Страница 67 из 167
Мои бедра начинают двигаться сами собой, инстинктивно ловя каждое мимолетное движение и ища большего трения о мускулистое бедро Джека. Он властно наматывает мои темные кудри на кулак, заставляя меня запрокинуть голову. Моя шея оказывается полностью обнажена, и парень тут же припадает губами к чувствительной коже на горле, оставляя влажные, обжигающие поцелуи. Его пальцы бесстыдно подлезают под плотный деним моих коротких шорт, и тихий, томный стон срывается с моих губ, когда его подушечки пальцев с силой впиваются в мою плоть. Джек помогает мне направлять движения, и грубый внутренний шов шорт при каждом толчке начинает интенсивно тереться о мой клитор. Это приносит несказанное удовольствие, посылая целые каскады сладостных искр по всему телу.
Мне безумно нравится, что он не пытается нянчиться со мной и не относится ко мне как к хрупкой стеклянной вазе, готовой расколоться от любого прикосновения.
— Знаешь, мне определенно нравится быть обычной, — шепчу я, втайне жалея о том, что на нас сейчас натянуто слишком много лишней одежды.
Боже правый, я уже и не помню, когда в последний раз испытывала такую дикую, первобытную потребность в чужих ласках.
— Не думал, что мне это настолько зайдет, — раздается его приглушенный, довольный смешок.
Джек продолжает ласкать мою задницу, сминая плоть прямо через ткань шорт. В этот момент я хочу получить от него гораздо больше, чем мне позволительно желать.
— Черт, Ал, ты просто... — его голос обрывается на полуслове, и вместо объяснений он вновь жадно впивается в мои губы.
Мне до безумия нравится целоваться с Джеком.
Внезапно он отстраняется. Его дыхание становится прерывистым и тяжелым, а потемневший взгляд пронизывает меня сквозь пелену густых черных ресниц.
— Что я? — спрашиваю я, тщетно пытаясь унять тот сладостный хаос, который этот парень только что устроил внутри моего тела.
Джек замирает на мгновение. Он отрицательно качает головой, пока его большой палец мерно скользит по нежной коже на моей шее сзади.
— Ты невероятно красивая.
— Не надо, — прошу я, чувствуя, как смущенный румянец стремительно ползет от груди к щекам, и предпринимаю робкую попытку высвободиться из его крепких объятий.
— Я не говорю ничего, что не являлось бы чистой правдой, но я обязан притормозить и убедиться, что тебе комфортно, — произносит он.
Его ладонь плавно перемещается ниже, мягко ложась на прогиб моей поясницы.
— С тобой всё в порядке, или ты снова хочешь сбежать? — спрашивает Джек, внимательно всматриваясь в мое лицо.
Каким-то непостижимым образом за те короткие шесть недель, что прошли с момента нашей первой встречи в «Twin City», Джек умудрился заразить меня своей искренней добротой. И мне кажется, что благодаря ему я наконец начинаю исцеляться.
Черт возьми, еще каких-то две недели назад я бы ни за что на свете не поверила, что окажусь в таком пикантном положении с этим парнем, но сейчас я здесь.
— Думаю, со мной всё хорошо, — выдыхаю я, облегченно расслабляя плечи. — Но ведь это всё ни к чему нас не обязывает, верно?
Мне необходимо услышать от него эти слова подтверждения. Чем дольше мы останавливаемся для пустых разговоров, тем сильнее мой глупый разум поддается искушению начать анализировать происходящее. Мне хочется побыть обычной и беззаботной еще хотя бы немного.
Джек понимающе кивает и наклоняется, чтобы запечатлеть невесомый поцелуй в уголке моих губ.
— Это абсолютно ничего не меняет между нами, — заверяет он.
У меня подкатывает желание расспросить его подробнее, но из-за панического страха упустить драгоценные мгновения я просто обвиваю руками его шею. Я прерываю его поцелуем прежде, чем он успеет озвучить какие-то иные мысли.
Его движения точны и уверенны. Он заводит свои обнаженные ладони под мои бедра, отчего всё мое существо начинает вибрировать от мощного электрического разряда. Джек легко вздергивает мое тело вверх, вынуждая меня крепко обхватить ногами его талию.
— И куда мы теперь? — бормочу я прямо ему в губы.
Парень заставляет меня умолкнуть при помощи очередного глубокого поцелуя. Сквозь пелену тумана в голове я смутно фиксирую наше перемещение в сторону хозяйской спальни в самом конце коридора. Джек слегка возится с дверной ручкой, и вот мы наконец оказываемся в полной изоляции в его комнате, а глухие отзвуки бушующей внизу вечеринки остаются за порогом.
— Там слишком много лишних глаз, — поясняет он.
Он щелкает выключателем настольной лампы, после чего опускается на край огромной кровати, по-прежнему удерживая меня на своих коленях.
— Вообще-то я не имею ничего против присутствия публики, но мне очень хотелось, чтобы ты смогла взять от этого вечера всё необходимое и при этом не забивала свою хорошенькую головку ненужными страхами, — шепчет Джек.
Но я уже практически теряю способность соображать, поскольку его губы бесцеремонно оттягивают ворот моей рубашки в сторону, чтобы настойчиво припасть к хрупкой ключице.
Он сейчас серьезно признался в том, что ему нравится заниматься этим на виду у других? Сама мысль о том, что кто-то мог подсматривать за нами в полутемном коридоре, отзывается во мне волной острого, пикантного возбуждения. Его искусный рот тем временем продолжает терзать мою кожу, усердно лаская и посасывая ее.
— И что же, по-твоему, мне сейчас необходимо? — спрашиваю я.
Я слегка подаюсь вперед прямо на его коленях, пытаясь поймать то самое правильное положение, чтобы вернуть желанное давление на мой клитор. Мои ладони скользят по рельефным мускулам его плеч, и его кожа кажется невыносимо горячей под моими пальцами.
Черт, до чего же это восхитительное чувство, когда его рот ласкает мое тело.
Джек приподнимает голову и устремляет на меня свой взгляд, а на его губах играет игривая, понимающая усмешка.
— Ты доверяешь мне? — спрашивает он.
И хотя всё происходящее в эту хэллоуинскую ночь уже кажется сплошным безумием, этот вопрос определенно бьет все рекорды.
— Доверяю, — выговариваю я сорвавшимся, осипшим от вожделения голосом.
Джек напоследок с силой сжимает мою ягодицу и его ладони решительно перемещаются к поясу моих шорт.
— А теперь встань, Алондра.
— Зачем? — спрашиваю я.
Сердце пускается вскачь с удвоенной силой, стоит ему ловко расстегнуть металлическую пуговицу и с тихим треском потянуть вниз застежку-молнию.