Страница 34 из 55
— Да, о них, – улыбнулся Павел Владимирович. – Только Юрка у нас был «буржуй». У них имелся маленький домик во дворе. Деревянный, но свой, со своей кухней и туалетом. Знаете ли, это тогда, в те времена, было большим достижением! Но все это длилось недолго. Коммуналку сломали, дали всем новые квартиры, и мы оказались в одном доме. Потом, после школы, я в Москву поехал, в МГУ поступил, на физический. Юрка закончил экономический у нас, а у Сереги в семье были проблемы – и он работать пошел сразу после школы. Короче, разбросала нас жизнь! Лет десять тому назад только и встретились. Поговорили и разошлись.
Загороднев достаточно сумбурно рассказывал историю своих взаимоотношений со своими друзьями-партнерами – видимо, сказывалось расслабление, наступившее от рюмки коньяка. Но я внимательно слушала, выжидая момент, когда придет момент мне самой вступить в беседу.
— У каждого – что-то свое, вроде бы крохи, а менять что-то – страшно, – продолжал Павел. – Смутное время было, лихие девяностые только-только отгремели. Хоть какая-то стабильность начала появляться. Одним словом, через год мы созвонились и решили рискнуть. Вот так и образовался «Тарус». Сначала, конечно, мы назывались по-другому и занимались исключительно торговлей. Ничего себе не позволяли, только самый минимум, сколачивали начальный капитал. А потом уже оргтехникой занялись. И, по-моему, очень удачно!
— Насчет «Таруса» – понятно, – кивнула я. – А что же все-таки на острове произошло?
— А ничего, – добродушно ответил Загороднев и улыбнулся. – Здорово посидели, костерок, детство вспоминали, – он вздохнул, – ну, а потом напились, и начались разборки, кто больше сил в фирму вкладывает. Юрка петушился, кричал, что все от него зависит.. Не люблю я это все, знаете ли! Разборки между собой в бизнесе – это хуже некуда! Стал я его урезонивать, а он возьми и ляпни: «Что ты из себя положительного строишь? Лучше бы за женой следил! Развела любовников!» Уж не знаю, может, он просто со злости сказал: у Юрки так ничего и не сложилось с семьей – женился, развелся, она ему изменяла направо и налево, пока он по командировкам мотался. До сих пор один. Жена с новым мужем в Москву переехала, сына с собой забрала.
— И что же дальше? – заинтересованно спросила я.
— А может, это и правда все, насчет моей жены, – словно не услышав моего вопроса, проговорил Загороднев. – В последнее время у нас с женой что-то пошло не так, живем, как брат с сестрой. Иногда даже и не разговариваем: просто не о чем. Но у меня хоть Женя есть. Умница растет! У Сереги – Андрюха, лицей заканчивает.. А Юрка – один. Есть, конечно, у него подружки, но все-таки возраст уже солидный – определяться как-то надо. Я не хочу сказать, что мы – старики, но нам и не по восемнадцать уже, о будущем пора подумать. Ой, я, кажется, опять заговорился!
Павел спохватился, сделал паузу и снова налил себе коньяку.
— На следующий день, в воскресенье, в обед, мы решили ехать домой. Я попросил оставить мне лодку и сказал, что приеду завтра – мне хотелось побыть одному. Они удивились, стали меня отговаривать, мол, не дури, но потом уехали.. Я сам на этом настоял, да и на работу им утром нужно было. Еда у меня с собой была, бутылок аж две штуки еще осталось, так что отдых мой продолжался. Но много я не пил – так, чуть-чуть. Вторую бутылку вообще не открывал. Думал, вспоминал.. Утешал себя, что одному даже лучше – в палатке просторнее стало. Ну, а потом – как в плохой комедии!
Загороднев засмеялся в сторону, но как-то натужно. По крайней мере, так мне показалось.
— Утром просыпаюсь я, отдохнувший, бодрый, все мысли дурные забыты, готов к работе.. А лодки нет. Украли! Ну что за страна, на остров съездить нельзя!
— Кто украл? – машинально спросила я.
— А кто же их знает? – воскликнул Загороднев. – Я так, видно, крепко спал, что не услышал, как мотор заводили.. Представляете, что со мной было? Забегал по острову, орал, орал.. Потом увидел себя со стороны – и мне смешно стало.
— А места там глухие?
— Весьма! Уселся я на бережку, задумался о том, что мне теперь делать. А что тут сделаешь? Да ничего! Новоиспеченный Робинзон Крузо, только речной! Попугая, правда, у меня не было.. – улыбнулся он и следом вздохнул. – Что делать?! Ждать лодки каких-нибудь отдыхающих – пустой номер, потому что уже наступил понедельник. Вообще-то, я надеялся на Юрку с Серегой. На работе-то я не появился – думал, они хватятся, приедут за мной. Прождал весь понедельник – никого! Почему они не приехали – черт его знает!
— Они приезжали, – вставила я. – Вечером в понедельник. Но вас там уже не было.
— Да? – переспросил Загороднев. – Значит, мы разминулись.. Хорошо, хоть палатка осталась, еда кое-какая, да и я еще рыбки там подловил – снасти у меня были.
— И как же вы выбрались оттуда?
— К вечеру я решил принять радикальные меры. Все вещи я, конечно, побросал. Выбрал, где место на реке поуже, переплыл на другой остров. Потом рыбаков встретил на резиновых лодках: они меня и перевезли. Я им рассказал, где классные удочки можно взять – я свои снасти имел в виду. Они от радости на «нормальный» берег меня доставили. Затем я пешком добрался до нашей дачи. Поел, переночевал там, деньги кое-какие нашел.. И вот я здесь. И с нетерпением теперь послушаю вас!
Павел уставился на меня в упор и приготовился слушать.
— Женя разве вам ничего не рассказала? – спросила я.
— А о чем она должна была мне рассказать? – искренне удивился Загороднев. – Сказала только, что пошла к частному детективу, но мать решила, что это блажь. Надеялась, что я сам появлюсь. И все!
— Да уж, – со вздохом покачала я головой: Павел Владимирович был явно не в курсе касавшихся его очень важных вещей. И теперь мне предстояло ему о них рассказать. А вещи эти были, мягко говоря, не очень-то радостными..
Видимо, Загороднев по выражению моего лица понял, что ничего приятного в моем рассказе его не ждет, потому что он очень внимательно посмотрел на меня и сказал:
— Не бойтесь, сердце у меня крепкое, в обмороки я не падаю, да и привык уже к разным поворотам судьбы. Отношусь к любым неприятностям философски: что ни делается – все к лучшему. Между прочим, сие уже не раз проверено!