Страница 80 из 424
— О чём, Матушка? — Спросил Вячеслав.
— О том, что нужно отойти на исходные позиции и перегруппироваться. Подтянуть резервы. Пополнить поредевшие батальоны. Озаботится боеприпасами, порохом, бомбами. И пересмотреть тактику. Стратегически у вас у обоих хорошее положение, а вот применяемая вами тактика, что с одной стороны, что с другой не позволяют кому-либо из вас одержать победу. А значит нужно тактику менять. Для этого нужно обдумать сегодняшний бой. Проанализировать его и сделать выводы.
— Тётушка, это слишком заумно. А что надо поменять? — Спросил племянник.
— А вот это, Андрей, ты должен сам понять. В крайнем случае спроси дедушку, когда в терем вернёшься.
— Матушка, а мне деду можно спросить? — Задал вопрос сын.
— Конечно, можно. Он же и твой дедушка. А теперь ещё раз посмотрите на поле сражения и начинайте собирать в коробки своих солдат и пушки. Вам ещё поужинать нужно и готовится ко сну.
— А сказку? — Вячеслав лукаво улыбнулся. Андрей его поддержал.
— И сказку я вам расскажу.
Мальчишки собрали своих солдатиков, собрали игрушечные пушки. Всё сложили аккуратно. Потом под моим присмотром умылись и поужинали.
Уложила детей. Сидела рядом с кроваткой Дарьи. Она спала пока что в одной комнате с мальчишками. Рассказала им сказку про братца Иванушку и сестрицу Алёнушку. В последний момент заметила, что Василий тихо стоит при входе в детскую и слушает. Даша уснула первой, держа меня за руку. Потом уснули и мальчишки. Я тихо встала, задула свечи, оставив гореть только одну. Спокойно вышла из детской, прикрыв дверь. Василий ждал меня. Митрополит уже ушёл. Ну и слава богу. Подошла к нему, обняла за шею и прижалась к его груди. Он тоже обнял меня. Провёл рукой по моей голове убирая платок, которым были прикрыты мои волосы. Они тут же стали расплетаться. Но я не обращали на них внимания. Мне было хорошо в его объятиях, спокойно. Чувствовала умиротворённость. Он целовал моё лицо. Я закрыла глаза и улыбалась ему. Отвечала на его поцелуи.
— Может не поедешь к Вяземским? Останешься здесь? — Услышала его голос.
— Конечно, не поеду. Детей то я здесь уложила спать. Пойдём ко мне в светлицу.
Мой кабинет и спальная комната была тут же, рядом. В детскую прошла одна из девушек-нянек. Будет всю ночь бдеть за детьми.
— Василий, закрой дверь. — Сказала Великому Князю, стала расстилать свою широкую кровать. Пока расстилала, Василий сел на стул и смотрел на меня.
Приготовив постель, повернулась к мужчине.
— Что, Вась, соскучился?
— Конечно, соскучился. Ещё спрашиваешь. — Он встал со стула и подошёл ко мне.
— Вась, грех это до венчания. — Тихо сказала ему, глядя в глаза и чуть улыбнувшись. Он тоже улыбнулся.
— Мы с тобой, Саша, уже так нагрешили, что одним грехом больше, одним меньше…
— Ты мужчина. Тебе никто ничего не скажет. И осуждать не будут. А я женщина.
— Ты не просто женщина, Саша. Ты Царица. Кто тебе, что скажет? Даже если кто-то что-то подумает, то сказать никто не скажет ничего.
Провела ладошкой по его волосам, лицу.
— Я так наскучалась без тебя, Вася.
— Я тоже.
— Владыко не прибежит? — Спросила князя.
— Не прибежит. Чего уж? День венчания определён. Он успокоился.
— Помоги мне раздеться. — Попросила его. Он помог снять платье, развязал шнуровку. Я разделась полностью, сняв и нательную рубашку, оставшись только в нижнем белье. Василий с интересом смотрел на мои трусы и лифчик. Всё это давно уже шилось здесь, по нашим с Еленой эскизам. Мы приучили уже и маман носить нижнее бельё. И Евдокия носила. Мои сержант-дамы тоже освоились в этом деле сразу. И теперь с высока смотрели на других высокородных дам, что в Ливонии, что в Москве, у которых такого не было.
— Что, Вась, так смотришь? Ты разве не видел этого на мне раньше?
— Видел. На что вы, Евины дочки, только не ухищряетесь. Это наверно, чтобы раззадорить мужчину?
— Почему именно раззадорить? Это удобно, в первую очередь, самой женщине. Давай я тебе помогу раздеться.
Помогла снять кафтан, потом рубаху и все остальное. Погладила себя по животу. Василий встал на одно колено. Обнял меня за бёдра и поцеловал уже выпирающий живот. Потом прижался к нему щекой.
— Сынок мой. Дитя моё.
— Твой, твой. Твоя плоть и кровь.
— Саш, так может нельзя тебе? Вдруг сыну повредим?
— Не повредим, если ты наваливаться на меня не будешь. — Сняла нижнее бельё. — Ложись, Василий. Ты и так возбуждён. Нельзя мужа так мучить. Тебе надо снять твоё напряжение.
Он лёг на спину, и я взобралась на него. Тёрлась своим лоном о его возбуждённую плоть. Целовала в губы.
— Ты меня долго мучить будешь, Саша? — Прохрипел он, удерживая меня за бёдра своими руками. Сто процентов останутся следы от его пальцев. Ну и пусть.
— Не так долго, Васенька. Просто наслаждаюсь. Сейчас, мой хороший. — Сама направила его плоть в себя, опустилась на него и сладостный стон непроизвольно вырвался из моих уст…
Наконец-то я опять ощущала себя женщиной. Так, как женщина ощущается себя в руках любимого мужчины. И очень сильный оргазм испытала, что у меня даже в глазах потемнело. Чтобы не закричать в экстазе, закусила себе губы. У Василия вырвался самый настоящий звериный рык, когда он стал изливать в меня своё семя, до упора войдя в меня, вернее насадив на свою возбуждённую плоть. Я полностью расслабилась, позволяя делать ему то, что он хотел и в чём нуждался. Но опять же не теряла полностью головы, не позволяя оказывать хоть какое-то давление на живот. Даже упёрлась обеими руками ему в плечи, когда он попытался прижать меня к своей груди. Мы оба дышали с ним, словно пробежав стремительно стометровку с препятствиями. Но постепенно успокаивались.
— Ну что, любый мой, тебе стало легче? — Спросила его, наклонившись и поцеловав в губы.
— Пока не знаю. — Ответил он тихо, поглаживая меня по спине одной рукой и по бедру второй. — Сладко с тобой, Саша. Ни с кем мне так хорошо не было. Не знаю почему. Даже с Соломонией так не было… Саш, а мы точно дитю не повредим?
— Нет. Я же сказала, если не будешь давить мне на живот. И я знаю, когда нельзя, а когда можно.
— Тогда я ещё хочу. Слишком долго тебя ждал.
— Что, любый мой, даже отдохнуть не хочешь?
— Нет.
— Ладно. Сегодня тебе можно всё, но нежно, хорошо, Василий?
— Хорошо.
Слезла с Великого Князя.
— Вставай, Василий. Сменим позицию. — Подождала, когда он встанет и сама залезла на постель. Встала на колени, к нему спиной. Головой уткнулась в постель. — Ну вот, милый, я вся твоя. Вась, только нежно.
Его дважды приглашать не надо было. Он тут же пристроился. Я вновь почувствовала его плоть в себе. И сама вновь стала возбуждаться…
Угомонились с ним не скоро. Потом просто лежали обнявшись. Мне было хорошо. Грудь сладостно ныла, от его рук. Он целовал меня благодарно в губы, в глаза, в шею. Грудь мою целовал, живот.
— Саш, ты мне подарила рай.
— Вась, любая любящая женщина умеет дарить своему мужчине рай.
— Надо бы одеться. — Сказал он. Я открыла глаза и посмотрела на него вопросительно.
— Что значит одеться? Ты собрался уходить?
— Нет. Но надо бы тебе надеть нательную рубашку, а мне порты. А то нехорошо обнажёнными спать.
— Почему?