Страница 40 из 67
Глава 18. Нечаянная встреча
Даниэлла не подозревала, что вступление в новую должность окажется таким хлопотным делом.
На складе подходящих вещей не нашлось, поэтому ее отправили в швейную мастерскую, которая
занимала отдельно стоящий домик в задней части дворцового парка.
Показав распоряжение от камердинера на пошив новой одежды, Дани вызвала недовольный вздох
главной швеи.
– Как будто он не знает, что перед новогодними праздниками у нас работы не продохнуть, –
проворчала она, сворачивая бумагу.
Осмотрев нового секретаря бастарда и не припоминая, был ли у него старый, глава мастерской
завела девушку в ярко освещенную комнату, где за столами работали швеи. Звук режущих ножниц,
шаркающего по ткани мелка и стука наперстков завораживал. Даниэлла впервые видела процесс
создания одежды. Будучи дочерью герцога, она всегда участвовала только в конечном этапе –
примерке, где над ней колдовали с кучей булавок.
Она вздрогнула, когда одна из мастериц резко разорвала полотно на две части. Сначала Дани
испугалась, что женщина испортила ткань с досады. Но когда был отмерен деревянным метром
следующий кусок и вновь был разорван тем же способом, она поняла, что так просто быстрее,
чем до одури клацать ножницами.
Когда главная швея представила «леди Дарину» остальным, в мастерской повисла тишина.
– Кто возьмет заказ на себя? – громко спросила главная швея, оглядев мастериц.
Все тут же опустили глаза к своей работе. Наперстки застучали быстрее, ножницы принялись
кромсать ткань громче, а швея рвала ткань с еще большим азартом. Никому не хотелось брать на
себя заботу о слишком фигуристой клиентке.
– Ферда? – спросила швея, повернувшись к одной из девушек.
– Занята. Я еще не закончила маскарадный костюм для графини Шейк, – она смерила неудобную
клиентку насмешливым взглядом. Что и говорить, у Миранды идеальная фигура, и шить для нее
куда легче.
У Даниэллы сразу погас свет в глазах. Даже здесь любовница Эрика перешла ей дорогу.
– Лисоль?
– У меня нет опыта работы с объемными формами. Я просто не сумею сделать выкройку, – она не
отвлекалась ни на минуту, вычерчивая мелом по серебристой ткани.
– Жоззи?
– Я сниму мерки, а остальное пусть делает кто–то другой, – на этот раз откликнулась пожилая
женщина.
– Ну хоть так, – вздохнула главная швея и ушла к себе, бросив Дани на произвол судьбы.
Клиентка сама должна сообразить, что лишних рук нет.
Седовласая женщина отложила кружево, над которым колдовала и, взяв мерную ленту, пошаркала
к Даниэлле.
– Подними руки, – сказала она, собираясь измерить объем груди. Цифры чиркала тонким
угольком на куске бумаги. Когда натягивала ленту на бедра, на помощь пришла другая швея.
Трудно объять необъятное. Дани стояла красная, как рак.
Когда на листе появились все нужные цифры, его вручили Даниэлле.
– Прости, милая, – со вздохом произнесла пожилая швея, – но здесь тебе никто не поможет.
Ступай на городскую ярмарку. Там в лавках шьют для слуг. Глядишь, кто возьмется за одежду
для секретаря. А мы слишком заняты тонкой работой для господ, чтобы отвлекаться на балахоны.
Когда Даниэлла оказалась за дверью мастерской, она подавила всхлип, рвущийся из горла. Как
выяснилось, не все так прекрасно с новым назначением. Если подходящее платье на складе для
слуг еще можно отыскать, то для служащих рангом повыше – не получится даже сшить, если твоя
фигура выходит за пределы обычного.
Оглядевшись, Дани обхватила себя руками и побежала к дворцовому зданию. Так торопилась
получить новый наряд, что не подумала накинуть плащ. А ведь еще зима, и морозец щиплет щеки.
Башмаки, не пригодные для выхода в снег, скользили, и Даниэлла смотрела себе под ноги, чтобы
не упасть.
Заворачивая за угол, она вскрикнула, когда едва не попала под конские копыта. Черный конь,
испугавшись, вздыбился и чуть не сбросил седока. Правда, тот твердой рукой справился с
храпящим животным. Дани прыгнула на обочину и оказалась по колено в сугробе.
– Ах, Дарина, Дарина, – произнес веселый голос, хотя Дани ожидала, что ее обругают. –
Такими темпами ты не доживешь до собственной свадьбы. То опасный утес, то лезешь под копыта
Бурана.
– Вы что–то путаете. Какой утес? – она вскинула голову и прищурилась. Зимнее солнце слепило
и не давало рассмотреть бастарда.
– А кто носился с кружками между лапами приземляющихся драконов?
– Ах это… – она подцепила края юбки и попыталась вылезти из сугроба, но башмаки, набравшись
снега, так и норовили остаться в нем до весны.
– Дай руку, – Мадей свесился с лошади и попытался вытащить своего секретаря из сугроба, но
Дани только пискнула от боли. Увязла так увязла. – Ну что же, – продолжая улыбаться, бастард
спешился, – будем откапывать.
Подойдя к ближе, он наклонился и крепко обхватил Дарину за талию. Прижав к себе так, что
подбородком упирался в пышные выпуклости груди, Мадей потянул вверх.
– Ай, мои башмаки! – взвизгнула Даниэлла, мысленно прощаясь с ним. Придется бежать до
дворца в одних чулках.
– К черту башмаки. Я тебе новые куплю, – пообещал бастард.
Не выпуская девушку из объятий, он крякнул от натуги «хык!», но все же сумел посадить ее на
коня. Тот недовольно покосился на хозяина. Похлопав черногривую скотину по шее, принц повел
ее на поводьях в сторону дворца.
Даниэлла чувствовала, как горит ее лицо. Даже стылый ветер не справлялся с вспыхнувшим
жаром. Дани не могла припомнить, чтобы до приезда во дворец так часто краснела.
– Почему плакала? – задал вопрос Мадей, не оборачиваясь на всадницу, судорожно поправляющую
ткань на коленях. Подол так и норовил задраться.
– Никто не взялся шить для меня секретарскую одежду, а на складе ничего подходящего не
нашлось.
Генерал остановился и оглянулся.
– Отказали?! – он грозно свел брови.
– Нет–нет, – поспешила успокоить Даниэлла. – Даже мерки сняли, но у них столько работы, что
до нового года не управятся.
Она намеренно соврала, боясь натравить бастарда на измученных работой женщин. Дарина для
дворцовой прислуги и так как мишень, в которую нужно бросать камни. Вырвалась из круга
служанок, вхожа в королевское крыло – ее карьера разве не причина для зависти? Зачем еще