Страница 89 из 127
Глава 45
Элис
Сострадание дается даром. Преданность стоит дорого.
— А вот и мой ангел-хранитель, — говорит Хантер с больничной койки. На его усталом, небритом лице застыло самое смиренное выражение, которое мне когда-либо приходилось видеть.
Не успеваю я ответить, как Вера заключает меня в объятия и шепчет:
— Спасибо тебе огромное.
Когда она отпускает меня, я, сглотнув комок в горле, улыбаюсь и киваю.
Еще сильнее бьет по нервам то, что Блэр делает то же самое. Только она слишком расстроена, чтобы говорить. Освободившись из объятий, она быстро вытирает глаза.
Я не свожу с нее взгляда, пока ее улыбка немного не меркнет, и я осознаю, что смотрю на нее слишком долго. Поблагодарили бы они меня, если бы знали, что я делала шесть часов назад в подвале с Мёрфи?
Осталась бы я героиней? Или стала бы злодейкой?
Если я сделаю то, чего хочет Мёрфи — почувствую свою ценность и начну мечтать, — мне придется снова принять свою роль в жизни не просто как череду мимолетных моментов, которые ничего не значат. Мне придется нести ответственность.
Я к этому не готова.
— Чувствую, в будущем мне светит прибавка к зарплате, — дразню я, входя в роль и натягивая улыбку, произнося каждое слово, как в хорошо отрепетированной сценке. Искусство жить в параллельной вселенной.
Они смеются, но Хантер морщится от боли.
— Простите. Не хотела вас рассмешить. Спорю, это больно, — я встаю рядом с его кроватью и сжимаю его руку. Затем достаю из сумочки книгу. — Подумала, может, вам хотелось бы послушать историю.
— О боже, — говорит Блэр. — Мам, думаю, это знак, что нам пора поужинать. Позвоню Мёрфи и скажу, чтобы он встретил нас где-нибудь, где кормят лучше, чем в больничной столовой.
Вера подходит с другой стороны кровати, целует его в лоб и шепчет:
— Я люблю тебя.
В его глазах, даже спустя столько лет, читается любовь к ней. У меня всё внутри тает.
— Можешь посидеть с ним, пока мы не вернемся? — просит Вера.
— Конечно.
Когда они выходят из палаты, я придвигаю стул и сажусь рядом с кроватью.
— Теперь мы связаны на всю жизнь. Словно ты пожертвовала мне почку.
Я усмехаюсь и качаю головой.
— Если я кое-что скажу, ты сохранишь мой секрет? — спрашивает он.
— Да, — я закидываю ногу на ногу и складываю руки на коленях.
— Я видел тебя.
— Видели меня?
Он бросает взгляд за мое плечо, фокусируясь на чем-то в пустоте.
— Я видел, как ты делала мне искусственное дыхание. Сверху. Как будто меня не было в собственном теле.
Я приоткрываю рот, чтобы ответить, но слова застревают в горле.
— Ты назвала меня Крисом.
Меня тут же бросает в холод, и голова начинает кружиться.
— Кто такой Крис?
Я несколько раз моргаю, прежде чем покачать головой.
— Я только что рассказал тебе то, о чем никому больше не говорил. И никогда не расскажу, потому что меня и так считают сумасшедшим. Отплати мне тем же. Расскажи что-то, чего никогда никому не рассказывала.
Я ломаю руки, делая глубокий вдох.
— Крис был моим женихом. Он погиб в автокатастрофе. Шел дождь, машину занесло. Её швырнуло через перила моста, и мы улетели в реку. Я выбралась. Он — нет.
Хантер прищуривается.
— Мне жаль.
— Спасибо, — бормочу я.
— Но об этом я уже знал кое-что.
Я смотрю на свои руки.
— Да, — я поднимаю взгляд. — Но никто не знает, что за рулем была я.
Между бровей у него залегает глубокая складка.
— Я опустила стекло, прежде чем машина полностью ушла под воду. И отстегнула оба ремня безопасности. А потом выбралась первой. — Я морщусь от одних только воспоминаний. Они всё еще со мной. Уже не такие яркие, но и не исчезли до конца. — Я думала, он прямо за мной. — Мой голос падает до шепота. — Но его там не было.
Хантер не спешит с ответом. Есть вещи, которые не требуют иных подтверждений, кроме теплой улыбки.
— Хотите, я вам почитаю?
— С удовольствием, — шепчет он с улыбкой.
Я начинаю читать первые страницы пятнадцатой главы, и как раз в тот момент, когда мне кажется, что Хантер провалился в сон, он ухмыляется. Он влюблен в главную героиню, Джессику Дэй — сексуальную наемную убийцу, которая влюблена в своего психиатра. Я продолжаю:
Она продолжала гладить его носки в ромб.
— Тебе нужно потрахаться. Нормальные люди так не мыслят. Когда ты в последний раз занимался сексом? — спросила Джессика.
Люк проигнорировал ее. Это был его обычный метод, когда она пыталась лезть в его жизнь.
— Спорю, ты сторонник миссионерской позы. Всё строго по инструкции: семь с половиной минут прелюдии, тридцать секунд стимуляции клитора, чтобы она достаточно увлажнилась, ровно тридцать пять толчков до финиша, а потом десять минут обнимашек, поцелуй в щечку и, может быть, даже джентльменское «спасибо», прежде чем предложить ей уйти, чтобы ты мог получить свои необходимые восемь с половиной часов сна.
— Она чертовски сексуальная и дерзкая, — бормочет Хантер.
Я улыбаюсь и читаю дальше, пока он не засыпает, но в этот раз я не бужу его. У нас обоих нет никаких дел, кроме как ждать возвращения Веры и Блэр.
Два часа спустя они возвращаются. Но в этот раз вместе с ними Мёрфи.
Я встаю, расправляя платье и накидывая сумочку на плечо.
— Как долго он спал? — шепчет Вера.
— Недостаточно долго, — говорит Хантер, открывая глаза.
— Как ты себя чувствуешь? — Блэр проходит мимо меня, чтобы взять отца за руку.
— Кажется, я выживу.
— Спасибо, что посидела с ним, — Вера сжимает мою руку. — Думаю, тебе стоит взять отгул. Хантер не вернется домой как минимум неделю, а мы будем либо здесь с ним, либо заняты свадебными хлопотами. Я могу договориться, чтобы кто-то поливал сад.
Я не могу смотреть на Мёрфи, когда в палате эхом отдаются слова «свадебные хлопоты». Поэтому я просто улыбаюсь Вере.
— Спасибо.
— Ты это заслужила, — отвечает она.
— А кто будет мне читать? — спрашивает Хантер, удостаиваясь сердитых взглядов жены и дочери.
Я посылаю ему воздушный поцелуй.
— Ведите себя хорошо. И будьте поласковее с медсестрами.
— Блэр, мне нужно принять рабочий звонок, — говорит Мёрфи, поднимая телефон.
Я не смотрю на него, проскальзывая в дверь и направляясь прямиком к лифту.
Хлоп!
Его рука просовывается в закрывающиеся двери, останавливая их.
— Элис, ты что, убегаешь от меня? — Он заходит в лифт, убирая телефон в карман.