Страница 51 из 67
Глава 23. Кто такая Рокси Блу?
Графиня пошевелилась. Вес виконта не давал ей вдохнуть полной грудью.
– Когда пройдет действие приворотного зелья? – спросил он шепотом и поиграл мочкой уха с
тяжелой серьгой языком.
Миранда прикусила губу. А он умненький. Все–таки понял, что его приворожили. Отпираться не
имело смысла. Загибая пальчики, она посчитала.
– Через три дня.
– А в графине что? – виконт, поднявшись с женщины, вернул на место ее юбки и оправился сам.
– Ничего, – распрямляясь, она отвела взгляд.
Генри не стал церемониться. Одной рукой схватил Миранду за волосы, другой влил ей в рот
воду из графина. Благо ее там было немного. Вдова захлебывалась, но вынуждена был глотать.
Когда он ее отпустил, она рухнула на стул.
– Что было в графине? – спросил он все так же спокойно. Пододвинув другой стул и, повернув
его по привычке спинкой вперед, сел напротив графини.
– Отведите меня, пожалуйста, в мои покои, – она умоляюще подняла на него глаза. – Не хочу,
чтобы меня нашли распластанной на полу.
– Вы умрете?
– Нет. Просто рухну без сил, – графиня вновь опустила глаза. – Больше ничего страшного не
произойдет. Я не убийца.
«Чертов виконт. Опять все испортил», – подумала она, но уже без прежней злости.
Генри склонил голову к плечу, разглядывая Миранду. Сейчас, растрепанная и румяная после
быстрого любовного акта, она выглядела даже привлекательно. Красивая женщина, но не в его
вкусе. Он отдавал предпочтение блондинкам.
– Что будет потом? – спросил он, гадая, чем ей не угодила Дарина.
– Слабость пройдет через два дня, – прошептала Миранда и прикусила губу.
– Для чего вам все это? – Генри нахмурился, осознавая, что с ним кокетничают. Взгляды,
прикусывание губок, вздохи – женщины мастера пускать в ход убойное оружие.
– Толстушка крутится возле бастарда и мешает мне обольстить его, – ее румянец стал еще
ярче. – Мне бы хватило два дня, чтобы он оказался в моей постели. А там… Как уж получится.
– Зачем вам Его Высочество?
– Разве непонятно, для чего женщине мужчина? – в голосе графини появились нотки
раздражения. Она чувствовала, что с каждой минутой слабеет, а этот болван и не думает
прекращать допрос.
– Неужели любовь? – он задрал бровь.
– Деньги и покровительство, – графиня не подвела, подтвердив мнение о себе.
Вздохнув, Генри поднял Миранду на ноги. Она пошатнулась и едва не рухнула на пол. Пришлось
взять ее на руки. Выйдя в коридор, виконт направился в сторону взлетного утеса.
– Куда вы меня несете? – она обеспокоенно повертела головой.
– К себе, – он пнул ногой ближайшую дверь. – У нас осталось несколько дней приворота, и мы
не потеряем ни один из них.
Когда он уложил графиню в свою постель, снял с нее туфли и заботливо укрыл.
– Поспи, милая. Я скоро вернусь, – он наклонился и смял пухлые губы поцелуем. Его рука
погладила грудь под корсетом. Мало ли, что еще спрятала под ним графиня?
– Одержимый, – бросила Миранда ему в спину и закрыла глаза.
«А все–таки подлец хорош», – подумала она, когда его шаги стихли. Кое–как стянула с себя
платье и распустила ленты тесного корсета. Это все, на что хватило сил.
Миранда была уверена, что Генри никому не расскажет, кого держит в своей комнате. Не в его
интересах признаваться в похищении. Эрик останется в неведении. А у нее появится передышка,
когда она сможет предаваться страсти с человеком, который ей небезразличен. Стоило
признаться хотя бы себе самой, что виконт ей нравился. Очень. Не зря же она перестала носить
каркас и нижнее белье. Жаль, что у него нет денег.
***
Даниэлла не нашла генерала в кабинете. Решив, что Мадей работает в архиве, она принялась
разбирать бумаги в ящиках его письменного стола. Теперь ей никто не мешал вывалить документы
на пол и тщательно рассортировать.
Когда ей под руку попалась стопка писем, плотно перетянутая бечевкой, Дани отложила ее в
сторону. Пусть генерал сам решит, нужны ему старые послания или нет. Но когда попалась
вторая пачка и от этой уже пахло цветочными духами, Даниэлла задумалась. Письма не были
похожи на деловые.
Она поднялась и выглянула за дверь. В коридоре, куда выходили служебные кабинеты, было
пусто. Закрывшись на ключ, Даниэлла забралась в кресло генерала и, развязав бечевку на обеих
пачках, принялась читать. Ее поступок являлся недопустимым, но Дани не могла остановиться.
Она жаждала узнать о жизни Мадея до встречи с ней. Какой он был? Все такой же решительный и
язвительный, или…
Как оказалось, у бастарда был долгий роман с женщиной. Мадей хранил не только ее письма, но
и те, что писал сам. По какой–то причине она вернула ему их. Окропленные слезами, отчего
размылись чернила, и со следами поцелуев. Он – курсант военной академии, она – преподаватель
этики, а значит, старше своего ученика на несколько лет.
Их переписка была страстной, наполненной любовью и муками ревности, ссорами и
расставаниями, взаимными упреками и воспоминаниями о тайных встречах. Последние письма
заставили Даниэллу расплакаться. Любовники прощались. Навсегда.
«Ты научила меня всему, что должен знать мужчина, желающий доставить удовольствие своей
возлюбленной. И я благодарен тебе за мое взросление. Теперь я не только слушаю женщину, но и
слышу ее».
«Однажды в твоих руках окажется наивная девочка. Поначалу она будет бояться даже
прикосновений. Будь терпелив, и она поймет, что единение в постели мужчины и женщины – это
высшее проявление любви, апогей чувств и желаний. Мне очень жаль, что мы расстаемся. По
доброй воле я никогда не ушла бы от тебя. Будь счастлив, милый Мадди. Вечно твоя Рокси Блу».
– Их разлучили! – воскликнула Даниэлла, закончив читать.
В ее голове роилась куча вопросов. Кто заставил курсанта отказаться от любви и почему? Где
теперь эта трепетная преподавательница этики? И почему у Дани так сжалось сердце? Неужели ее
настиг яд ревности?
Услышав приближающиеся шаги, Даниэлла быстро смахнула письма в коробку. Она не успевала
связать их в пачки. Запихнув улики под стол, Дани кинулась к двери, чтобы открыть ее. Мадей
не успокоится, пока не выяснит, почему она закрывается. А врать ему не хотелось. И так
сильно погрязла во лжи.