Страница 104 из 424
— Саша. — Тихо произнёс он.
— Вася. — Так же тихо ответила ему. — Ну вот, муж мой. Я выполнила своё обещание, данное тебе. Посмотри, вот он сынок твой. Твой наследник. Очень на тебя похож.
Василий приклонил колено перед моей постелью. Я видела по его глазам с каким благоговением и любовью он смотрел на сына.
— Саша, я возьму его?
— Васенька. Ты успеешь на руках его поносить. Устанешь ещё. Большой сынок у нас получился. Крупный. Весь в папу. Он недавно уснул у меня. Титьку насосался. Пусть спит.
Василий продолжал смотреть на сына. Потом тихо спросил меня, не отрывая от малыша взгляда.
— Саш. А почему ты решила, что он на меня похож? Я пока этого не вижу.
— Поверь, похож. Нос у него такой же, как и у тебя. Разрез глаз такой же. Подбородок. Поверь мне. Скоро сам это увидишь, как только он расти начнёт.
Василий посмотрел на меня. Взял мои руки в свои.
— Спасибо, Саша, за сына. Я так ждал его. — Потом он опустил маску. Поцеловал мои руки и поцеловал в губы. Я сразу почувствовала запах алкоголя.
— Вась, ты пьян?
— Выпили немного, с Фёдором Мстиславовичем, с Васькой, свояком своим, с твоим полковником и Маркусом, немчином этим. Он нас угостил своим… Как он… Кальвадосом.
— Чем? Кальвадосом? И сколько немножко?
— Свояк уснул за столом и Федька мой тоже. Фёдор Мстиславович с полковником ещё держались, когда я к тебе пошёл. Ну и сам немчин.
— Понятно. Васенька, иди спать. Боюсь, завтра тебе плохо будет с похмельной головой. И не дыши винным духом на малыша. Ну что же ты?
— Прости. За тебя выпили, за сына. Святое дело. Не серчай.
— Хорошо, не буду. Но обещай мне, что пойдёшь спать, а не отмечать до утра рождение сына. Прошу тебя.
— Обещаю.
Ещё раз посмотрев на сына, Василий ушёл. А я закрыв глаза, провалилась в спасительный сон… Утром проснулась от колокольного звона. Звонили все храмы и церкви Москвы. На улицах города, как мне доложила Фрося, народу много. Все радуются рождению наследника Московского Великокняжеского стола, как на Руси называли престол….
Сынок спал рядом со мной. Я смотрела на него и улыбалась. Поцеловала его в лобик. Услышала, как к моей палате кто-то подходит. Разговаривали две женщины. Одна из них Дарёна, а вторая, по голосу поняла, это Ленка.
Дверь открылась. Они зашли ко мне обе. В халатах, в медицинских шапочках, с масками на лицах.
— Сань. — Шёпотом проговорила Ленка. — Покажи сыночка?
— Смотри. — Улыбнулась ей. Ленка присела на край постели. По её глазам поняла, что она улыбается.
— Какой хорошенький. — Опять шёпотом проговорила она. В это время сынок зашевелился. По его губкам поняла, что он попытался сосать. А потом открыл рот и подал звуковой сигнал, извещая, что он проголодался. Дарёна с Ленкой тихо засмеялись. — Сань, дай мне его подержать?
— Подержи. — Сама села на постели, расстегнула рубашку. Елена взяла малыша. Начала сюсюкаться с ним. Сынок сначала замолчал, наверное, от неожиданности, словно хотел спросить: «А ты тётя кто? Ты не пахнешь мамой!» Но потом опять открыл ротик и закричал. Причём кричал требовательно.
— Ой, какой громкоголосый! — Засмеялась Елена. — Настоящий мужик. Моя дочка тише голосит. Сань, может я его покормлю?
— Успеешь. Мне надо, чтобы он рассасывал мне грудь. Тем более, сейчас у меня не молоко, а молозиво. Так что, пусть его сосёт. Когда молоко пойдёт, тогда и будешь подкармливать, если моей титьки ему мало будет.
— Хорошо. Тогда на, Сань, корми своего мужика.
Я забрала сына у Елены. Сунула ему в рот сосок левой груди. Он тут же замолчал и начал насыщаться. Послышались ещё голоса. Дарёна быстро вышла.
— Кто-то пришёл, Сань. Очередные ходоки. — Усмехнулась Ленка. Я прислушалась. Поняла, что заявились мои сержант-дамы. Я кивнула:
— Фрейлины пожаловали, засвидетельствовать своё почтение и преданность наследнику престола. — Ответила Елене. В палату заглянула Дарёна.
— Матушка, к тебе фрейлины. Я их одела в халаты.
— Пусть зайдут.
В комнату зашли три моих сержант-дамы — Ксения, Агнеша и Паула. А вот персидской княжны и литовской не было.
— Ваше Величество! — Все три, в белых халатах, шапочках, бахилах и в масках, присели в реверансе. Это они мне. — Ваше Высочество! — Это они Ленке. Она кивнула им. Девушки смотрели на моего сына, сосавшего грудь. — Ваше Высочество! — Это уже моему сыну и вновь присели. Я улыбнулась.
— Девушки, Его Высочество ещё слишком мал, чтобы ответить вам.
— Всё равно, Матушка-Государыня. — Тут же ответила Агнеша. — Он есть принц, значит мы обязаны поприветствовать его.
— А где Саша Ходкевич и Айтан? — Спросила их. Они переглянулись.
— Матушка, они остались в Кремле. — Ответила мне Ксения. — Я так решила. Не почину им пока ещё к тебе…
— То есть, Ксюша, это ты так решила?
— Я, Матушка. А Паула с Агнешей меня поддержали. — Ответила княжна.
— Я смотрю у вас дедовщина началась? — Спросила вновь девушек. Елена хохотнула.
— Какая дедовщина, Матушка? — Удивлённо спросила Паула. Остальные две княжны так же удивлённо на меня смотрели. — Среди нас нет мужчин, особенно стариков.
— Это такой термин, означающий, что те, кто раньше оказался в моём окружении, начинают указывать, что делать и как себя вести тем, кто оказался возле меня недавно.
— А разве это неправильно, Ваше Величество? — Спросила Агнеша. — К тому же персиянка неверная. Она не христианка. Вдруг какое злодейство задумала?
— А вот этого, чтобы я больше, Агнеша, не слышала. Мне нет дела до веры того или иного человека, который служит мне. Мужчина это или женщина. Мне служат и православные, и католики. И мусульмане и даже буддисты, такие, как калмыки. Вот скажи, Агнеша, я православная, ты и Паула католички. Ксюша православная. Разве я как-то выделяю её? Уделяю ей больше внимания, чем тебе и Пауле? Как-то возвышаю её над вами?
— Нет, Матушка. Ты одинаково к нам относишься. — Ответила Ангешка.
— Вот видишь⁈ Да, я одинаково к вам отношусь, так как вы мне все дороги. Вы мой ближний круг. А в ближний круг я допускаю только тех, кому доверяю. А вам я всем троим доверяю. Доверяю и люблю вас. И вот так же я хочу доверять Саше Ходкевич и Айтан. Конечно, вы должны быть обеим княжнам наставницами. Объяснять им, что и как у нас. Какие у меня требования. Помочь им. Но не в коем случае не ставить себя выше их. Они обе тоже высокородные. Обе княжны. Вы знаете, кто такие кызылбаши в Персии? — Все три княжны отрицательно покачали головами. — Кызылбаши, это военная элита Персии. Айтан и Аббас это дети из княжеского рода Устаджлы, которые жили в Анатолии. Они потомки эмира Устаджа-оглу Мухаммед-хана, основателя рода. Устаджлы один из влиятельнейших родов кызылбашей, они один из столпов государства Сефевидов в Персии. А так, как я установила союзнические отношения с Шахиншахом, царем Персии, то мне эта девочка и её брат нужны. Точно так же мне нужна Саша Ходкевич. Агнешка, ты же знаешь, что Ходкевичи богатый и влиятельный род в Литве?
— Да, Матушка. — Кивнула польская княжна.
— Вот. Поэтому она тоже мне нужна.
— Да, Матушка-Государыня. Мы всё поняли. — Сказала Ксения. Все три княжны с умилением смотрели на моего сына, который продолжал сосать титьку. Его все эти страсти-мордасти совершенно не интересовали. Вскоре пришёл Великий Князь. Мои сержант-дамы попрощались и быстро покинули палату. Елена тоже ушла, поцеловав напоследок моего сыночка в лобик. Он как раз к этому моменту наелся. Немного срыгнул. Василий, понаблюдав, как Елена, поцеловав моего сына, присела в поклоне Государю и покинула палату, улыбнулся. Ему принесли стул. Он сел рядом с моей постелью.