Страница 257 из 424
— Ай какая молодец. — Усмехнулся король. — Жаль, что я не её муж. Поддержала более слабого, против более сильного и стравила их. Пока они изматывают друг друга в кровопролитных битвах, она делает свои дела.
— Совершенно верно, сир. И последнее. Рассчитывать на то, что аристократия Moscow, сумеет сместить грандпринца и его жену с престола и уничтожить в результате мятежа, не стоит. Всё дело в том, что саму Ливонскую волчицу на Moscow, почитают, как святую. Якобы сама Дева Мария распростерла над ней покров свой. И защищает её.
— Что за ересь? Это богохульство! — Генрих был шокирован.
— Возможно, сир. Но в Moscow в это верят как простолюдины, так и аристократы. Якобы там не раз происходили чудеса явления Девы Марии Александре. И что многие это видели в том числе и примас русской Церкви. Он, кстати, поддерживает Ливонскую Королеву. И многие аристократы её поддерживают. А если говорить про грандпринца, то он очень жёстко держит власть в своих руках. Любое подозрение в умышлении против грандпринца, не повиновение или тем более подозрения в измене, и человек оказывается в тюремных казематах. Причём не имеет значения кто он, простолюдин или аристократ. Даже родичей своих не щадит. Знаете, сир, он даже своим младшим братьям запретил женится, чтобы они не смогли детей родить, пока у него наследник не родится.
— А вот это правильно! Молодец Бэзил. Всё правильно делает. Все эти родственники только и ждут, как убрать тебя с трона. Особенно братья. И не важно, родные или ещё какие.
— Совершенно верно, сир. Но сейчас грандпринц получил то, о чём мечтал. Сына. Ливонская волчица родила ему наследника. Мало того, она пообещала родить ему ещё сыновей.
— Откуда она знает, что потом у неё будут сыновья, а не девки?
— А об этом в Moscow, знают все. Королева сказала, что девочек у неё не будет, хотя она хотела. Но у неё будут только мальчики, сыновья.
Генрих внимательно смотрел на графа.
— Джордж, а откуда ты всё это знаешь? У тебя что, есть сеть шпионов?
— Увы, сир, шпионов у меня нет. На шпионов нужны средства, а я в этом ограничен. Но я умею слушать. Умею разговаривать с людьми. Особенно с купцами. Я собирал сведения по крупицам. Выслушивал многих купцов, привозящих сведения с разных концов, не только из Европы, но и из Азии. Много идёт лишнего. Но я привык вычленять главное.
— Я тебя понял, Джордж.
— Поэтому, сир, я прошу Вас, взвесить все за и против Восточного похода.
— Поздно, мой дорогой граф. Я уже дал согласие орденцам. И поход будет. Нравится тебе или нет.
— Не нравится. Но я буду следовать Вашему Величеству. Если Вы решили идти, я иду с Вами. Разрешите мне?
— Конечно, граф. Я буду даже рад…
…Кто обращает внимание на слуг? Никто. Особенно, если слуга из низших. Джейкоб, по прозвищу Крыса, был как раз из самого Лондонского дна. Ему исполнилось 15 лет. Его отец два года назад умер от чахотки. Его мама, Дебора или как обычно её звали Дебра, что значит пчела, на самом деле трудилась день и ночь, чтобы прокормить самого Джейкоба, по-мимо которого у неё на руках осталось две младших дочери 10 и 7 лет, и ещё один младший сын 4 лет отроду. Дебра работала прачкой, отстирывая одежду зажиточных горожан. Но заработанных денег тотально не хватало. Поэтому Джейкобу приходилось с малолетства заниматься добыванием пропитания. Ему повезло в том, что старший брат его матери, дядя Джон, работал истопником в королевском дворце. Вот, год назад он и взял Джейкоба к себе в помощники. Нет, Джейкобу никто за работу денег не платил, ещё чего не хватало. Но зато он мог питаться объедками на кухне. А иногда даже что-то приносить домой, вечно голодным сестрёнкам и братику. Так как дядя работал истопником и следил, как и ещё несколько истопников за отоплением дворца, то он и рассказывал племяннику, как устроена система отопления. Все дымоходы. А по мимо этого Джейкоб узнал о слуховых окнах. И самое главное, на участке Джейкоба находилось слуховое окно, благодаря которому он мог слушать то, что говорят у самого короля! Если бы кто узнал, ему сразу отрубили бы голову. Но, конечно же, Джейкоб об этом никому не говорил, ибо собственная шкура дороже. Сегодня же, Джейкоб особенно внимательно слушал всё, что произносилось в кабинете у короля. Слушал и запоминал. Несмотря на хроническое недоедание, тщедушное тело, памятью Джейкоб обладал феноменальной. Да и вообще, у мальчишки был живой и изобретательный ум. Находчивость и изворотливость. Вечером, как обычно, дядя отпустил его домой. Джейкоб сумел раздобыть немного объедков из королевской кухни и отнёс это домой в их с мамой, сёстрами и братиком полуподвальное помещение, состоявшее из двух маленьких комнат. Сестрёнки с братом встретили Джейкоба, как обычно, голодными глазами, в которых была надежда, что старший брат принесёт им что-нибудь. Он принёс. Они накинулись на еду. Матушка Джейкоба сидела на скамье, смотрела с болью на своих детей.
— Слава богу, хоть тебя, сынок, Джон пристроил.
Джейкоб подошёл к матери, сел рядом с ней на лавку. Обнял её.
— Мам, ты потерпи немного, скоро всё изменится.
— Что изменится, сынок? Нет, Джейкоб. Нам на роду написано жить в нищете и лишениях. Голодать. Я представлю только, что ждёт Элизабет и Кэти, мне жить не хочется.
Джейкоб понимал, что Элизабет и Кэти уготована судьба стать уличными шлюхами, чтобы заработать себе на хлеб или хотя бы пару пенсов. И Джейкоб этого не хотел, так как сильно любил своих сестёр и брата. И полгода назад у него появилась надежда изменить свою жизнь и жизнь своих родных и близких к лучшему. Как-то он пришёл на рынок. Стоял, смотрел на ряд, где продавали колбасы, окорока и прочую вкуснятину. Глотал слюни и уже хотел попытаться украсть кусок кровяной колбасы, как на его плечо опустилась грубая мужская ладонь. Джейкоб дёрнулся, но мужчина держал его крепко.
— Тихо, юноша, не суетись. — Проговорил высокий мужчина, одетый в длинный плащ и шляпу с большими полями. На ногах у него были высокие сапоги. Этот человек явно не был голодранцем. Джейкоб испугался. Первой его мыслью было, что сейчас его потащат в городскую стражу, где обвинят в покушении на кражу.
— Господин, я ничего не делал. Отпустите меня, прошу Вас.
Мужчина усмехнулся.
— Ничего не делал, конечно. Ты просто не успел сделать. Ты хотел украсть кусок колбасы. И не отпирайся. Если бы я тебя не остановил, тебя бы поймали и отрубили бы тебе руку или того хуже, повесили бы. Поэтому считай, я спас тебе жизнь. Тебя же зовут Джейкоб?
— Да, Господин. Откуда Вы меня знаете?
— Я много чего знаю. А ещё знаю, что вот уже полгода ты помогаешь старому Джону, который работает одним из истопников во дворце. Я прав?
— Прав, Господин.
— Ну вот видишь. Ты есть хочешь?
— Кто же не хочет, Господин? Покажите мне этого дурака, и я буду долго смеяться.
— Молодец. Пошли, я тебя накормлю, заодно и сам поем. Не бойся, Джейкоб, я не причиню тебе вреда.
Мужчина отпустил Джейкоба и пошёл по направлению к таверне, что находилась рядом с торговой площадью. Первым желанием Джейкоба было дать дёру. Он и хотел это сделать, ибо поверить, что кто-то хочет его накормить за просто так, было невозможно. Мужчина оглянулся. Посмотрел на Джейкоба, потом сказал:
— Выбор за тобой. — И продолжил свой путь к таверне. Джейкоб смотрел мужчине вслед. Подумал, а почему бы и нет? Сбежать он всегда сумеет. И пошёл вслед за мужчиной. В таверне, незнакомец заказал похлёбку из ухи, варёного мяса, тушёной капусты и полкаравая свежего хлеба. Себе кружку слабого эля. Сидел пил его и смотрел на Джейкоба, который с жадность выхлебал всю миску похлёбки и теперь поглощал куски мяса. они сидели в уголке таверни, на них никто не обращал внимания. Мужчина продолжал смотреть на подростка. Потом неожиданно сказал: