Страница 30 из 67
Глава 14. Визит к родителям
Мадей не так часто жил во дворце. Сначала в силу своего рождения, потом по долгу службы. Но
никогда еще его пребывание при дворе не было таким насыщенным. Столько событий за неполные
два дня!
Покинув покои брата, Мадей привычно спустился на кухню. Пусть король и даровал ему,
бастарду, титул ненаследного принца, его никогда при дворе не жаловали. Особенно первое
десятилетие, когда королева была жива. Потому и не смог за эти годы по–настоящему
почувствовать себя частью семьи. В военной академии и на границе он провел больше времени,
чем в богатой обстановке дворца. Ближе к земле, ближе к народу.
– Тетушка Павлина, накормите страждущего?
Время было позднее, но королевская кухня еще трудилась.
– Ваше Высочество, рада видеть вас. Говорят, вы пострадали в ущелье? Как вы себя
чувствуете? – захлопотала старшая кухарка, выставляя на стол готовые блюда и напитки.
– Мелочи. Пару дней и буду как новый, – отмахнулся генерал, подцепив вилкой мясо. – А где
Дарина? Можно послать за ней?
– Веня, сбегай за Дариной, пусть явится на кухню, – толкнула Павлина поваренка, клевавшего
в углу носом. Вихрастый мальчишка подскочил и опрометью бросился выполнять поручение.
Когда пришла Дарина, она выглядела не очень довольной, но при виде Мадея улыбнулась и
присела в приветствии.
– Почему кислая? – спросил принц, придвигая к себе кусок пирога.
– Обыск напугал. Я только легла, как стража приказала в коридор выйти. Убивец, – Дани
вспомнила слово, услышанное от одной из кухарок, – говорят, во дворце.
– А приметы какие у вашего убивца? – хмыкнул Мадей.
– Нам знать не положено, – пожала плечами Даниэлла и в ожидании приказа уставилась на
принца. Если вызвал, значит, зачем–то нужна.
Он понял.
– Я хотел бы уточнить кое–что по делу о пропавшей невесте. И в этом мне поможешь ты,
Дарина, – бастард бросил красноречивый взгляд на главную кухарку.
Павлина, не первый год служившая при дворе, сразу смекнула, что ей следует уйти.
Попрощавшись с принцем, она поторопила слуг и вместе с ними покинула кухню.
Взяв кувшин, Дани склонилась, чтобы наполнить бокал принца. Она волновалась. Что за
спешность? Неужели нельзя подождать до утра?
– Даниэлла.
– Что? – от неожиданности Дани едва не выронила кувшин. Испугавшись, она прижала его к
груди и уставилась на принца.
Мадей перестал жевать. На мгновение ему захотелось оказаться в роли этого кувшина и вновь
ощутить мягкость женской груди.
– Н–ничего. Невесту наследного принца, говорю, зовут так.
– А… п–понятно.
– Возможно, каркас, найденный в моей комнате, принадлежал ей, – Мадей подвинул бокал,
напомнив служанке, зачем она взяла в руки кувшин.
Юная герцогиня Милрон чувствовала себя, как муравей на раскаленной сковороде. Сил хватало
лишь на то, чтобы сдерживать дрожь в руках и не пролить содержимое кувшина мимо стакана.
Мысли лихорадочно скакали в попытках понять, где она себя выдала. Не найдя ответа, она
отважилась спросить.
– Почему вы так думаете?
– Начнем с того, что я, кажется, именно ее застал в своих покоях. Полураздетую. Решив, что
девушка прислана для удовлетворения некоторых, к–хм, мужских потребностей, я наговорил ей…
бестактностей. Теперь меня мучает мысль, что я приставал к невесте брата.
– А как вы думаете, зачем она разделась? Если, конечно, к вам забрела именно леди Даниэлла?
– Дани не побоялась задать уточняющий вопрос. Любой на ее месте спросил бы, почему невеста
принца вдруг решила оголиться не в своих покоях. А Дани важно было знать, к каким выводам
пришел бастард.
– Кто знает? – он отпил из бокала, но внимательного взгляда со служанки не спустил. Она
почувствовала, как по спине поползли мурашки. – Кто знает, что в голове у девушки, узнавшей
или увидевшей, что ей изменяет любимый мужчина? Может, ее раздражал громоздкий каркас, и она
нашла пустую комнату, чтобы избавиться от него? Вы пробовали бегать в каркасе?
Дани помотала головой. Генерала устроил ее ответ, и он продолжил:
– Я тоже нет, но представляю, как она, рыдая, летела по коридорам и не с первого раза
протискивалась в двери. Меня бы это взбесило. А тут еще я с любовными притязаниями, которые
только усугубили ее душевные страдания.
– Поэтому она решилась на самоубийство? – Дани молилась, чтобы генерал не додумался, что
обиженной невесте просто надо было переодеться в нечто менее приметное, чем бальное платье.
«А было ли самоубийство? – Мадей опустил глаза в бокал и поболтал его содержимым. –Зачем
воровать чужую одежду, если Даниэлла решилась прыгнуть в пропасть? Но если девочка жива и
скрывается во дворце, то для чего задуман весь этот фарс?»
– Кто знает? – принц вернулся к созерцанию пышки.
– П–почему вы на меня так смотрите? – под его пристальным взглядом Дани чувствовала себя
неловко.
– Любуюсь, – Мадей улыбнулся. – Цвет волос мне твой нравится, да и сама ты красивая.
– Да будет вам, – Дани заправила выбившуюся прядь за ухо, – я всего лишь служанка.
«Мне бы портрет Даниэллы раздобыть, чтобы быть полностью уверенным, – генерал наслаждался
смущением горничной. – Неудивительно, что Эрик его потерял. При его–то отношении к невесте.
Но у родителей леди Милрон он быть должен».
– А ты знала, что у невесты наследника волосы тоже рыжие? Будет жаль, если та милая
девушка, что забрела в мои покои, нашла свой конец в ущелье. Поэтому я думаю навестить
герцога Милрон.
– З–зачем?
– Чтобы удостовериться, что я видел у себя его дочь в день исчезновения.
У Даниэллы душа ушла в пятки. Вот же настырный генерал! Надо было срочно что–то делать. Но
уже ночь, никого с запиской к отцу не пошлешь.
– Вы прямо сейчас отправитесь? – она оглянулась на окно. За ним разыгралась вьюга. В печной
трубе выл ветер.
– Нет, утром, – Мадей списал тревогу в ее голосе за беспокойство о нем.
– Ваше Высочество, если вы завтра будете в отъезде, позвольте мне тоже отлучиться? Я хотела
бы навестить свою семью. Они еще не знают, что я устроилась на работу во дворце.
– Конечно. Можешь уйти на полдня сразу после завтрака.
Дани едва сдержалась, чтобы не выдать свое отчаяние. Она хотела отправиться в особняк