Смертельное лекарство

ГЛАВА 7 Вязьмикин и его сыновья

Все происходило именно так, как я предполагала. Когда утром я проснулась, то обнаружила своего напарника спящим на полу рядом с кроватью. Я растолкала Илью, мы оделись и крадучись направились к выходу, надеясь более не обременять хозяев. Но не тут-то было. Радушные хозяева встали раньше нас, и нам пришлось еще раз насладиться почти деревенским молоком и яичницей. Наконец наш «Москвич» вырулил за ворота.

— Теперь-то скрываться не надо? — спросил Илья.

— А чего скрываться? — пожала я плечами. — Мы едем от любимого дяди Семена и тети.. черт, забыла, как хозяйку зовут. Ну да неважно. Сегодня никто смотреть не будет — они уверены, что налетчики скрылись еще ночью. Да и не ездят налетчики на таких колымагах, как наша.

И опять я оказалась права. На всех постах ГАИ нас провожали равнодушным взглядом, даже не пытаясь остановить. Мы без помех доехали до Тарасова. Илья подвез меня до моего дома.

— Что будешь делать теперь? — поинтересовалась я, перед тем как захлопнуть дверцу.

— Дособеру еще немного материала — поговорить кое с кем надо — и накатаю статью. Продам ее в «Комсомолку» или в «Новую ежедневную», огребу бабки и залягу на дно где-нибудь в столице — в родной город мне после этого лучше не показываться. По крайней мере месяц. А ты?

— А я тоже буду «дособирать материал». Только боюсь, что придется дособирать побольше, чем тебе. И залечь на дно мне вряд ли удастся.

— Ну удачи тебе! — пожелал мне мой напарник и укатил. Добравшись до своей квартирки, я первым делом направилась в ванную. Гостеприимство — вещь замечательная, но жаркая перина — это не по мне. Мыться — такое наслаждение! Однако долго наслаждаться ванной мне не дали. Сквозь полуоткрытую дверь я услышала требовательный телефонный звонок. Он гудел раз за разом. Кто-то очень желал пообщаться со мной. Я нехотя выбралась из ванны и взяла трубку.

— Таня, это вы? — услышала я довольно милый женский голос. — Это Лунина, Катя. Помните?

Еще бы мне не помнить клиентов!

— У меня тут произошло.. В общем, я добилась свидания с Олегом.

Сказав это, она вдруг замолчала, и я поняла, что моя собеседница плачет.

— Успокойтесь, Катя, — наставительно проронила я. — Что он вам сказал?

— Вначале ничего особенного — все хорошо, держись, я не виноват.. Там ведь милиционер присутствует, вы, наверно, знаете. Дело-то не в словах, а в том, как он выглядел. Выглядел он ужасно подавленным, испуганным. Я его таким никогда не видела! А в конце, когда милиционер немного отошел, Олег шепнул: «Постарайся меня вытащить». Таня, его там убьют!

Я услышала в трубке настоящие рыдания. Катя действительно переживала за своего мужа.

— Что вы придумываете, Катя, — стала я ее успокаивать. — Тем, кто его посадил, нужен процесс над убийцей. Другое дело, что на него могут давить.. Но я ведь тоже не теряю времени. Нашла один след, буду разрабатывать.

— Правда? — В голосе на том конце провода появилась надежда. — Это так здорово! Вы молодец! Только..

Голос Кати вновь потускнел.

— Что еще? — насторожилась я.

— Вы понимаете, какая нелепая вещь получилась.. Выяснилось, что у меня совсем нет денег.

— Как это?

— Деньгами всегда ведал Олег. Он мне давал, сколько мне было нужно. Откуда он брал, я не знала. Знала, правда, что в банке есть счет на мое имя, но не представляла, сколько на нем денег, и никогда им не пользовалась. И вот теперь я туда пошла.. — Она запнулась.

— И что — ничего?

— Не совсем.. Там оказалось два с чем-то миллиона. Понимаете, мы с Олегом столько проживали за неделю. Это не роскошь, поверьте — я знаю людей, которые тратят столько же и даже больше за день. Я взяла эти деньги.. и от них уже ничего не осталось. А дома я все перерыла и ничего не нашла. Так что уплатить сейчас я вам не могу — а наверное, нужно на всякие расходы?

— Да пока не очень, — сказала я правду (расходы действительно были не слишком велики, другое дело, что я рассчитывала получить сколько-нибудь просто на жизнь). — Потом, когда выручим вашего мужа, тогда и рассчитаетесь.

— Нет, я раньше найду, обязательно, — заверила меня Катя. — Не думайте, что я такая беспомощная.

— Я и не думаю, — заверила я ее. На этом наш разговор завершился, и я отправилась в ванную добирать свою порцию удовольствия. Однако блаженно-расслабленное состояние после звонка Кати прошло, и я начала составлять план дальнейших действий.

Во время визита на подпольный винзавод я узнала много интересного. Во-первых, что он действительно существует, и, по всей видимости, Митрохин вместе с Луниным поставляли туда спирт. Во-вторых, что у владельцев завода шли разборки с бандой Спиридона — Сергея Спиридонова, известного в городе «крутого» бандита. На моих глазах произошел налет, закончившийся для нападавших весьма печально.

В-третьих, в разговоре упоминался «хозяин», «сам», которого кто-то убил. Я не сомневалась, что кавказец имел в виду Вязьмикина. В убийстве он подозревал Спиридона, а капитан скорее грешил на «своих» — то есть на милицию. Это что же получается? Вязьмикина убили люди из органов? Из милиции или из ФСБ? До меня доходили слухи о том, что именно это ведомство убирает наиболее видных представителей организованной преступности, на которых никак не удается найти достаточно улик, чтобы упрятать их за решетку. Таким образом осуществляется своеобразная теневая юстиция. «Рыцари плаща и кинжала» организуют и конфликты между преступными группировками, натравливая одних бандитов на других, чтобы те своими руками содействовали справедливости. Проверить эти слухи до сих пор мне не приходилось. Да, по правде, и желания особого не было. Связываться с такими делами — только неприятности зарабатывать. И ничего, кроме неприятностей. Так что лучше эту версию пока оставим.

В разговоре преступников мелькнуло еще одно имя — Турок. Несомненно, имелся в виду тоже известный в городе человек — Владимир Туркин, владелец фирмы «Глафира». Фирма занималась торговлей недвижимостью, у нее был даже собственный банк. В деловых кругах считалась очень криминальной, с нею старались не связываться. А мне, судя по всему, придется связаться — все остальные варианты еще хуже. Из ванны я выбралась с готовым планом и в мрачно-решительном настроении.

Офис Туркина располагался в весьма престижном месте — в здании проектного института в центре города, занимая в нем целых три этажа. Охрана там была что надо. Меня прямо от входных дверей начали спрашивать, кто я такая и по какому делу. В мой план по ходу пришлось вносить коррективы.