Страница 37 из 127
— А что, если имеет?
Она нервно смеется, прежде чем отпить свой напиток. Сглотнув, она вытирает губы тыльной стороной ладони.
— Не должно. Я здесь просто горничная. Практически незнакомка.
Я делаю шаг ближе, и она, кажется, задерживает дыхание, когда я тянусь к ее лицу, чтобы убрать прядь волос, но затем останавливаюсь и опускаю руку. Больно смотреть на нее как на чужую. Мой разум, может, и умеет играть в такие игры, но сердце на подобные трюки не способно.
— Ты самая знакомая незнакомка из всех, кого я когда-либо встречал. И в конце концов я выясню, почему ты кажешься мне такой родной.
Это напоминает те времена, когда мама ловила нас с сестрой на лжи: она давала нам все шансы признаться самим, прежде чем вывести на чистую воду.
Элис поджимает губы, и в тусклом свете мне сложно разобрать наверняка, но кажется, на ее глазах блестят слезы.
— Что ж, мне пора вернуться к…
— Вашей невесте, — шепчет она.
— Да, — бормочу я, опуская голову и глядя на ее босые ноги, пальцы зарываются в траву. На мгновение я закрываю глаза и возвращаюсь на восемь лет назад.
— Мёрфи, ты ходишь босиком по траве? Тебе стоит попробовать. Здесь самое мягкое место, прямо у забора.
— Элис, это место, где Палмер ссыт чаще всего.
— Фу! Почему ты не сказал мне раньше?
Едва заметная ухмылка касается моих губ, когда я вспоминаю, как она побежала к садовому крану мыть ноги. Палмер писал в песок, но она об этом не знала.
Когда я поднимаю взгляд, Элис изучает меня своими грустными голубыми глазами и делает шаг навстречу.
Испугавшись того, что может сделать со мной ее близость, я отступаю и выдавливаю искреннюю улыбку.
— Спокойной ночи, Элис.
— Спокойной ночи, мистер Пэддон.