Страница 196 из 309
– Во мне горит огонь свершений! Ты сама его зажгла! – как‑то злобненько вякнула лисица, щурясь наверх, откуда на неё смотрело лицо Эрики.
– Окей! – неожиданно охотно согласились сверху, – Я снова Соню позову! Посмотрим на твою отвагу!
– А моим мнением никто поинтересоваться не хочет? – хмыкнул я, прикидывая, дать ли по заднице наглой мелочи или как.
– Нет! – категорично отрезала вампиресса, высовываясь еще сильнее, – Сам виноват! Не мог бинтуронга выгнать и меня разбудить!
Женщины, их не поймешь. То они не любят, когда к ним пристают, то любят, то с бинтуронгом, то из собственной постели выгоняют. Сложно с ними. Причем, какую не возьми, кроме Нормы. Может, Алебастр был прав?
Эти мысли мне не дал додумать зычный клич снизу, издаваемый весело скалящимся русским попом, отцом Василием. Тот интересовался, насколько мы заняты и не хотим ли заработать немного денег честным и праведным трудом на благо обществу?
Ответив ему, что немного хотят в «Жирном куске», предоставляя соответствующее качество услуг, мы открыли нечто вроде торга, где по осаждающему нашу твердыню русскому велся перекрестный огонь трех голосов. Провалив попытку дипломатии и не объясняя (на всю площадь) сути заказа, хитрый поп зашёл с другой стороны, намекнув, что там, где мы нужны, будет наша знакомая общая подруга с рыжими волосами и темпераментом бешеной кошки. Получив в ответ наше равнодушие, одетый в черную рясу человек приуныл… но вскоре начал о чем‑то шушукаться с таки выбравшимся из дома Гриттом.
Минут через десять из окна, откуда раньше торчала голова Эрики, с жужжанием вылетел мелкий дрон, от чего я сразу диагностировал:
– Сворачиваемся, Мария уболтали.
///
Гритту в последнее время было нелегко. Наверное, он поэтому и согласился на весьма скудно оплачиваемую просьбу отца Василия. Хотелось чего‑то простого. Наставить на кого‑нибудь ствол, выстрелить, ощутить адреналиновый взрыв.
Раньше, в академии, Барон любил нетривиальные задачи. Ему, как будущему офицеру, вечно подкидывали какие‑то закавыки, но они, черт побери, были сплошь тактического характера. Как расположить людей, как действовать в дефиците информации и личного состава, как выполнить миссию с половиной раненых во взводе, переносимых на руках… это ему было знакомо.
Сейчас же молодого человека беспокоила стратегия. Невнятные опасения Цурье, чертов неуловимый колдун с его проклятиями, мутящий воду кардинал, который, казалось, понимает в происходящем куда больше, чем стадо научников‑идиотов, трясущихся за свою карьеру, японцы эти чертовы со своими кицуне. Да и дома было всё непросто. Хотя нет, в команде, вроде бы, всё шло отлично, а вот у них с Агнешкой намечались проблемы, которые он скоро не сможет больше игнорировать.
Надо было выпустить пар.
С собой он взял всех, так что они ехали в полностью загруженной «тойоте», одетые в бронежилеты, со штурмовыми винтовками, гранатами. Полный обвес. Наемникам предстояло сыграть лицом на довольно мутной и подозрительной сделке, которую будут вести сам отец Василий при посредничестве Момо, пока остальные подчиненные православного их прикрывают.
В обычном случае это был бы явный переизбыток даже для Старого города, но сегодня, здесь и сейчас, Марий Гритт решил перестраховаться по максимуму, на что и настропалил святого отца.
– Будет дерьмо, – уверенно кивнул сидящий за рулем Петр, выслушав друга‑начальника, – Сто процентов.
– Объяснения? – тут же собравшаяся вампиресса доснаряжала магазины, ловко вщелкивая в них патроны.
– Хендриксы, – скупо уронил блондин, проверяя своё оружие, – Помнишь их? Они реднеки. Такие парни могут купить «калаш» себе в коллекцию, могут пострелять, похвастаться. Они не закупаются старым советским барахлом на целую армию. Взяли бы родное. Они патриоты.
Русские хотели продать неликвид, с которым приперлись в Апсародай, нашли покупателей через рыжую. Тупо слить по дешевке тонну оружия. Здесь Гритта напрягали не сами покупатели, те не стали бы «шалить» на чужой территории за копейки. Вопрос был в другом.
Место встречи ничем не отличалось от сотен таких же заброшенных уголков, раскинувшихся по всему городу. Чуть за ним, в предместьях, за надежным остовом полуразвалившейся фермы, но рядом с дорогой, по которой довольно оживленное движение. Тихо и спокойно.
Когда вереница машин, в которой была и «тойота» Гритта, завернула в обозначенную зону, наемники высыпались из машины, шмыгнув в кусты и траву. Уверения Алебастра, что вокруг всё чисто и на месте сделки присутствуют только два пикапа реднеков ни грамма не успокоили Барона, тот предчувствовал что‑то недоброе. Зрелище отца Василия, возвышающегося рядом с рыжей головой Момо и общающегося с четырьмя представителями семейства Хендриксов, тоже не оказало на наемников особого впечатления.
– Наверное потому, что их всего четверо… – просипел еле слышно занявший позицию блондин, возле которого притаилась Юки, взявшая на вооружение какой‑то пистолет‑пулемет.
– Что‑то не так? – тихо спросила девушка.
Русские и наемники страховали снизу, дрон сверху, американцы и их потомки уже переносили оружие, небрежно сваливая его к себе в машины, поэтому Барон решил ответить:
– Здесь всё не так. Зря я нас подписал. Будь готова стрелять.
Когда сделка подошла к концу и поп с парой своих людей принеслись пересчитывать неаккуратные пачки денег, перемотанные резинкой, напряжение Гритта лишь увеличилось, благодаря шлепнувшемуся на развалины фермы ворону. Однако, хуже стало, когда американец и православный, о чем‑то переговорив, пожали друг другу руки, а затем отец Василий свистнул наемников и своих людей. Барон выходил с позиции, сжимая зубы до скрипа…
Они упаковались обратно в «тойоту», даже беспечную рыжую с собой прихватили, не понимающую, чего это все держат серьезные стволы на коленях. Ехали молча, сосредоточенно, выглядывая по сторонам в ожидании какой‑либо гадости, пропустив вперед что пикапы американцев, что машины православных…
…но, всё равно, наемников спасло лишь то, что они ехали последними, когда из идущего напротив потока машин сразу в нескольких подряд открылись окна, откуда по всем начали садить из оружия. Плотно, густо, на убой.