Страница 4 из 93
Сверху зеркала распахнулась с тихим лязгом незаметная дверка, за которой оказалась ниша, что-то выпало оттуда, звякнуло о раковину. Небольшая плоская жестянка. На кой черт она лежала над зеркалом? Я вспомнил про микрофильм, который Юрген Ланг доставал из похожего шпионского аксессуара. Но взяв в руки, и осмотрев, понял, что это не зажигалка, а маленький плоский фотоаппарат в форме зажигалки. Раздвинув его, я открыл объектив, посмотрел в него. Раскрывать не стал, но явно в нем была заряжена плёнка. Повертев так и эдак, я сдвинул шторку над объективом обратно и опустил в карман пиджака. Сунув руку в отверстие, пошуровал там. И вытащил ещё картонную коробочку, аккуратно открыв, обнаружил там плоский параллелепипед с округлыми краями, выкрашенный серо-голубой эмалью и весь обёрнутый проводами в разноцветной оплётке. Я опустил всё это в карман, вышел из туалета, обдумывая, сообщить ли сразу команде, что я нашёл или передать это в аэропорту?
Когда вышел в проход, увидел, что рядом стоит мужчина в клетчатом пиджаке, коричневых брюках, чьё вытянутое отлично выбритое лицо с ястребиным длинным носом украшали такие густые бакенбарды, что Пушкин просто умер бы от зависти, если бы ожил. Мужчина бросил на меня быстрый пронзающий взгляд-сканер, но я лишь отдёрнул пиджак и направился к своему месту. Услышав, как за спиной хлопнула дверь.
Вернувшись на своё место, опять протиснулся через коленки Аллы, уселся. Костик уже вернулся, сидел, выпрямившись перед нами с таким видом, словно его оскорбили в лучших чувствах.
— Олег! — воскликнула с улыбкой Алла. — А расскажите, что вы делаете, как учёный?
— Ну, Аллочка, я статьи пишу, вот хочу книгу написать о квазарах. А вообще я — учитель в школе, физики и астрономии.
— А ещё, Олег Николаевич — талантливый музыкант, — вдруг вмешался проснувшийся Тузовский. — Он со своим классом поставил музыкальную пьесу и показал её в Берлине. С большим успехом! — он поднял указательный палец. — Играл главную роль!
— Это правда? Как здорово! — Алла мягко хлопнула пару раз в ладоши.
И я не удержался, чтобы не похвастаться перед девушкой.
— Да, верно, — я достал свой бумажник, вытащил фотографию моих ребят на сцене театра «Берлинер Ансамбль», когда нас сняли стоявших в последнем поклоне. — Вот, мы выступали в театре, который основал сам Брехт. Показывали «Трехгрошовую оперу», я играл Мэкки-ножа.
Она взяла фотографию, посмотрела и перевела на меня взгляд, в котором светилось такое обожание, что даже стало стыдно. И краем глаза я зацепил испепеляющий взгляд ухажёра, в котором горело не только яростное желание убить меня прямо сейчас, но и бессилие помешать девушке восхищаться мною.
— Музыкант вшивый, лабух, — проворчал Костя, но больше ничего говорить не стал.
Стюардессы стали собирать подносы, а лайнер начал снижаться. Мы вывалились из облаков, и я уже видел жёстко расчерченные зелёные поля, маленькие домики. И прямые, как стрела автобаны.
И у меня возникло какое-то странное смешанное чувство, я вновь прилетел к немцам, но жившим за высокой стеной по совершенно другим законам и правилам. Как они встретят меня здесь?
Комикс (краткое содержание главы)
Автору будет приятно, если по прочтению главы вы поставите лайк, оставите отзыв, занесете в библиотеку, и оставите награду. Это очень вдохновляет на дальнейшую работу.