Страница 76 из 167
Интересно, если я позволю себе подобную вольность, будет ли это выглядеть так, словно я отношусь к ней как к своей девушке?
Я заталкиваю эту непрошеную мысль на задворки своего сознания. Сейчас мне хочется целиком сосредоточиться на удивительном ощущении того, что этот вечер складывается просто идеально.
Спустя совсем немного времени мы паркуемся у здания той самой уютной местной закусочной. Я неизменно привожу сюда маму во время каждого ее визита. Это место до боли напоминает мне аналогичное заведение из моего детства. Туда мама вела меня сразу после окончания хоккейных матчей, если в нашем скромном семейном бюджете заводились лишние деньги. Свой официальный пиджак и галстук я опрометчиво швырнул на заднее сиденье грузовика. Меня всерьез терзали опасения, что если я решу заскочить домой для смены одежды, Ал попросту передумает и перечеркнет все наши планы.
— Три порции горячего шоколада для наших победителей, — бодро объявляет официантка Синди.
Она виртуозно балансирует тяжелым подносом, аккуратно расставляя дымящиеся кружки на поверхности нашего стола. Я инстинктивно подаюсь вперед, помогая ей распределить посуду. Мне просто необходимо чувствовать себя полезным.
— Вы уже готовы сделать заказ по основному меню? — интересуется женщина, попутно извлекая потрепанный блокнот из кармана своего фартука.
Я отрицательно качаю головой.
— Не могли бы вы дать нам буквально пару минут? — вежливо просит мама.
Пожилая женщина понимающе кивает в ответ.
— Разумеется, дорогуша. Я вернусь к вам чуть позже, — бросает она, удаляясь вглубь зала.
Я делаю поспешный глоток из своей кружки и в ту же секунду безжалостно обжигаю язык. Коротко поморщившись от вспышки боли, я упрямо проглатываю горячую жидкость.
— Господи, скажи мне, ты сейчас действительно хлебнул кипяток и даже не удосужился подуть на него? — удивленно допытывается Ал.
Она сидит по правую руку от меня и смотрит на меня с неподдельным изумлением. С противоположной стороны стола раздается тихий, заливистый мамин смех.
— Этот несносный мальчишка отродясь не имел привычки ждать, пока его напиток хоть немного остынет. Казалось бы, Джек должен был усвоить этот простой урок после сотен выпитых кружек за всю свою спортивную карьеру. Но у него просто слишком толстый череп, — подмигивает она Ал, одаривая меня любящим взглядом.
— Ладно, стойте, дайте мне шанс оправдаться, — с улыбкой заявляю я, пытаясь защитить свою сомнительную тактику. — Смотрите, если вы обжигаете язык самым первым глотком, то он у вас уже становится нечувствительным к боли. А значит, дальше вы можете спокойно продолжать пить горячий напиток без лишних церемоний.
Глаза Алондры округляются от изумления. Она крепче смыкает ладони вокруг своей кружки.
— Нет. Просто... нет. В твоих словах нет абсолютно никакой логики, Джек.
— Я твержу ему эту простую истину на протяжении многих лет. Но, возможно, к твоему голосу он всё же соизволит прислушаться, — замечает мама.
Она привычным движением собирает свои светлые волосы назад, фиксируя их в аккуратный пучок. Довольно странно осознавать тот факт, что когда мама находилась в моем нынешнем возрасте, ей уже приходилось воспитывать трехлетнего карапуза в виде меня.
— Лично я не горю желанием ходить с обожженным языком, — отзывается Алондра.
Она принимается усердно дуть на свою порцию шоколада, стремясь остудить жидкость. Впрочем, мне плевать, я по-прежнему считаю свой метод вполне рабочим и эффективным.
— Расскажите, какие у вас планы на завтрашний день?
— Я дала Джеку обещание напечь фирменного домашнего печенья для его соседей по дому. Ну а после этого мы, скорее всего, планируем посетить местный океанариум, — делится планами мама, параллельно изучая содержимое меню.
— Я уже наслышана о вашей выпечке. О ней в этих краях ходят настоящие легенды, — улыбается Ал.
При одном лишь упоминании о маминых сладостях в моем желудке раздается требовательное урчание.
— Я обязательно отложу для тебя порцию, милая. До меня долетали слухи о тех нешуточных баталиях, которые разворачиваются в их жилище из-за выпечки. Тебе совершенно ни к чему оказываться в эпицентре драки взрослых, здоровенных мужиков из-за куска пирога, — качает головой мама. — Кстати, тебе нужно будет обязательно скинуть мне тот самый рецепт косметических масок для лица, которые вы делали в прошлый раз. Возможно, мы устроим себе аналогичный сеанс красоты завтра вечером. Могу поспорить, мне удастся уговорить всю их четверку поучаствовать в этом безумии.
Ал тихонько хихикает, делая крошечный, аккуратный глоток из своей кружки.
— Если кто-то в этом мире и способен провернуть подобный трюк, то это только вы. Но для гарантии успеха вам наверняка придется использовать печенье в качестве весомого рычага давления.
— А ведь ты права, это просто гениальный ход, — соглашается мама.
Вот только мой мозг намертво застревает на одном странном моменте. Мне безумно хочется понять, откуда вообще маме стало известно про наши косметические процедуры. Я отчетливо помню, что сам не обронил об этом инциденте ни единого слова. О чем еще эти двое успели потрепаться за время матча?
— Погоди, это ты показала ей те дурацкие фотографии? — спрашиваю я, пристально глядя на Алондру.
Девушка кокетливо прикусывает нижнюю губу, отчаянно пытаясь скрыть победоносную улыбку, и отрицательно качает головой.
— Моей вины тут нет, но теперь я искренне жалею об упущенной возможности, — заявляет Ал, одаривая меня лукавым взглядом, после чего снова переключает внимание на мою мать. — Скажите, а Джек уже успел поведать вам историю о том, каким именно образом ему удалось затащить меня на прошлые игры?
Мама удивленно качает головой, с неподдельным любопытством уставившись на мою персону.
— Нет, он вообще не вдавался в подробности. Сказал только, что ты пришла на стадион, и теперь он считает тебя своим персональным талисманом на удачу.
— Оу, неужели? — протягивает Ал.
Я чувствую, как мое лицо стремительно заливает густая краска смущения. Я действительно сболтнул маме эту фразу в порыве откровения. Но в мои планы не входило посвящать Ал в свои новые спортивные суеверия. Пусть даже моя сегодняшняя результативность на льду в полной мере подтвердила этот статус.
— Мама, ну прекрати, — сокрушенно бормочу я, принимаясь нервно тереть ладонью заднюю часть шеи.
— Да ладно тебе скромничать, всё в порядке, — отмахивается она от моих претензий.