Страница 46 из 59
39. Новая тактика
Тайрен
Комната для военных советов не изменилась. Все та же каменная кладка, тяжелый дубовый стол, и огромная карта земель, испещренная отметками.
Но теперь рядом со мной была Мирра.
Она больше не была пленницей, прикованной к стулу. Она сидела напротив, прямая, как стрела, и рассматривала карту с такой сосредоточенностью, словно пыталась прожечь в ней дыру взглядом. Ее руки были сложены на столешнице, и я впервые заметил, какими тонкими и изящными были ее пальцы. Пальцы целителя, ученого.
И именно к ней теперь были прикованы все взгляды.
— Охота возобновлена, — начал я, обводя взглядом своих воинов. — Разведка докладывает об активности Ордена в предгорьях Северного Хребта. Они собирают новобранцев.
Гаррон, мой заместитель, шагнул вперед. Его броня тускло блеснула в свете факелов. — Что прикажете, мой принц? Найти и уничтожить?
Это был привычный порядок вещей. Простой и эффективный. Тот, которому мы следовали годами. Я открыл рот, чтобы отдать именно этот приказ, но мой взгляд упал на Мирру. Она молчала, но я чувствовал ее несогласие через нашу связь — как тихую, упрямую вибрацию.
— Что ты предлагаешь? — спросил я, глядя прямо на нее.
В комнате повисла оглушительная тишина. Драконы замерли. Гаррон недоверчиво прищурился. Все знали, что она была моей Истинной, но также она была человеком и женщиной. И я, принц драконов, спрашивал ее мнение на военном совете.
Мирра подняла голову. В ее глазах светился только холодный, ясный ум.
— Вы не победите в этой войне, если будете просто сжигать их лагеря, — сказала она ровным голосом. — Лориан не глуп. Он использует ваши атаки как доказательство жестокости драконов. Каждое сожженное вами селение — это сотня новых добровольцев для его Ордена. Вы сражаетесь с симптомами, а не с болезнью.
— Болезнь — это Орден, — прорычал Гаррон. — И мы ее выжигаем.
— Нет, — спокойно возразила Мирра. — Болезнь — это страх, который Лориан сеет среди людей. А вы этот страх лишь подкармливаете. Он говорит им: «Драконы — монстры, идущие вас убить». А потом появляетесь вы и убиваете. Вы делаете за него всю работу.
И в ее словах была горькая правда.
— Что ты предлагаешь? — повторил я.
— Бить не по силе, а по репутации, — она указала пальцем на карту. — Разведка говорит, они собирают новобранцев? Я сомневаюсь, что все идут туда добровольно. Лориан берет силой, угрозами, забирает детей, чтобы заставить отцов сражаться за него. Он строит свой образ спасителя на лжи.
Она посмотрела на меня.
— Так станьте настоящими спасителями. Не летите туда с огнем. Узнайте, какую деревню они терроризируют. Явитесь не как каратели, а как защитники. Освободите людей, которых они пытаются поработить. Покажите им, что драконы не монстры. Разрушьте его ложь. Это будет удар сильнее любого огненного шара.
Я смотрел на нее, и во мне боролись два зверя: старая гордыня и новое, неохотное уважение. Ее стратегия была… интересной. Она видела поле боя, которое я никогда не принимал в расчет — умы и сердца людей.
— Мы воины, а не няньки, — снова возразил Гаррон, но в его голосе уже было меньше уверенности.
— Вы проиграете, если останетесь только воинами, — парировала Мирра.
Я поднял руку, прекращая спор. Я принял решение.
— Она права, — мой голос прозвучал твердо, не оставляя места для сомнений. — Мы меняем тактику. Разведка, выяснить точное местоположение вербовщиков. Мы нанесем удар на рассвете. Цель — не уничтожение, а освобождение. Минимальные потери среди людей. Максимальный урон репутации Ордена.
Я видел, как мои воины обмениваются растерянными взглядами. Они не понимали. Но они подчинятся.
Когда совет был окончен и все разошлись, мы с Миррой остались одни в пустой комнате.
— Спасибо, — тихо сказал я.
Она лишь кивнула, не отрывая взгляда от карты. Напряжение между нами не исчезло. Оно просто сменило природу. Раньше это было напряжение между тюремщиком и пленницей. Теперь — между двумя командирами, готовящимися к битве.
И этот новый расклад пугал и одновременно давал надежду.