Страница 54 из 167
Ему нужна моя паника, и я не должна доставлять ему такого удовольствия. На его лице не отражается ни единой эмоции, лишь щеки слегка покраснели от уличного холода. Я невольно задумываюсь о том, как долго он караулил меня у двери. Если бы я осталась в библиотеке вместе с Мэйси, возможно, он бы просто ушел, так и не дождавшись моего возвращения.
— Я пришел ради тебя, — произносит он.
Или Элли могла бы наткнуться на него, вернись она домой чуть раньше. Вряд ли бы он стал поднимать на нее руку, но я на собственном горьком опыте успела узнать, насколько искусно этот человек умеет разыгрывать роль благородного рыцаря, когда ему это выгодно.
— Зачем? — спрашиваю я, пряча ладони глубоко в рукава зимнего пальто.
Телефон в руке начинает отчаянно вибрировать от нового вызова. Я не сомневаюсь, что это Джек, и быстрым нажатием боковой клавиши сбрасываю звонок.
Брэдли бесцеремонно оглядывает меня с ног до головы. Я замираю на месте, чувствуя, как пульс в груди разгоняется до предельных величин.
— До меня дошли слухи, что ты вовсю крутишь шашни с Джеком Шульцем. Что случилось с твоим клятвенным обещанием никогда не связываться с хоккеистами?
Я неопределенно пожимаю плечами. Как бы мне ни хотелось отвернуться, здравый смысл подсказывает не выпускать его из виду ни на секунду. Я отклоняю очередной вызов, мысленно надеясь, что Джек сумел разгадать мой намек.
— Неужели ты наивно полагаешь, что отец наконец проявит к тебе каплю любви, если ты раздвинешь ноги перед одним из его смазливых игроков? — грубо бросает он.
В этой ситуации любые мои оправдания о том, что нас с Джеком связывает исключительно дружба, прозвучат максимально неубедительно.
— Какое тебе до этого дело? Мы расстались, — напоминаю я ему, чувствуя, как ладони становятся влажными от пота, пока телефон снова вибрирует.
Брэдли окидывает меня оценивающим взглядом. Его лицо внезапно разглаживается, являя миру безмятежную улыбку, от которой у меня по спине пробегает мороз.
— Вынужден тебя огорчить, ангел мой. Наша история не закончится, пока я сам так не решу. Держись от Шульца подальше.
Я отшатываюсь назад, словно от физического удара. Его слова тяжелым эхом отдаются в моих мыслях.
Наша история не закончится, пока я сам так не решу.
Его ухмылка становится еще шире от осознания того, что ему всё-таки удалось выбить меня из колеи. Всё мое тело начинает крупно дрожать, и скрывать этот страх теперь становится абсолютно бессмысленно.
— Если через десять минут я не появлюсь на катке, отец отправит за мной Джека и Дилана. Пожалуйста, уходи.
Я мысленно проклинаю себя за это жалкое слово «пожалуйста», но мне просто нужно, чтобы он исчез.
— Я что-то не видел тебя на своих трибунах в этом сезоне, — замечает он, полностью игнорируя мое упоминание о парнях.
Этот человек окончательно лишился рассудка.
— Тебе пора уходить, — повторяю я, но мой голос срывается на жалкий шепот.
В этот миг я чувствую себя такой же беспомощной и ничтожной, как и год назад.
— Я скучаю по тебе, Ал.
Если я открою рот, то либо разражусь диким криком, либо меня просто вывернет наизнанку прямо перед ним. Поэтому я крепче сжимаю челюсти. Он скучает вовсе не по мне. Ему не хватает послушной куклы, которой можно было беспрепятственно манипулировать.
Он протягивает руку к моему лицу и едва ощутимо проводит кончиками пальцев по шишке на моем лбу. Я судорожно вздрагиваю от этого прикосновения. Его ноздри гневно раздуваются, а на челюсти отчетливо проступают желваки.
— Хорошенько обдумай мои слова и забудь дорогу к Джеку.
Его темный, пронизывающий взгляд встречается с моим. Глаза застилают слезы, и я поспешно закрываю их, делая короткий кивок головой. Возможно, если я продемонстрирую покорность, он наконец оставит меня в покое.
Когда я снова открываю глаза, Брэдли уже направляется к выходу и находится на полпути к лестничной клетке. Мои пальцы путаются в связке ключей. С трудом отыскав нужный, я кое-как открываю замок, влетаю в квартиру и мгновенно защелкиваю за собой запоры на случай, если он передумает. Я судорожно зажимаю рот ладонью, пытаясь сдержать рвущийся наружу всхлип. Мой телефон с глухим стуком валится из ослабевших пальцев на пол, и его непрекращающаяся вибрация жутким грохотом разносится по пространству безмолвной квартиры.
О боже, этот подонок знает мой адрес.
Ноги подкашиваются, и я без сил опускаюсь на пол, словно брошенный в воду камень. Все самые страшные воспоминания о жизни с Брэдли, которые я так усердно прятала в самые потаенные уголки своего сознания, лавиной хлынули наружу.
Всего пять минут наедине с бывшим парнем полностью перечеркнули месяцы упорной реабилитации, вдребезги разбив ту хрупкую мозаику надежды, которую я по крупицам собирала из собственных осколков.
Наша история не закончится, пока я сам так не решу.
Он ведь не может говорить это серьезно?
Я закрываю глаза, позволяя слезам беспрепятственно течь по щекам, и отчаянно хватаю ртом воздух, чувствуя удушье.
Всё в порядке, Ал. Успокойся. Он до тебя не дотронулся, по крайней мере, не причинил вреда. Ты со всем справишься.
Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один.
К черту это бесплатное обучение в университете. Вот главная причина, по которой я так рвалась в Техас. Там у меня был бы шанс начать всё с чистого листа, и Брэдли ни за что на свете не смог бы заявиться к моей двери только потому, что почувствовал угрозу со стороны моего друга.
Внезапно в дверь раздается оглушительный стук. Я в панике вскакиваю на ноги, до крови кусая губы в попытке сдержать рыдания. Если он услышит мои слезы, то сразу поймет, что я солгала про отца, и тогда мне точно не поздоровится.
Он вернулся
. Брэдли оказалось совершенно плевать на то, что отец ждет меня на арене.
— Ал, это Джек. Ты дома? — доносится до меня такой знакомый и родной голос, сопровождаемый новым стуком.
Он пришел. Он действительно пришел за мной
.
Я бросаюсь к замку, чтобы впустить Джека, но стоит мне открыть дверь, как перед глазами всё окончательно плывет, лишая меня возможности сфокусировать взгляд на его лице. В ту же секунду его сильные руки подхватывают меня, отрывая от пола. Я мертвой хваткой вцепляюсь в его шею, содрогаясь от безудержных слез, которые начинают течь еще быстрее.
Джек без малейших усилий держит меня на весу, уверенно пронося внутрь квартиры, пока я прячу лицо в изгибе его шеи.