Страница 9 из 83
Глава 3
Я просидела до самого утра, вжавшись в угол своей норы и не сводя глаз с входа. Браслет на руке то теплел, то остывал, словно зверь бродил вокруг моего жилища, выискивая вход. Я почти не спала, то проваливалась в забытьё, то снова выныривала в реальность, вздрагивая от каждого шороха.
Но зверь не вернулся.
Наступило утро, медленно, словно нехотя, оно разбавило тьму серым светом. Закаркали вороны, зашевелились, тихо переговариваясь, бездомные потянулись к своим жалким кострам.
Я выползла из норы, щурясь от непривычного света. Тело ломило, сломанные пальцы ныли, но я была жива. После встречи с монстром это главное.
На пепелище по сравнению со вчерашним вечером было тихо. Не слышна ругань, не пищали дети. Я побрела туда, где вчера видела Кирью, и застала странную картину: несколько десятков человек стояли полукругом, глядя на что-то, чего я не могла разглядеть.
— Зейда! — окликнула меня Кирья. Лицо у неё было бледное, но довольное. — Живая! А ну иди сюда!
Я протолкалась сквозь толпу и замерла.
На земле лежали трое. Вернее, то, что от них осталось. Растерзанные тела, разорванные конечности, лужи крови, впитавшейся в чёрную землю. Лиц не разобрать, но одежда… дырявые сапоги, связанные верёвкой, чтобы не рассыпались…
— Дин и его дружки, — сказала Кирья с каким-то мрачным удовлетворением. — Зверь до них добрался, видимо, дурни тебя искали.
Кирья подозрительно посмотрела на меня, но её кто-то отвлёк, и задавать вопросы смотрящая пока не стала.
Я смотрела на останки и не чувствовала ничего: ни жалости, ни ужаса. Я понимала, что если отморозки искали меня, то, доберись они до меня, скорее всего, мёртвой утром нашли бы меня…
— Повезло тебе, Зейда, — хмыкнул кто-то из толпы. — Зверь мог и до твоей норы добраться, тут совсем рядом.
— Повезло, — согласилась я, благоразумно промолчав, что зверь как раз меня нашёл.
Толпа замерла, все уставились на меня, видимо, не привыкли, что Зейда умеет говорить.
— Азар хранит тебя, Зейда, — Кирья покачала головой. — Ладно, расходитесь. Хватит пялиться. Дин и его ублюдки сами напросились. Меньше проблем будет в нашем круге.
Толпа начала расходиться, обсуждая случившееся. Кто-то злорадствовал, кто-то вздыхал, что ещё трое ртов не придётся кормить. Я отошла в сторону, села на обгоревшее бревно и уставилась в одну точку.
Нужно подумать. Вчера я была так измучена болью в избитом теле, что не могла связно мыслить. А мозги мне сейчас нужно включать, и желательно на полную мощность. Жить в этом мире… Нет! Я не хочу тут оставаться! Но как вернуться домой?
Тётка сказала что-то про «душу на заклание тёмному миру». Значит, есть способ вернуться домой… так ведь? Значит, есть тот, кто знает, как это работает.
Я вспомнила вчерашних всадников. Трое принцев спрашивали про какую-то колдунью. Ту самую, к которой они ехали. Если в этом мире есть магия, есть колдуньи, значит, есть шанс, что кто-то из них знает про проклятия и про переход между мирами.
— Кирья, — позвала я, когда женщина проходила мимо.
Она обернулась, прищурилась.
— Чего тебе, Зейда?
— Ты знаешь, где живёт ведьма?
Кирья замерла. Потом оглянулась по сторонам и подсела ко мне поближе.
— Ты чего, девка, опять ума лишилась? — зашептала она. — Туда даже стража не суётся. А ты, калека безродная, к ворожее собралась?
— Мне очень надо, — твёрдо сказала я.
Она долго смотрела на меня, потом вздохнула.
— Ведьма Спани. Живёт в кривой башне за Гнилым рынком. Говорят, она стара как сам Акор. Говорят, она может и проклясть, и исцелить. Но цена у неё… — Кирья постучала себя по горлу. — Не каждый заплатит. Идут к ней только отчаянные, кому терять нечего.
— А у меня есть что терять? — усмехнулась я, обводя рукой пепелище.
Кирья хмыкнула.
— Это да. Ну, смотри, Зейда. Я тебя предупредила. Не всякому она помогает. Да и монет много требует. Куда тебе, горемычной, к ней соваться?
Я кивнула. Вспомнила о золотой монете в своём тайнике.
— А дорогу объяснишь?
— Объясню, — Кирья махнула рукой в сторону выхода с пепелища. — Идёшь всё время прямо, пока не упрёшься в вонючий ручей. Переходишь по доскам, там сразу рынок. Гнилым его зовут, потому что там торгуют тем, что высшие выкинули, дёшево, можно всякое купить. Дальше спросишь у любого торговца про кривую башню, тебе покажут, куда дальше идти.
Я поднялась, отряхнула лохмотья.
— Прямо сейчас собралась? — Кирья посмотрела на меня жалостливо. — Думаешь, Спани сможет вернуть тебе внешность?
— Посмотрим, — сказала я уклончиво. — Неделю могу тут жить без дани, так ведь?
— Да я слов на ветер не бросаю, Зельда, — кивнула Кирья. — Многие жизни сегодня ночью спасли твои новости.
Я кивнула и потопала к своей норе. Брать с собой свои единственные сбережения было опасно, но и оставлять тут я не решалась. Уж слишком Кирья была подозрительно ласковой. Я не вчера родилась и понимала, что ей от меня что-то нужно.
Я поела, тщательно пережёвывая хлеб и сало, остатки спрятала и из тайника достала бархатный мешочек. Поднесла к носу, потянула воздух — пахло вкусно. После смрада, который подстерегал меня на каждом шагу, этот запах был как волшебство. Я сжала зубы, чтобы не заплакать. Было жаль себя. Я ведь только жить нормально начала. Без постоянного страха потери работы, без оглядки, что нужно каждый месяц кровь из носу достать ипотечную сумму. Я ведь только выдохнула и думала, что теперь можно и жизнь личную наладить, ребёночка завести, может мужик нормальный найдётся… а тут… я выдохнула.
— Ничего, тётке волосы всё равно вырву, ведьма гнилая, ждать столько лет, чтобы племянницу в другой мир упечь! Ведьма и есть!
Я замерла, удивлённо почесала лоб.
— А, собственно, почему она столько ждала? Нужно запомнить, и вопросы ведьме задать.
Путь до Гнилого базара прошёл без помех. Люди на меня внимания не обращали, шли по своим делам. Пару раз цеплялись мелкие воришки, кидались камнями, но я так на них рыкнула, что они с криками ужаса унеслись в неизвестные дали.
Ручей, о котором говорила Кирья, оказался узкой канавой, полной зловонной жижи, через которую были переброшены две полусгнившие доски. Я перешла, стараясь не смотреть вниз, и оказалась на рыночной площади.
Гнилой рынок полностью оправдывал своё название.