Страница 92 из 309
Отряд, который может позвонить небожителю из Верхнего города и послать того на три буквы.
Китаянка просто не могла отказаться от подобного, оставалось лишь правильно подать. У меня получилось.
Через час я стоял, изгнанный из «Нежного колокольчика», чья хозяйка в грубой матерной форме отказала мне в услугах своих подчиненных. Ну, наверное, я слишком рано заговорил о кредитной линии, денег‑то у меня своих пока не было, ну а куда деваться? Сначала спишь ночь в объятиях очень шикарной и фигуристой девушки, затем еще бродишь по коридору, где слева и направо целые цветники, не особо одетые… не удержался.
Эх. Пойду в кафе, топить своё горе в чае и мемах. Главное не обращать внимание на ворона, злорадно каркающего мне в спину с вывески.
О, точно, очки. Надо купить очки…
///
Валери уже полдня бесцельно шлялась по улицам в самом дерьмовом настроении. Идти девушке было некуда, скандал дома с матерью, из‑за которого она, три дня назад, в очередной раз свалила, громко хлопнув дверью, ставил крест на её возвращение в родные пенаты. По крайней мере, до тех пор, пока родительница не начнет обрывать ей мобильный, плача и умоляя вернуться. Так они и жили уже года три, с тех пор как у Вэл, как называли её друзья, появилась возможность зависнуть у этих самых друзей.
Была. Теперь пропала. Такое бывает, когда твой парень, с которым ты только что закрывалась в ванной комнате, уведомляет тебя, что вечером будет групповушка с твоим обязательным присутствием и участием. В роли главной звезды.
Мрази. Эрик даже пытался её задержать насильно, когда Вэл, обматерив его и всех остальных, сваливала из этой дыры!
«Вэл, ты чего? Чё за детские капризы⁈ Ты еще не отдуплилась, что ли? Что‑то ты не отказывалась ни от нашей жратвы, ни от выпивки, ни от стаффа. Какого хрена, брыкаешься, Вэл? Нашлась тут целочка!»
Ублюдки. Да, она экспериментировала… по‑всякому, и не делала из этого большого секрета, но это вовсе не повод считать её шлюхой, готовой раздвинуть ноги перед кем угодно! Да еще и по чужому приказу! Твари. Они ведь знали, что она поссорилась с мамой, знали, что ей некуда идти. Эрик, ублюдок…
Начало темнеть. Девушка, обычно лишь просыпающаяся в это время, чтобы потом всю ночь отвисать со знакомыми в клубах, почувствовала, как её желудок бурчит. В голове уже сами по себе стали появляться мысли о том, куда податься. Большинство вариантов вызывало у неё глухое негодование – было немало вариантов, где её приютят, но все они заканчивались одним. Ей пришлось бы раздвигать ноги за жратву и подушку. Так бывает, когда у тебя одна компания, а все остальные – компании бывших, оставшиеся в прошлом.
Сваливая от какого‑то обдолбанного негра, тянущего к ней руки из переулка, девушка, одетая в вызывающе‑агрессивный клубный наряд, торопливо перешла дорогу от греха подальше. Стрельнув сигарету у какого‑то бородатого тощего очкарика, невесть как оказавшегося в Апсародае, она встала на перекрестке, нервно всасывая в себя никотин с дымом. Голова отчаянно не желала работать.
Домой…? Нет, тысячу раз «нет». Если мать не сломается, не устроит истерику, не почувствует вину, то она будет грызть Вэл неделями. Трындеть о том, чем она там пожертвовала, чего хотела, от чего уберегала. Бла‑бла‑бла, от которого будет некуда деваться. Это мамаша тоже поймет. Она чувствует кровь и слабость, прямо как хренова пиранья. Надо хоть как‑то где‑то прокантоваться пару дней, прежде чем родительница начнет жрать сама себя!
Сидящего в кафе здоровенного смуглого парня Валери вспомнила сразу, хоть и видела его лишь один раз в жизни, в пронизанной вспышками лазеров полутьме «Пульса», топового ночного клуба города. Крупный, накачанный, с гривой непослушных черных волос, которая его выдавала, несмотря на надетые на нос солнечные очки, скрывающие чуть ли не пол‑лица. Одежда в виде черных штанов и майки, была точно такой же, как и в клубе. Их было тогда двое красавчиков, один блондинистый, от которого она чуть не потекла, и второй, вот этот, возящийся с какой‑то оборванной малолеткой и шикарнейшей готической шлюхой, что Вэл когда‑либо видела. Та, напившись, вроде бы собиралась отсосать этому брюнету, но вместо этого заблевала ботинки. Он даже не обиделся, лишь снимал на телефон и улыбался, поглаживая шлюшенцию по голове. А потом унес её на руках, заплатив официантке за безобразие.
Добрый? Или как?
Здоровый парень развалился в кресле кафе на свежем воздухе, что‑то рассматривая в своем смартфоне. Периодически он отхлебывал из стоящей перед ним чашки, улыбаясь увиденному. Улыбка была классной, как и он сам. Одетый в черное здоровяк производил впечатление огромного самодовольного кота, развалившегося там, где он счел нужным. Большого, опасного, вооруженного кота… но очень самодовольного. Этим он ей напомнил бесчисленных парней в клубах, считающих, что рука, сунутая ей в трусы, куда лучше банального «привет».
Ну, в данном случае она уже была бы не против, если этот смешливый тип разрулит её текущие проблемы.
У Вэл был не тот типаж, чтобы подходить и кокетливо моргать ресницами. Пирсинг и татуировки, в обилии покрывавшие её тело, диктовали свою моду на общение. Поэтому она, войдя на огороженную территорию кафе, попросту шлепнулась на стул перед продолжающим созерцать свой телефон брюнетом, а затем, фыркнув, потребовала:
– Угости меня!
Сердце, конечно, чуток ёкнуло, но, что он ей может сделать? Послать? Невелика беда. Обычно, правда, Вэл никто не посылал. Все сразу начинали прикидывать свои шансы и пытаться ей понравиться.
Брюнет, оторвавшись от экрана, с секунду смотрел на неё сквозь свои непроницаемые очки, а потом… попросту молча кивнул на лежащее на столе меню, вновь возвращаясь к своим картинкам. Валери аж замерла, прекратив дышать. Вроде бы она нормально нанесла макияж до того, как началась вся эта история с Эриком и его дружбанами? Что за прохладная реакция⁈
В обычной ситуации она бы возмутилась и ушла, но спазм желудка вынудил девушку поступить иначе. Взяв и раскрыв меню, она быстро выбрала пару позиций, взглядом подозвала официантку, передала ей заказ, и принялась ждать его выполнения. Последнее оказалось сложным испытанием, не сколько по причине голода, сколько из‑за тотального игнорирования этого здоровяка!