Страница 31 из 67
затемно. Как опередить генерала? Как предупредить родителей?
Когда принц ушел, она помыла посуду и побежала к себе. Паника не позволяла мыслить трезво.
Всю ночь Даниэлла ворочалась, но стоило задремать, как приснился кошмар. В нем Мадей ловил
ее и тащил под венец к Эрику. А вместо священника стояла переодетая монахиней Миранда. В
итоге, завтрак генералу Дани подавала совершенно измученная и с темными кругами под глазами.
В отличие от своей служанки, бастард выспался прекрасно. Даже плечо не особо беспокоило. Он
был в хорошем настроении и ел неспеша. Что, конечно же, добавляло Дани нервозности. Она
боялась опоздать, поэтому ее голова лихорадочно работала над идеей, как бы задержать
генерала во дворце. Пока отнесет грязную посуду, выйдет за ворота и поймает экипаж, Мадей
домчится быстрее ее. Ей бы хоть небольшую фору!
В дверь постучали и сразу же вошли. На пороге стоял друг и верный помощник генерала.
Даниэлла узнала его. Видела на утесе и даже отпаивала горячим чаем.
– А, Генри, присоединишься? – Мадей жестом указал на свободный стул.
– Что–то не хочется, спасибо, – Генри выглядел не очень. Помятое лицо, несвежая рубашка.
– Надо меньше пить, – назидательно произнес генерал.
– Не в настойке дело. Больно у вас, Ваше Высочество, кушетка жесткая. Все бока отмял.
– Так спи у себя, – Мадей отсалютовал другу бокалом.
Дани бросила взгляд на стоящую в углу кушетку. На ней валялось скомканное покрывало. Она
спохватилась и побежала заправлять постель.
– Я тут адрес столичного особняка герцога Милрон принес… – Генри похлопал себя по карманам,
прежде чем найти, куда сунул бумагу. – Как вы просили.
Дани перестала дышать. Сделав вид, что нужно поправить подушки, обошла кровать и
проследила, куда Генри положил сложенный в несколько раз лист.
Когда Генри ушел, Мадей направился к гардеробу за сюртуком. Не успел он оглянуться, как его
расторопная служанка собрала посуду и умчалась. А ведь он хотел, чтобы она помогла
застегнуть пуговицы. Мысленно махнув рукой, бастард прихватил с собой меховой плащ и
отправился в конюшни, где ему должны были заложить карету. Плечо почти не беспокоило, но от
езды верхом он отказался.
Даниэлла летела по коридорам со скоростью ни разу не допустимой для приличной леди.
Доведись ее забег увидеть учительнице этикета, почтенная матрона упала бы в обморок. Хотя и
обитатели замка были не далеки от подобного состояния, видя, как им навстречу несется пышка
с подносом, полным посуды.
На одной из тарелок лежала, утопая в соусе, бумага с адресом особняка Милрон. Хоть так, но
Дани задержит бастарда во дворце. Пусть побегает, когда обнаружит, что не знает, куда ехать.
Бросив поднос на кухне, Даниэлла схватила заранее приготовленный плащ и кинулась к черному
ходу. Ее путь лежал к задним воротам, используемым только для хозяйственных нужд. Он без
кружений по аллеям вывел бы ее на улицу, где можно окликнуть извозчика. Кто бы мог подумать,
что принадлежность к обслуге позволит так сильно выиграть время?
Возница вздрогнул всем телом, когда закутанная в плащ пампушка с налету заскочила в его
экипаж.
– Го–го–господин, – задыхаясь, воскликнула она, – улица Бенедикта, дом десять! П–прошу,
быстрее. Заплачу два золотых, если поспешите.
– Слушаюсь, – тут же согласился извозчик, стегнув лошадку.
Даниэлла без сил упала на сидение. Пришлось несколько раз похлопать себя по груди, чтобы
хоть немного выровнять дыхание. Никогда прежде она так быстро бегала. Тревожно вздохнув,
девушка глянула в окно на заснеженную столицу. Вот и пригодились золотые монеты графини
Шейк. Главное, успеть доехать до дома быстрее генерала.
Граф Милрон занимал высокое положение, а потому его столичный особняк находился недалеко от
замка. Дани была уверена, что она выиграла время, но стоило ее экипажу свернуть на нужную
улицу, как мимо промчалась запряженная четверкой коней карета с королевским гербом. У Дани
только чуть успокоившееся сердце вновь пустилось вскачь. Приоткрыв окошко за возничим, она
закричала во все горло:
– Гоните к черному выходу!
Столичный особняк герцога Милрон отличался длинной подъездной дорогой, только на нее и
рассчитывала Дани, когда буквально выскочила на ходу. Бросив кучеру обещанное золото, она
нырнула в калитку. Страх быть изобличенной отрастил крылья.
На ее счастье, черный ход оказался открыт. Но стоило Даниэлле выбежать из крыла прислуги,
как до ушей донесся звук парадного колокольчика. Краем глаза она успела заметить
направившегося к дверям дворецкого. Не останавливаясь, Дани помчалась к лестнице для слуг,
которая короткой дорогой выведет ее на второй этаж. Там находились покои семьи и кабинет
отца.
– Папенька! – на бегу заверещала Даниэлла.
Резко распахнулась дверь, и из кабинета выбежал герцог Милрон. При виде несущейся на него
пышки в огромном плаще, но с голосом дочери, у отца подкосились ноги. Он схватился за стену.
– Папа, быстро! Там принц! – она вцепилась в рукав его халата.
– Эрик?
– Нет, Мадей! Он не должен видеть мой портрет! Прикажи убрать, – задыхаясь, выпалила она.
– Даниэлла? – распахнулась еще одна дверь, и на пороге появилась леди Эвелина Милрон.
Увидев крупную девицу, вцепившуюся в ее мужа, она на мгновение опешила. – Дани, это ты?
– Тише, тише, – прошипела она, прикладывая палец к губам, – иначе принц услышит. Мама,
распорядись спрятать все мои портреты! Быстро! Нельзя их показывать принцу! Я потом объясню!
– Хорошо, хорошо, только успокойся. Виктория, – леди Милрон обернулась к горничной, –
быстро сними портрет моей дочери в галерее. И наш групповой с маленькой Дани тоже! Сделай
все тихо.
Служанка, не обсуждая приказов и не задавая вопросов из–за странного вида юной леди,
убежала к лестнице, по которой только что поднялась Даниэлла.
– Все небольшие портреты у меня в комнате. Не переживай, я их сейчас же спрячу, – успокоила
ее мать и скрылась в своей спальне.
– Хо… – не успела Дани договорить, как со стороны парадной лестницы показался дворецкий.
Юная леди Милрон не сомневалась, что принц последует за ним. Генерал не будет ждать, когда о
его визите доложат.