Любовь с процентами

Глава 7

Вернувшись домой, я еле доползла до дивана. Время приближалось к полудню, но это было неважно: проникновение в офис «Стайлинга», бессонная ночь, звонок Жени, слежка на солнцепеке и разговор с Загородневым – все эти события настолько утомили меня, что меня так и подмывало дать себе, любимой, некоторое послабление. Я подумала, что просто полежу с закрытыми глазами минут десять, а потом посмотрю кассеты. Я чувствовала вялость и апатию. Может быть, это следствие мини-солнечного удара, который я все-таки получила? А может быть, и общей усталости.

Так или иначе, но расслабиться до конца я себе не позволила. Наоборот: я не спеша встала, прошла в ванную и долго стояла под контрастным душем. Затем приготовила пару тостов, чашечку кофе, прошла в комнату, взяла кассету с надписью «П.В.З.» и неторопливо вставила ее в видик, после чего удобно устроилась на диване.. Теперь я могла «наслаждаться» отдыхом с комфортом, хотя интуиция подсказывала мне, что сие зрелище вряд ли доставит мне удовольствие..

На экране возник план широкой двуспальной кровати. Собственно, я ничего другого и не ожидала увидеть. Понятно, на какую «тему» этот фильм. Однако камера не двигалась, и вообще ничего не происходило.

Я успела тщательно рассмотреть кровать. И у меня возникло ощущение, что я уже ее где-то видела.. причем совсем недавно! Потом по экрану пошла рябь. Я уже подумала, что дальше все стерто. Однако нужно было просто проявить терпение: спустя полминуты изображение вновь «активизировалось», и на экране возникли действующие лица.

Как и следовало ожидать, это были мужчина и женщина. Однако на героев порнофильма они были совсем не похожи. Мужчина с благородной сединой, правда, мог бы закосить под Ричарда Гира. Вот только женщина – при всех возможных допущениях – на Джулию Робертс не тянула. Ну никак! Это была довольно-таки полная женщина. И по возрасту она была несколько старовата, чтобы сниматься в подобных фильмах.

Впрочем, я уже поняла, что это вовсе не актеры, а просто мужчина и женщина, которые занимались любовью и не знали, что на них направлена камера.

Само действие не представляло для меня интереса. Меня волновало другое: кто такие эти люди? Особенно – женщина, лица которой в первые минуты этой незамысловатой постельной сцены я не видела. Пришлось смотреть дальше. Взяв пульт, я даже перемотала изображение вперед, пока наконец камера не высветила лицо дамы крупным планом. В этот момент я едва не свалилась с дивана.

Это была.. Маргарита Витальевна Загороднева! А вот ее партнер совершенно не походил на Павла Владимировича – разве что только по возрасту соответствовал. Это был совершенно незнакомый мне мужчина, с властным подбородком и седой шевелюрой.

И еще на что я обратила внимание – дело происходило, по всей видимости, в той самой квартире, где я только что встречалась с Павлом Владимировичем. Я узнала элементы ее обстановки.

«Конспиративная квартирка используется членами семьи – каждым по-своему», – подумала я мимоходом. Продолжая просмотр, параллельно я попробовала выдвинуть несколько версий о том, кем и зачем данный банальный эпизод из жизни людей среднего возраста был запечатлен на пленку.

Хотя зачем – понятно: очевидно, для шантажа. Кем – тоже вроде бы понятно. Станиславом Неделиным, должно быть. И в этом случае связь между ним и Павлом Владимировичем Загородневым или его женой Маргаритой можно уже считать практически доказанной. В принципе, в этом нет ничего удивительного! Если бы не то обстоятельство, что Неделин погиб от пули киллера несколько дней тому назад.

Я вспомнила выражение лица Павла Владимировича в тот момент, когда я сообщила ему о смерти Неделина. Он явно среагировал! Но не пожелал признаться мне в том, что узнал эту фамилию. То есть или он причастен к смерти Неделина, или.. Словом, одна тайна вроде бы уже разгадана, но появился целый ряд новых!

На экране тем временем ничего особенного не происходило. Вскоре экран погас, чему я искренне порадовалась. Но радоваться было рано: у меня имелась в наличии еще одна непросмотренная кассета, помеченная инициалами «А.Ю.Ч.». И я загрузила ее в видик..

Как я и предполагала, видеозапись на ней была идентична той, какую я только что просмотрела: те же люди, та же квартира, те же действия. То есть это была копия. Я выключила видик и задумалась на пару минут.

— Ну что, звоним Загородневу? – спросила я саму себя, когда план созрел в моей голове.

Предварительно я выпила еще одну чашечку кофе, добавив туда коньяку для бодрости. Потом, сформулировав для себя те фразы, которые я собиралась озвучить Павлу Владимировичу, я набрала номер, с которого звонила мне Женя. Однако ответом мне послужили только длинные гудки. И тут я подумала о том, не сделала ли ошибку, позволив Павлу Владимировичу уйти из-под моего наблюдения. Да, дело о его исчезновении закончено, и Женя Загороднева больше не является моей клиенткой. Но ведь осталось убийство Станислава Неделина, которое уже, без сомнения, можно считать связанным с пропажей Павла Владимировича. Что бы он там ни говорил о своих душевных страданиях, но истинной причиной его игры в прятки был страх. И прятался он не от супруги и не от своих друзей, а от кого-то еще. От того, скорее всего, кто повинен в гибели Станислава. Два дела явно сливались в одно – очень интересно получается!

Естественно, я не могла силой удерживать Загороднева на конспиративной квартире – он не подчинялся мне. И вообще, он сам мне заявил, что у него есть и другие варианты, чтобы затаиться там. Какие, правда, – непонятно, если близких друзей у него всего двое, да и от тех он хочет скрыть свое возвращение, а любовницы, по его уверениям, у него нет вовсе. Неизвестно, конечно, правда ли это, но в этом вопросе я была склонна верить Павлу Владимировичу. В гостиницу пошел? И пошел ли вообще – он ведь может просто не отвечать на телефонные звонки, дабы не выдавать своего присутствия в квартире. Звонить же ему на сотовый бесполезно: аппарат уже успел давно разрядиться за эти дни.

Подумав еще немного, я попыталась связаться с Мельниковым. Ему-то я обязана сообщить о том, что Павел Владимирович нашелся. Но ни на работе, ни дома подполковника не оказалось.

«Наверное, он все же решил поехать на рыбалку», – хмуро подумала я, посмотрев в окно. А там вовсю веселилось лето. Только что оно пересекло экватор и не собиралось успокаиваться – жара стояла такая, что желание укрыться от нее на волжских прохладных просторах было вполне объяснимым.