Страница 195 из 309
– Да я даже не думал! – набычился хакер, – Это абсолютно лишено смысла!
– У меня другой вопрос, – нахмурившийся Марий задумчиво потирал подбородок, – Что нам делать с этой информацией? Налицо злоупотребление магией. Промолчим – и кто‑нибудь создаст целую армию оборотней?
– Нет‑нет! – быстро повернулся к нему альв, – Я прикинул расходы на… производство первым же делом…
– Вот же козёл! – тут же припечатала вампиресса нашего чересчур практичного друга.
– Неважно! – фыркнул тот, вновь поворачиваясь к лидеру, – Задачу невозможно масштабировать. Духи отъедаются на двух‑трех подопытных, их надо отпускать и тренировать новых, это трудоёмкий процесс! Количество жертв, пусть даже это будут курицы, требует массового забоя на обучение хотя бы одного оборотня. Регулярного, ежедневного забоя. Скажем, штук десять птиц в день. А еще надзор, дрессировка, кормление… Нет. Исключено. Кроме этого, такие вот оборотни ограничены. Академиков из них не получится, хороших солдат тоже. Только простой труд и сексуальные услуги…
Технически, идеальные жены. Послушные, приветливые, старательные, довольные своей жизнью, «заводящиеся» с тычка в нужное место, прекрасно сохраняющиеся с возрастом и абсолютно неревнивые. Не беременеют от людей. Амбиций ноль, есть небольшой рост жизненного опыта, с возрастом превращающий начавшую стареть женщину в идеальную сиделку, кормилицу, воспитательницу, домохозяйку.
Из задумчивости меня вывел голос альва.
– Это еще не всё, – качнул головой вставший перед хмурым блондином альв, а затем бросил через плечо сухо и властно, – Норма, превратись. Прямо сейчас.
Девушка, сидевшая на подлокотнике дивана рядом с Эрикой, тут же сгорбилась, падая на пол и начиная трансформацию. Та заняла совсем немного времени, и вскоре около вампирессы на полу сидела волчица в майке и растянутых шортах.
– Никаких запретов на смену облика, никаких тормозов, люди, – глухо произнес альв, – Теория, что их продают преступным человеческим дельцам – ничтожна. Барон, я даю вероятность в сто процентов, что производство таких женщин является внутренним делом Инквизиции. И где‑то в семьдесят процентов, что оно находится неподалеку, а курирует его Марко Цурье .
Вот тут мы замолчали надолго. Логические выкладки Алебастра были неоспоримы, это понимал каждый из нас, получивших профильное образование. Теперь картина становилась совершенно ясной и полной. Женщины для высокопоставленных инквизиторов. Надежные, работящие, счастливые, полностью покорные. То, что доктор прописал для людей, которым нужно хотя бы дома расслабиться. Нельзя же просто завести обычные отношения с женщиной со стороны, а потом сказать ей: «Извини, на самом деле я представитель тайной организации, так что, дорогая, собирайся, сейчас ты пойдешь давать присягу и подписки о неразглашении, твоя жизнь теперь никогда не будет прежней». Точнее, можно, но сложно.
А вот это – альтернатива для… не желающих заморачиваться. Не аристократов, которым нужно плодиться и размножаться, а для обычных функционеров.
– Я обдумаю эту версию, – дёрнув щекой, сообщил нам Гритт, – И попрошу тебя, Алебастр, провести более детальное расследование статистики супружеской жизни среди нетитулованных высокопоставленных инквизиторов. Интересует публичность выходов с семьей и…
– Понял, сделаю, – кивнул альв, – Мне самому интересно.
– То есть, мы пока ничего не делаем? – уточнила у блондина Эрика, почесывая волка за ухом. Тот благонравно лизал ласкающую его руку.
– Ничего, – пасмурно подтвердил он, – Но не удивлюсь, если это далеко не последний неприятный сюрприз, который мы узнаем о собственной организации.
Не выдержав, я расхохотался, принявшись тыкать пальцем в каждого:
– Невинный отличник, обреченный на смерть из‑за грехов отца! Вампиресса без клыков, приговоренная за это к казни! Слепой в темноте альв, выброшенный собственным народом на поверхность! Белая лиса, в которой видели лишь интересный генетический материал! Старый маньяк, которого не знали куда девать! И, Соня, я про тебя не забыл, чужой эксперимент, который теперь хотят утилизировать! Вы не считаете, что Норма нам идеально подходит? Ах да, неприятные сюрпризы! Ха‑ха‑ха!
Тут даже у Гритта разгладилось лицо, перестав напоминать страдающую куриную задницу!
– Соня, укуси его.
– Юки, укуси его.
– Норма, укуси его!
Озвучено это было почти хором, но предательницей оказалась лишь кицуне, кинувшись на меня с зубами настежь. Пришлось её ловить и забирать на перевоспитание, смущая рассказами о том, как та сверкала задницей через подранные медоедом шорты. Гневные писки девушки, которой «никто не рассказал», разносились вслед моим шагам удаляющегося победителя.
Пользуясь моментом относительной свободы, мы принялись за расчистку места под задуманный Эрикой вертикальный сад на башне нашего жилища. Идея была тройного назначения, а заключалась как в создании красоты, так и в определенном уголке природы для бинтуронга, который должен был там отдыхать, но без возможности выбраться на волю. Этот проект предполагал множество крепежей, на которых будут сконструированы строительные леса, так что ими мы и занялись.
Работать с Юки было удобно. Легкую лисицу нужно было держать и страховать, пока девушка вбивала костыли между стыками древних кирпичей, но моя помощь была почти номинальной. Ловкая как обезьянка, Широсаки делала своё дело, успевая еще слушать хотелки высовывающегося сверху вампира. А у той с ними никогда не ржавело, так что Хатсбург, оценив фронт работ, потребовала систему автополива висячих горшков, небольшой ангар для дронов с электропроводкой и, заодно, наступить мне на лицо.
Последнее кицуне делать не согласилась – из‑за того, что я её удерживал на одном плече, её тыл был полностью открыт для акций возмездия.
– Эрика сегодня вредная! – неожиданно нанесла японка подлый удар по условному союзнику, – Её, наверное, сегодня плохо любили!
– Да вообще не любили! – донеслось спустя паузу сверху озадаченное, – А почему?
– Потому что, когда я пришёл, ты уже храпела в обнимку с черной зверюгой, – напомнил я, передавая очередные костыли хихикающей Юки, – Мне пришлось спать на диване в зале. Не спальня, а проходной двор.
– В следующий раз приходи ко мне! – внезапно заявила Широсаки, продолжая там что‑то деловито делать, – Я маленькая, тебе удобно будет!
– Маленькая, но нааа‑аааглая… – еще более озадаченно протянула Хатсбург, – Охренеть. Растет наша девочка.