Страница 31 из 54
— Не собирались мы его кончать. Он сам нарвался. Мы приехали к нему, потому как Гвоздь сказал, что чувак может быть в курсе, где девку искать. Ну ту, которую надо было увезти. Они вроде как общались, ну я это.. отловил это дело в интернете. А там дело за малым, отловить чувака на работе – а он официально же работает на пляже, – ну и проследить до хаты. Мы хотели дело по-тихому сделать. А этот кент начал понтоваться, героя из себя строить. Вот и получил..
— Скажите, а этот Гвоздь Маргариту Подхомутникову что, знал в лицо? Знал, как она выглядит? – уточнил Сорокин.
— Ну да, а как же? Как бы мы узнали, кого нужно брать? Гвоздь нам показал ее фотки, – объяснил Бубенчиков.
— Понятно. Вы у Петельникова вдвоем были? С Гвоздем?
— Вдвоем. Не с Гво.. – Бубенчиков осекся. Поправился: – Ну да, с Гвоздем.
— Так, понял, – кивнул следователь. – Третьего своего приятеля ты сдавать не хочешь. По крайней мере пока. Рассказать о нем тебе все равно рано или поздно придется. Тем более что ты уже начал рассказывать. И это зачтется тебе как сотрудничество со следствием. Сейчас протокольчик подпишем, и отправишься в камеру. Наш с тобой разговор дальше этого кабинета пока не пойдет. Поэтому я могу предложить тебе следующее: если в камере тебя кто-то спросит о Гвозде, говори, что вас взяли вместе.
— Но как же.. ведь Гвоздь, он же..
Бубенчиков растерянно посмотрел на Юрия.
— Он мертв, – кивнул Сорокин, – но об этом еще никому, кроме тебя, не известно. И мы сможем сделать так, что это неведение будет продолжаться, ну, скажем, еще пару недель. Его тело сейчас находится в морге как неопознанное. Я это к чему тебе сейчас говорю? Все это делается для того, чтобы на тебя никто не подумал, что ты сдал третьего из вашей группы, понял?
Бубенчиков кивнул.
— Ну вот. Скажешь, если спросят, что Гвоздь вместе с тобой попал в полицию. Тогда ваши будут думать, что именно Гвоздь сдал и тебя, и того.
— А потом что будет? – хриплым голосом спросил Бубенчиков.
— А потом выяснится, что Гвоздь скончался от ран. Но дело уже будет сделано, понял? – спросил Юрий.
— Понял, – кивнул Бубенчиков.
— Ну, так как?
— Я.. это.. а можно мне подумать?
— Можно, но думай быстрее.
Пока ждала Юрку, успела плотно пообедать, выпить пару чашек кофе и принять решение: отцу Маргариты позвоню после беседы с ней самой. Мне как минимум хотелось прояснить, почему девица не отвечала ни отцу, ни на мои сообщения.
Сорокин, ворвавшись в кафе, сделал заказ и уселся ко мне за столик. Пока обедал, вкратце рассказал о беседе с Бубенчиковым. Пообещал держать в курсе дальнейшего расследования. И поинтересовался:
— Ты сейчас куда?
— К Маргарите Подхомутниковой в больницу, – пояснила я. – Мне с ней поговорить надо, а потом перед клиентом отчитаться. А ты?
— Если не возражаешь, я с тобой. Мне же доказательную базу собирать нужно. А она – пострадавшая, жертва, можно сказать, похищения.
— Поехали! – согласилась я. – Хочешь – на моей машине.
— Ты сюда к нам на машине примчалась?
— Нет, конечно. Цивилизация и до вас добралась, каршеринг работает, – поддела я приятеля. Он улыбнулся, и мы пошли к автомобилю.
На территории клиники были разбиты ухоженные клумбы с цветами, а также небольшие газоны. В центре двора под раскидистыми деревьями стояло несколько скамеек. По асфальтированным дорожкам прогуливались пациенты.
Само здание клиники выглядело современно, скорее всего, оно было построено совсем недавно. Оно было пятиэтажным, с большими окнами, фасад облицован светлыми панелями.
Пока мы с Юркой проходили через парк, я подводила итог предшествующих событий. Вроде бы все на данный момент складывалось более или менее удачно. Нам удалось вырвать Маргариту Подхомутникову из лап похитителей, более того, девушка была жива.
Я не питала особых надежд на то, что Маргарита в курсе того, почему ее похитили. Возможно, что для нее самой это нападение было неожиданным, как знать. Однако даже то, что ей может быть известно, в состоянии пролить свет на произошедшие события. И в первую очередь на то, почему они с матерью оказались так далеко друг от друга. Ведь, по словам Александра Вячеславовича Подхомутникова, Маргарита давно мечтала и планировала посетить Тунис. И мужчина не возражал против того, чтобы Маргарита отправилась в туристическую поездку вместе с его бывшей супругой.
Мы с Сорокиным остановились перед стеклянными дверями, которые открывали вход в клинику. Они открывались автоматически.
Однако у самых дверей нас остановил средних лет мужчина в форме охранника.
— Вы к кому? – спросил он.
Юрий показал свое удостоверение.
— Проходите, товарищ майор, – сказал мужчина.
Мы прошли в просторный холл, стены которого были украшены картинами, насколько я поняла, местных художников. Они удачно оживляли больничную обстановку. В углу я заметила автоматы для напитков и кулер с водой. На центральной стене холла находилась большая доска, на которой были написаны названия отделений и указатели, помогающие ориентироваться.
Мы подошли к медицинскому посту. За столом сидела молодая девушка в медицинской форме.
— Скажите, как пройти в Маргарите.. Лебедевой? – спросил Сорокин, глянув что-то в планшете. Я вспомнила, что он говорил – Подхомутникову с целью обеспечения ее безопасности оформили под другой фамилией. – Ее сегодня привезли к вам несколько часов назад.
Медсестра кивнула:
— Да, я помню эту девушку. Но вряд ли к ней сейчас пустят посетителей.
— Я майор полиции, занимаюсь расследованием данного преступления, а со мной частный детектив. Маргарита Лебедева подверглась нападению, и мы сейчас работаем над раскрытием этого преступления, – объяснил Юрка.
— Я понимаю вас, однако разрешение на посещение может дать только лечащий врач Лебедевой, – ответила медсестра.
— Где его можно найти? – спросил Юрий.
— Поднимайтесь на пятый этаж. Там тоже находится сестринский пост, объясните ситуацию, и вам вызовут доктора, – сказала девушка.
Мы вызвали лифт.
— Юр, спасибо тебе за все, – сказала я, когда мы уже поднимались в лифте.