Страница 36 из 57
— Татьяна Александровна, – начала он. – У Елизаветы есть один родственник, ее двоюродный брат Анатолий. Анатолий – головная боль Насти. Ведь это сын ее старшей сестры, которой уже нет в живых. И все благодаря сыночку, это он довел ее до могилы своим пристрастием к наркотикам. Анатолий ведь всех достал, он постоянно клянчит деньги на свои пагубные пристрастия. Вот и к Елизавете повадился ходить. Она, конечно, кричала на него и прогоняла, даже в квартиру не пускала, разбиралась с ним на лестничной клетке. А потом начинала звонить нам сюда и выговаривала Насте. Хотя Настя-то чем виновата в этой ситуации? Что она может сделать? Так я к чему вам все это рассказываю. У меня есть предположение, что Анатолий мог убить Елизавету. Ведь он – наркоман, ему где-то же нужно брать деньги на наркотики. А у Елизаветы деньги были. Я сейчас напишу вам его адрес.
Я не стала говорить Игорю Анатольевичу, что я уже побывала у Анатолия и выяснила его непричастность к убийству Елизаветы. Вместо этого я сосредоточилась на своих ощущениях, которые возникли у меня после разговора с Игорем Анатольевичем. Было что-то такое, что не вполне поддавалось осознанию, но, тем не менее, свидетельствовало о чем-то важном. Что это было? Пока это мне не было ясно. Посмотрим, возможно, позднее придет какая-то определенность.
Мужчина вышел из гостиной и вскоре вернулся с листком бумаги в руках.
— Вот, пожалуйста, – сказал он, – я все написал, только мне кажется, что искать убийцу следует искать в другом месте.
— Да? И где же? – спросила я.
— В том учреждении, где работала Елизавета, – ответил мужчина.
— А почему вы так думаете, Игорь Анатольевич? – спросила я. – У вас имеются какие-то сведения?
— Да нет, ничего конкретного у меня нет. Но ведь одно только упоминание об этом учреждении наводит на определенные мысли, – сказал он.
— И на какие же? Что вы имеете в виду? – задала я вопрос.
— Ну как на «какие»? Контрольно-ревизионное управление – это то место, где коррупция расцветает пышным цветом. Брать взятки считается там обыденным делом. Елизавета на свою официальную зарплату никак не могла приобретать все те вещи, которые у нее имеются. Одних шуб только у нее несколько десятков. И прибавьте сюда драгоценные украшения, ежегодные поездки на дорогостоящие курорты.
— Но ведь у нее есть муж, который является коммерческим директором известной фирмы, да и отец постоянно поддерживал ее материально – дарил дорогие подарки, как мне сказал Илларион Григорьевич, – возразила я.
— Татьяна Александровна, знаете, аппетит приходит во время еды. Возможно, взятки Елизавета воспринимала как нечто само собой разумеющееся. Конечно, не одна она там этим занималась. Могло получиться так, что кому-то она перешла дорогу и с ней расправились таким вот образом, – высказал свою точку зрения мужчина.
«Ну что же, резон в его рассуждениях есть, – подумала я. – Вот и Владислав Черноземельников сказал, что на Елизавету уже «наезжал» отдел по борьбе с коррупцией. Однако дело замяли».
— Игорь Анатольевич, скажите, а Анастасия Александровна знала о том, что Илларион собирался разводиться с Елизаветой? – спросила я.
Мужчина покачал головой:
— Не думаю. Если только Илларион сам ей не сказал об этом. Во всяком случае, я ничего Насте по этому поводу не говорил. Нет, она, конечно, знала о том, что отношения их оставляют желать лучшего, мягко говоря. Но Настя считала, что во всех семьях периодически происходят конфликты. Ну а что касается семьи Елизаветы и Иллариона, то у них это бывает чаще, чем у других. Так она мне обычно говорила. А я не стал ее в этом разубеждать.
«Так, стало быть, я напрасно надеялась, что Анастасии Раскладниковой известна вся картина того, что на самом деле происходило в семье ее дочери, – подумала я. – И никакой особой теплоты и доверительности между матерью и дочерью в данном случае не было».
— Скажите, Игорь Анатольевич, а у Елизаветы были любовники? – спросила я.
— Ну, об этом надо спрашивать не у меня, – мужчина усмехнулся.
— А у кого же?
— Ну, хотя бы у ее родного отца. Если она вообще стала бы обсуждать с ним такие темы. Однако если вам, Татьяна Александровна, интересно мое мнение по этому вопросу, то я не думаю, что они у нее были.
— А почему вы так думаете? – спросила я.
— Ну, ведь это же очевидно. Выдержать ее характер, все ее придирки мог далеко не каждый. Готов держать пари, что долго этот бедолага не вытерпел бы, – высказал свою точку зрения Мартынов. – А альфонса, который с ней ради ее денег, Лиза бы терпеть не стала, – добавил он.
«Собственно, примерно о том же сказал и Илларион, когда я затронула эту тему», – вспомнила я разговор с супругом Елизаветы.
— Скажите, а какие отношения были у Елизаветы с новой супругой ее отца? – спросила я.
— Я видел ее всего несколько раз. Довольно привлекательная, надо сказать, особа. Держится независимо. Она в основном занимается маленьким сыном, с Елизаветой, насколько я знаю, они практически не общаются. Елизавета отводила к Владиславу дочку, конечно, они там встречались, но, как я понял, стычек у них не было.
— Значит, соблюдают нейтралитет, – заметила я.
— Ну, что-то вроде того, – согласился со мной мужчина.
— Да, вот еще что, Игорь Анатольевич, у Елизаветы был знакомый мужчина со шрамом на правой щеке? – спросила я Мартынова, имея в виду спутника Александровской в ресторане «Синий краб».
— Со шрамом? Мужчина? – удивленно переспросил Мартынов. – Это что же, он уголовник, что ли?
— Ну почему же обязательно уголовник? Шрам можно получить ведь не только в колонии, а скажем, впоследствии какой-нибудь травмы.
— В принципе да, вы правы, Татьяна Александровна, – кивнул, соглашаясь со мной, Мартынов. – Просто это у меня сработал стереотип: раз шрам на лице, значит, бандит. Нет, такого мне видеть не приходилось. А почему вы спросили?
— Мне стало известно, что Елизавета незадолго до своей гибели была с таким мужчиной в ресторане, – не вдаваясь в подробности, ответила я.
— Странно, что Елизавета водила дружбу с такими типами. Если только это друг поневоле. Нет, мне ничего об этом не известно.
«Да, пожалуй, что действительно друг поневоле, Мартынов точно выразился», – подумала я, вспомнив, как официантка Марианна говорила, что Елизавету очень напрягал этот мужчина, который был с ней в ресторане.
— Ну ладно, Игорь Анатольевич, – сказала я, вставая. – Я пойду. До свидания.