Страница 33 из 78
— С-скабре видели за стеной, в день п-прихода каравана. Мо… Мои подчинённые там кое-что продавали из своих вещей, а Маркус их перекупал. П-понятия не имею, как парень там оказался. Я тогда не обратил внимание на это, а сейчас вот вспомнил… Думал, мистер Вальц из-за этого инцидента объявил Скабре в розыск.
— Что? — глаза Валентайна расширились от удивления. — Какой ещё розыск?
В эту самую секунду в голове Лорда, привыкшего к постоянным интригам, сложилась ранее неуловимая картина событий.
Скабре!
Неизвестный ополченец, помогший Вальцу найти убийцу Лебедона и сторонников Секты Скреббы. Он же безымянный адепт-новик, которого Кристоф хотел по-тихому устранить.
Стрелок, прикрывавший Обенеля и видевший старика последним на прежнем ранге.
Ветеран ополчения, внезапно оказавшийся за стеной Ностромо, когда Кара Неба ударила в поляну с порталами. Предположительно, тогда же, когда Лилиан Манимарко покинула пределы маркграфства.
Пакур мгновенно понял, куда делся жетон личного представителя Обенеля.
— ВАА-А-АЛЬЦ! — от могучего рёва Лорда из окон кабинета повылетали все стёкла.
…
6 февраля (то же время)
Маркус Скабре (Гринч)
Прошло шесть суток с того дня, как я хорошенько поторговал с купцами в караване. Расспросив у работников ферм за городом про алхимическую лабораторию, я получил сразу три ответа… И все три указывали в одном и том же направлении.
[Примерно в двух километрах от Ностромо, в полузаброшенной деревушке, живёт алхимик.]
Иного мастера этой профессии в округе нет. Другие специалисты либо связаны с кланами и не сдают лаборатории в аренду, либо живут в Ностромо.
Придя в деревеньку, я сразу нашёл алхимика.
[Сложно не найти, когда из сорока домов живут только в десяти. А формация и вовсе есть только в одном.]
Работники с полей не зря предупреждали: «Алхимик настолько тяжёл в общении, что его выгнали из Гильдии». На деле всё оказалось иначе.
Мастера звали Гаммадур Малабрис. Или просто Гамма.
Прибыв из Пограничной Зоны почти век назад, он многого добился на пути адепта-алхимика. Затем, не выдержав конкуренции в столице Илемеон, рванул на границу империи Колоссус. Прежний Лорд маркграфства дал землю алхимику бесплатно. Так Гамма перетащил сюда весь свой род и построил деревеньку.
Приложив огромные усилия, Гамма смог получить жетон мастера-алхимика четвёртого ранга. Однако дальше старик упёрся в свой предел — пик ранга Заложения Основ [2–4].
[Без ауры Золотого Ядра алхимик не может изготавливать пилюли пятого ранга.]
При попытке прорыва на стадию Золотого Ядра у алхимика случилось отклонение: Ядро разрушилось, а избыток духовной энергии вызвал разрушение четырнадцати из двадцати энергоканалов. Старик Гамма чудом выжил, но как адепт прекратил свой путь… Ещё и ноги отказали.
Тело старого алхимика до сих пор совместимо с духовными частицами. Как и я, он адепт без источника, но с парой корней стихий.
Так, восемь лет назад от некогда могущественного адепта [2–4] осталась только оболочка. Потеряв опору в лице мастера-алхимика, родня вернулась в столицу империи Колоссус. А старый Гамма остался здесь. Все знакомые целители отказались браться за его лечение.
Последние шесть лет алхимик живёт за счёт сдачи в аренду своей некогда шикарной лаборатории. Правда… родня уже утащила всё, что не прибито. Осталось здание, шкафы, две формации и личный котёл-печь, который Гамма всегда держит при себе.
[Из Гильдии старика не выгнали, а «исключили по состоянию здоровья».]
Так, позабытый роднёй и коллегами, алхимик доживал свой век… попутно вымещая раздражение на паре оставшихся слуг и клиентах. И тех и других с каждым годом становилось всё меньше.
…
Моя просьба «позаимствовать алхимическую лабораторию» вызвала сначала бурный смех.
— Вали отсюда, бездарь! Чтобы я больше тебя не видел. Мне даже прикасаться к тебе не надо, чтобы понять… Ты и на первый уровень Очищения ещё не прорвался… Я скорее от голода сдохну, чем разрешу такому, как ты, заходить в МОЮ лабораторию!
— Эх, жалко! — зеваю и не думая уходить. — Хотел у вас ещё уроки взять.
— Я не даю уроков, — взбрыкнул старик.
— Тем более жалко, — продолжаю зевать, стоя на месте. — У меня куча ингредиентов и новых рецептов. А я пока не до конца понимаю, как с некоторыми из них работать. Думал, вы, как опытный алхимик, мне что-нибудь посоветуете.
— Ха! Так, значит, в Ностромо завёлся алхимик-теоретик? — старик фыркнул. — Пошёл отсюда! Я тебе эти ингредиенты в такое место засуну, что они там прорастать начнут!
— О, правда, что ли? — демонстративно разглядываю инвалидное кресло, в котором катается старик Гамма. — А догнать сможете? Я быстро бегаю. Или попросите о форе? Могу закрыть глаза и прыгать на одной ноге. Это хоть и не полностью, но уравняет шансы.
Старик пыхтел, ворчал, сопротивлялся, но всё же сдал мне лабораторию. Сошлись на оплате золотом, плюс я потрачу два духовных кристалла на перезарядку двух формаций — защиты и звукопоглощения.
[Всё-таки Гамма — алхимик четвёртого ранга. В далёкие сытые времена старик мог позволить себе комфортные условия для работы.]
Стоило мне перезарядить защитную формацию, как я сразу ощутил отразившийся от барьера мощный сканирующий импульс. Идя от Ностромо, он прошёлся по всей округе. Формация весьма вовремя скрыла моё присутствие.
[Та-а-ак! За пределы защитного барьера мне лучше не выходить. Как пить дать! В городе начали искать меня или спасённую девицу.]
Заметив мою реакцию на сканирующую волну, Гамма что-то понял, но вопросов задавать не стал.
— Давай показывай! — рявкнул старик, указывая на алхимический котёл. — Чего ты там умеешь, тео-ре-тик? Небось варил в железном котелке какую-нибудь бурду и теперь называешь себя алхимиком.
Я задумался.
— Прежде чем мы начнём, мистер Гамма… Можем ли мы подписать какое-нибудь соглашение, согласно которому вы не распродадите и не выдадите моих секретов?
— Клянусь Небом! — рявкнул Гамма, и в тот же миг в облаках над нами загрохотало. — Пока ты мой клиент, Скабре, и будешь чему-то здесь учиться… Ни один твой секрет не уйдёт наружу. Я также даю слово, что не использую полученную информацию во вред тебе… Ни во время обучения, ни после завершения сделки! Я, Гаммадур Малабрис, всё ещё мастер-алхимик четвёртого ранга… Пусть Гильдия и считает иначе. Репутация и верность данному слову для меня — не пустой звук!