Страница 74 из 83
И настоящее звёздное небо над головой.
Люди начали оглядываться почти ошалело, будто забыли, как выглядит мир вне катакомб.
— Не стоять! — рявкнул Дарниар. — До гнезда ещё далеко, не расслабляемся! Все, кто хочет остаться в шестом кругу, советую остаться, у нас впереди неизвестность.
Для многих людей шестой круг — дом родной, поэтому остаться решили все, неизвестность страшила больше, чем самый тёмный круг Вейтразана.
— Спрятаться и не показываться соглядатаям ордена. Этих оставляю с вами, стеречь, когда вернёмся, они пойдут под суд, — раздавал команды Дарниар.
— Нет! — истерично зарыдала Хайда. — Нет, ик, Трис! Если нас тут найдут, не пожалеют! Я не хочу быть умертвием, прошу тебя!
Тристан холодно кивнул двум магам, которые тут же навесили на Хайду заклинание немоты. Та трясла головой, открывала рот, но слышно её не было.
— Кто-то ещё хочет оспорить наше решение? — холодно спросил Тристан.
Дорн и его помощники замотали головами.
— Не давайте им воли, — сказал Дарниар Тристеру.
— Это мы понимаем, — вырвался вперёд Интрим. — Я тутошний, всё сделаю, господин, прослежу, стало быть, чтобы все сидели тихо. Спасибо, что не бросили нас.
Все люди поклонились. Милана подошла ко мне, обняла, расплакалась, тихо спросила:
— Зейда, ты правда светлая?
Я кивнула, ну не могла я сейчас соврать.
— Пусть у тебя всё получится, Зейда, — шепнула девушка.
— Спасибо, — кивнула я.
— Ну, краса, дай и мне тебя обнять, — сказал Итрим.
Потом и все остальные прощались, обнимали, желали нам успеть спрятаться.
Последним пришёл прощаться Тристер:
— Госпожа, я буду ждать вашего возвращения, — он поклонился мне, не став обниматься, как другие.
Дарниар стоял рядом мрачный как туча. Ему явно не нравилось, как люди тянутся ко мне прощаться, и Тристер, имея толику зверомагии, это понял.
Понемногу люди расходились. Интрим собрал тех, кому шестой круг незнаком, и повёл к себе.
— Пусть ищут, — усмехался кладовщик. — В шестом круге сам Акор ногу сломит.
А мы привязали раненых магов к зверям. Четыре зверя были довольно крупных, остальных нагрузили остатками еды и вещами. Кохи тяжело рванулись с места, гримвары низко припали к земле, готовясь к быстрому бегу.
— У нас максимум час, — хрипло сказал Тристан, проверяя защитные печати на руках. — Потом Орден почует след.
— Значит, за час доберёмся, — отрезал Дарниар.
Мы рванули в ночь.
Бежали, как стая, которую загнали в угол.
Впереди неслись животные с привязанными ранеными магами, которые уже не могли держаться на ногах. На зверей ещё навьючили остатки припасов, воду.
Все остальные бежали сами, было не до разговоров.
Дикие земли встретили нас заросшими дорогами. Когда-то здесь явно проходил большой тракт. Широкий, выложенный тёмным камнем, с остатками фонарных столбов по краям. Сейчас дорогу разорвало корнями деревьев, между плитами рос бурьян почти по пояс, а местами сам тракт уходил под землю, будто мир медленно пожирал остатки старой цивилизации.
Но даже сейчас чувствовалось — когда-то здесь было красиво.
По обе стороны дороги мелькали развалины деревень. Где-то уцелели каменные дома с резными арками, где-то торчали перекошенные башенки, оплетённые светящимися лианами. Один раз мы пробежали мимо высохшего фонтана, возле которого до сих пор стояли ажурные каменные скамейки.
Я невольно представила: людей, детей, лавки, рынки, обычную жизнь.
А потом пришла тьма.
Теперь в пустых окнах шевелился хищный вьюн, а в траве вдоль дороги поблёскивали голодные глаза, но звери не нападали.
Чем дальше мы уходили от Вейтразана, тем больше тварей появлялось рядом.
Сначала несколько мелких, похожих на облезлых лисиц с шестью лапами.
Потом костяные кошки с длинными, гибкими хвостами.
Дальше в лесу мелькнула огромная рогатая тень.
Они шли параллельно дороге.
Собирались в стаи.
Я чувствовала их настороженность, голод, интерес… и подчинение той силе, что просыпалась внутри меня.
— Не смотри им в глаза, — бросил мне на бегу Дарниар. — Не привязывай их к себе, Зейда…
Я не смотрела, во мне ещё жива та боль, что я испытала, потеряв свой зверинец. Лес будто оживал.
Мы бежали почти час без остановки.
Маги привыкли выживать не в самых приятных местах.
Дарниар гнал нас вперёд не жалея.
Иногда резко менял направление, уводя от старого тракта в лес или в развалины деревень.
— По дороге быстрее, — не выдержал один из магов, когда мы в очередной раз полезли через заросший овраг.
— Для них тоже быстрее, — даже не обернулся Дарниар. — Зейда, прикажи стаям оставаться тут и нападать на всех, кто пройдёт за нами, сможешь?
Синие глаза смотрели устало.
— Это орден не остановит, но задержит.
— Я попробую, — кивнула принцу.
Звери легко шли на слияние и легко соглашались помогать, и мне стоило большого труда, как прежде, не делиться с ними силой. Нет! Я пока не готова на новые привязки. Так, мы оставляли стаи зверья везде, где они собирались в достаточно большие своры.
Больше спорить никто не стал.
Сам принц словно чувствовал эти земли. Иногда касался рукой старых камней, прислушивался к чему-то и снова менял путь. Один раз вообще увёл нас через полуразрушенный дом, где лестница давно сгнила, а пол зарос серебристым мхом.
Арес только хмыкнул:
— Ты всё ещё помнишь короткие тропы.
— Я тут не просто так гулял, — огрызнулся Дарниар.
Я покосилась на принца-монстра. Во время приступов зверя он тут выживал.
И почему-то от этой мысли стало не по себе.
Чем дальше мы уходили от Вейтразана, тем сильнее менялся лес.
Деревья стали выше, темнее. На коре светились тонкие трещины, будто внутри стволов текла магия. Между ветвей иногда вспыхивали голубоватые огоньки. В траве шуршали мелкие твари, но не приближались.
Зверей вокруг становилось всё больше.
Я уже различала их даже боковым зрением. Огромные тени между деревьями. Кошачьи силуэты на обломках стен, кто-то крылатый над лесом.
Они собирались вокруг нас и ждали.
— Зейда, — тихо сказал Дарниар, поравнявшись со мной, — не тянись к ним.
— Я не тянусь.
— Я чую тебя, светлая, сдерживай свою сущность.
Я промолчала. Он был прав.
Это было странно. Словно я чувствовала каждую тварь вокруг. И чем ближе мы подходили к гнезду Кмалей, тем сильнее становилась эта связь.
Лес вокруг нас будто оживал.