Страница 143 из 424
— Не могу поверить. «Экскалибур»!
— Но это ещё не всё, Пандольфо.
— Не всё⁈
— Нет. — Ответила я. Девушки перестали танцевать, смотрели на меня вопросительно. Я перевернула его той стороной, где было выбито другое имя, как меча, так и его владельца. — Скажите, каким мечом владела Жанна д Арк, Орлеанская дева?
— Ну это все знают. — Ответил Пандольфо. — Мечом Карла Мартелла, который более семисот лет назад остановил завоевание сарацинами Европы, в битве при Пуатье, разгромив их. Свой меч он завещал какой-то церкви, название сейчас не помню, где он пролежал все эти столетия, и где его нашла Орлеанская дева. Но тот меч исчез. А сама Жанна никому не сказала куда дела его. Якобы она отдала меч своим братьям, а они после её казни, утопили меч в Сене.
— Значит, не утопили. Читаем, что здесь выбито, на лезвии. Надпись тоже на латыни. — Я перевернула меч другой стороной лезвия.
Пандольфо вновь пригляделся. Сначала прочитал про себя, потом повторил вслух.
— «Пламень». Карл Мартелл. Святая Дева Мария! Это что получается? «Экскалибур» и «Пламень», это один и тот же меч?
— Получается, что так. Не даром этот меч Жанна всегда носила с собой. Никому не давала и даже спала с ним.
— Ваше Величество, я не знаю даже, что и сказать. — Произнёс потрясённо Пандольфо. — Если всё так, то это очень необычный меч. И даётся он только очень необычным людям… Хотя, о чём я⁈ На Вас же, Ваше Королевское Величество, Багрянородная Цесаревна и Порфирогенита, Великая Княгиня, покров самой Девы Марии. Вы самый необычный человек, которого я видел в своей жизни.
В этот момент солдаты и матросы, под руководством моих палатинов стали вытаскивать на поверхность сундуки. Я подозвала Никифора и Илью. Никифор держал Аквилу, завернутую в какую-то тряпку. Молодец.
— Илья, найди мне древко. Ты понял какое и для чего?
— Понял, Матушка. Я сейчас. — Он выскочил из церкви.
Мои девчонки с удивлением смотрели на Никифора. Он же стоял с вполне невозмутимым лицом.
— Никиша, а что это у тебя в тряпку завёрнуто? — Спросила Ксюша. Он в ответ усмехнулся.
— А это ты, княжна, у Матушки спроси. А моё дело хранить то, что мне дадено и молчать в тряпочку.
— Матушка? — Девушки посмотрели на меня вопросительно. Я тоже улыбнулась им.
— Подождите и всё увидите сами. Поверьте, такое вы никогда не забудете.
Вскоре прибежал Илья, притащил древко, похоже, от копья, только наконечника не было. Зато имелся свежий срез на одном конце древка. Наверное, Илья его просто отрубил.
— Вот не знаю, подойдёт к Аквиле?
— Сейчас посмотрим. — Ответил Никифор и посмотрел на меня. Я кивнула. Никифор развернул тряпку. Древко идеально вошло в специальное гнездо для этого. Парни вогнали древко на всю глубину в Аквилу. Девчонки стояли и смотрели на всё это раскрыв рты. У Пандольфо глаза округлились до невозможности. Закрепив орла, Никифор протянул древко мне.
— Матушка, твоя Аквила. — Сказал он. Я с благоговением взяла его. Пандольфо крестился. Начали креститься мои девчонки, глядя на орла, гордо раскрывшего свои крылья. Солдат и матросы, вытаскивавшие сундуки на поверхность из подземелья замерли, глядя на Аквилу. В церковь стали заходить и другие. Я подозвала падре.
— Святой Отец, — обратилась я к нему, — освятите Аквилу. Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Он сходил за кропилом и купелью со святой водой. Подошёл к нам. Я склонила Аквилу. Он побрызгал на неё святой водой, перекрестил и стал читать молитву. Когда священник закончил освещать Аквилу, я подняла её. На орла упали лучи солнца через окно церкви. Он словно засиял. Я повторила вслед за падре:
— Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. — Замолчала на некоторое время собираясь с духом, но потом продолжила, глядя на Аквилу. — Отныне, Девятый Испанский легион вновь возродился из небытия. Империя жива, пока жив хоть один её легионер. А у нас теперь есть целый легион! Пока Аквила у нас, в наших руках, легион жив! Аве, Цезарь! — Последние слова я прокричала.
— Аве, Цезарь! — Подхватили мой клич мои палатины.
— Аве, Цезарь! — Крикнул Пандольфо. На его глазах появились слёзы.
— Аве, Цезарь! — Закричали солдаты и матросы.
— Аве, Цезарь. — Раздались звонкие девичьи голоса.
— Девятый Испанский легион, теперь является неотъемлемой частью армии Ливонской короны. В нём будут служить только самые лучшие. Моя гвардия. Это честь. Потому, что этот легион самый старый из всех армий Европы и Азии. С самой древней военной историей. Историей неувядающей и грозной славы. История радости побед и горечи поражений. Но чтобы не происходило, Аквила Девятого Испанского легиона никогда не попадала в руки врага. И никогда не должна попасть. Орёл не должен сойти с древка. Пусть погибнут все легионеры, но Аквила не должна упасть, не должна попасть в руки врага. Иначе, это будет несмываемый позор для тех, кто будет служить в Девятом Испанском. Это должны помнить все. Этим легионом командовал мой предок. Он был здесь наместником, во времена Римских Цезарей. А его потомки стали сами Цезарями в Византийской империи. Или как её ещё называли Восточно-Римской империи. Я нашла своё наследство. Наследие своих предков. Имущество, которое не подлежит отчуждению, которое может принадлежат только по праву рождения и по праву крови. Золото Рейна! Сокровища Нибелунгов. Когда дочь, наденет кольцо власти и вернёт корону, древняя кровь проснётся. Такое было пророчество. Древняя кровь проснулась. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь! — Взглянула на Никифора. — Никиша, возьми Аквилу. Отвечаешь за неё головой. — Оглядела застывших солдат и матросов. — Чего встали? Продолжаем вытаскивать сундуки. Несите их к лодкам. Только аккуратно. Не вздумайте утопить хоть один сундук.
Народ засуетился. С помощью верёвок поднимали большие сундуки по каменным ступеням лестницы, так как вытащить на руках их было очень сложно и тяжело. А вот наверху уже, сундук брали шестеро мужчин и тащили к берегу. Когда несли к лодкам первый сундук, прибежал один из солдат, стоявший при въезде в деревню. Он доложил контр-адмиралу. Пандольфо подошёл ко мне.
— Ваше Величество, к нам пожаловал местный барон, владелец этой земли. С ним вооружённый отряд.
— Хорошо. Пусть пропустят его и пять человек сопровождения. Остальные пусть ждут за охраняемым периметром. — Смотрела, как солдаты и матросы грузят на лодку первый сундук. Погрузив и закрепив его в лодке, они поплыли к «Авангарду». Там их уже ждали. С борта спустили верёвки. Наблюдала, как сундук, обвязав верёвками, поднимают на борт корабля. Так, первый пошёл. В этот момент грузили в другую лодку второй сундук. За ним из церкви вынесли сундук поменьше. Его тащили четверо. Хорошо, что это была река и волнения не было. Иначе лодки с сундуками просто могло перевернуть. Пока наблюдала, как грузят и закрепляют сундуки, к нам подъехал местный барон в сопровождении пяти вооружённых человек. Ко мне моментально подтянулась охрана. Барон был довольно грузным мужчиной. С короткой рыжей бородой и усами. Он смотрел недовольно на всех вокруг.
— Вы кто такие? И что делаете в моей деревне?
Я на него не обращала внимания. Смотрела на лодки. Из церкви солдаты вытащили очередной сундук. Увидев его, у барона глаза чуть не выскочили из орбит.
— Ты кто такой? — Задал вопрос контр-адмирал.
— Я? Я барон Мориц фон Вольф. А кто вы такие?
— Как смеешь, барон, сидеть на коне в присутствии Королевы? — Гневно воскликнула Паула.