Страница 7 из 34
Моя улыбка стала ещё более натянутой. «Мой муж умер несколько лет назад, и чтобы справиться с этим, я начала вести блог о горе».
Он нахмурился, но больше ничего не сказал.
«Для меня это как терапия, и, похоже, другим людям это тоже помогает справиться со своим горем». Я стиснула зубы. Почему я всегда чувствую необходимость оправдываться? Разве не достаточно того, что я потеряла близкого человека и скорблю? И почему этот неуклюжий тип, похоже, сбит с толку этим?
«Да, конечно», — сказал он и набросал запись в свой блокнот. У него был ужасный почерк, так что я не смогла разобрать, что там было написано. Я начала немного ерзать. Почему он считал нужным делать записи о том, что я говорю, если это не имело никакого отношения к убийству Генри?
«Мисс Максвейн, как так получилось, что вы оказались здесь, в ресторане, в 5:00 утра? Ведь он открывается только в шесть, верно?» — спросил он, не поднимая на меня глаз.
Я сглотнула. «Ну, я испекла для Генри пирог и хотела зайти по дороге на беговую дорожку, чтобы спросить, как ему понравилось».
«О?» — сказал он, теперь уже глядя на меня. «Вы с Генри были друзьями?»
«Что? Нет. Я была посетительницей. Понимаете, это маленький городок, где все друг друга знают. Моя подруга Люси посоветовала мне подойти к Генри и спросить, не хочет ли он, чтобы я пекла пироги для его ресторана». Чёрт возьми, эта Люси. Если бы она не настаивала, я бы не обнаружила тело Генри и не имела бы сейчас дела с этим детективом.
«Понятно. Значит, деловое предложение?» Он снова что-то набросал в блокноте.
«Да. Деловое предложение». Я вдруг почувствовала себя третьеклассницей, которую несправедливо отправили к директору.
«И это ваш пирог разбился на полу рядом с жертвой убийства?» — спросил он, глядя мне прямо в глаза.
Я заставила себя улыбнуться. «Да, именно он. Обычно люди реагируют на мои пироги более положительно». Я рассмеялась, пытаясь разрядить обстановку, но в ответ получила лишь пустой взгляд детектива.
Он смотрел на меня, как мне показалось, целую вечность, прежде чем продолжил. Я про себя отметила, что детектив не особо ценит юмор.
«А где вы были вчера вечером?»
У меня от удивления отвисла челюсть, и я быстро закрыла рот. Почему он задавал мне этот вопрос? «Я была дома. Посмотрела телевизор и легла спать около девяти. Я всегда встаю рано, чтобы побегать», — сказала я, чувствуя, что должна объяснить, почему легла спать так рано. В конце концов, я, может, и была в среднем возрасте, или почти в среднем возрасте, но я ещё не умерла. У меня была на это причина.
«Понятно», — сказал он и снова что-то набросал в блокнот.
«Многие люди бегают», — неубедительно добавила я.
Он посмотрел на меня и кивнул. «Хотите что-нибудь добавить, мисс Максвейн? Что-нибудь, что, по вашему мнению, могло бы помочь?»
Да, а как насчёт того, что я этого не делала! На самом деле я сказала: «Больше ничего не приходит на ум».
«Отлично, я уверен, что мы с вами свяжемся. Теперь можете идти».
Я посмотрела на него минуту, а он безразлично ответил мне взглядом. Я быстро встала и, проходя мимо Чарльза, бросила на него удивлённый взгляд. Детектив подозвал его. Чарльз выглядел нервным, и у него было на то полное право. Я чувствовала себя так, будто меня обследовал инопланетянин. Наверняка этот детектив не мог подозревать кого-то вроде меня, правда? У меня даже штрафа за нарушение ПДД никогда не было.