, так что я лежала, закинув ногу на его бедро. Последние дни мы так часто валялись, иногда и засыпали за разговорами. Покачивание корабля навевало дрёму.
— О Лалиэн и Дайросе. Мне кажется, у них налаживаются отношения.
— Лали заметно ожила, — согласился Арк с теплотой в голосе.
— Лали? — фыркнула.
Что-то не припомню, чтобы Аркарион к ней так обращался.
— Ты называешь её так, и я перенял, — он пожал плечами, а я приподнялась, чтобы заглянуть в улыбающиеся янтарные глаза жениха.
В каюте царила полутень, разгоняемая светом пущенного мной магического светлячка, и глаза Арка слегка светились жёлтым.
— Ты против? — уточнил он.
— Если она разрешает, то не мне тебе запрещать.
— М-м-м, — протянул Арк, довольно улыбнувшись. — Неужели я заслужил порцию ревности моей невесты?
— Я не ревную, — буркнула и невольно покраснела, почувствовав себя глупо и неловко.
И почему-то стало вдруг грустно. Не пытаюсь ли я создавать иллюзию обычных отношений там, где их нет?
— Александра, — рассмеялся он. — Я только твой. Ну и свой собственный.
Его ладонь скользнула к моему затылку, пальцы чуть оттянули волосы у корней.
— Немножко свой, — исправился он, когда я шутливо прищурилась. — А ты моя?
Я замешкалась с ответом, Арк решил не рисковать, притянул меня ближе и поцеловал. Пожалуй, это замечательный способ для заполнения неловких пауз.
/Дракон/
— Погода портится, — Арчер стоял у штурвала, устремив взгляд далеко в сторону горизонта.
— Ничего не предсказывало, — отозвался Дайрос.