Страница 75 из 90
20
Настоящее
Дом Ани стоит пустой, за исключением тех дней, когда Эмброуз приходит чинить то, что пострадало от огня. Благодаря соседу, который вовремя вызвал пожарных, ущерб оказался не таким страшным, каким мог бы быть. Но пусть пламя и погасло, его след остался выжжен в каждом из нас.
Когда Лора просит неделю отпуска, потому что Аня и Мэтти переезжают к ней, я советую ей взять две. В её глазах читается сомнение, но я обещаю ей, что ни на шаг не отойду от папы. Раз она мне верит, значит, я всё-таки делаю хоть какие-то успехи.
День за днем я провожу в папиной комнате: даю ему лекарства, какие могу, включаю фильмы на телефоне, свернувшись калачиком рядом с ним. Он всегда был крупным мужчиной, и, несмотря на его состояние, его габариты всё еще способны подарить мне чувство безопасности. Защищенности. И меня больше не раздражает жужжание кислородного аппарата. Напротив, его присутствие стало чем-то привычным. Я рада слышать его каждый день, как и то послание, которое он словно шепчет мне на ухо: «Слушай, как я дышу за него. Он всё еще здесь».
Отсо окончательно обосновался у подножия папиной кровати, и я стараюсь не позволять этому раздувать угли моей тревоги. Я как-то читала, что собаки чувствуют, когда кто-то вот-вот уйдет из этого мира в мир иной. Они становятся нежнее, ластятся и не отходят ни на шаг, зная, что время их человека почти истекло.
Пока идет фильм, я затаскиваю ноутбук на кровать. Когда на следующий день после пожара я отправила запрос на больничный, Хелен позвонила мне буквально через пять минут. Я ни разу не брала больничный с тех пор, как устроилась в компанию, так что её вопрос о том, не замерз ли ад, меня не удивил.
Мы немного поболтали, и я рассказала ей о здоровье папы.
— Ты там уже почти два месяца, — сказала она, и в её голосе проскользнули нотки тревоги.
— Ага.
— Ты оказала агентству огромную услугу, так усердно работая на удаленке, но возьми следующие две недели отпуска. Проведи это время с отцом.
Когда я сказала, что в этом нет необходимости, она проявила непреклонность:
— Я тебя не спрашивала, Мара. Возьми следующие две недели отпуска.
И она повесила трубку.
Неужели всем вокруг, и даже Отсо, выдали таймер обратного отсчета, о котором я не подозреваю? Я не знаю, как измерить, сколько времени осталось папе, но сердце подсказывает, что время у нас еще есть. Не знаю откуда, просто знаю.
Когда собака в фильме начинает лаять, я затыкаю уши, ожидая, что Отсо повторит, как он обычно лает на… да вообще на всё. Но когда мы встречаемся взглядами, он выглядит непривычно серьезным.
Я чешу его за ухом:
— Что такое, малыш?
Он издает тихий скулеж и утыкается мордой в папину ногу.
Мое сердце сжимается:
— Не бойся. Он никуда не уйдет. Пока еще нет.
Кого я пытаюсь в этом убедить — его или себя?
Когда Лора звонит и просит привезти её медицинскую сумку к ней домой, я не колеблюсь. Я прошу миссис Клайн, которая живет чуть дальше по улице, приглядеть за моим папой пару часов, и она более чем рада протянуть руку помощи. Я знаю миссис Клайн с самого детства, но она всегда держалась особняком. Она не то чтобы неприветливая, просто робкая. На её переднем дворе растет банановое дерево, и она всегда предлагала мне банан, когда замечала, что я на него засматриваюсь. Она даже ничего не говорила, просто указывала на дерево. В конце концов я поняла этот намек и стала угощаться сама. Мне нравилось, что она никогда не ждала от меня лишних слов.
Дом Лоры выглядит прямо как со страниц журнала Lake Living. Маленький коттедж стоит у самого озера в окружении цветущих вишен, и я помню, как Лора рассказывала, что родители посадили их еще до смерти её мамы. Сейчас они не цветут, и голые ветви торчат под причудливыми углами, словно персонажи из фильма Тима Бертона, но это их дом. Место, где Лора и Аня выросли. Любили всем сердцем. И теряли по-крупному.
Я стучу в дверь, и она открывается почти сразу же. Мэтти одет в пижаму с динозаврами, на голове у него абсолютный беспорядок.
— Привет, симпатяга. Только проснулся?
Он опускает глаза в пол.
— Нет. Вся моя одежда осталась дома. Тетя Лора говорит, что ей придется купить мне новую, потому что та сгорела.
Черт. Почему я не подумала об этом, прежде чем открывать свой дурацкий рот?
— Ну, одежда вообще переоценена. Я бы тоже лучше ходила в пижаме, как ты. — Я взъерошила ему волосы, но он не улыбается и не смеется, как обычно. Лишать этого ребенка смеха должно быть преступлением.
— Ты к тете Лоре?
— Да.
— Я её позову. — он уходит, понурив плечи.
Спустя мгновение к двери подходит Лора и заключает меня в крепкие, до хруста в костях, объятия.
— Спасибо, — выдыхает она.
Я передаю ей сумку и прячу руки в карманы, не зная, что сказать дальше. К счастью, Лора избавляет меня от этой необходимости:
— Как твой папа?
— Отлично! Мне так кажется. Учитывая обстоятельства. — Я тихонько усмехаюсь. — Отсо уже несколько дней не отходит от его кровати.
Лицо Лоры искажается от тревоги:
— Дней?
Я качаю плечами:
— Ну да, но это же нормально, правда? В смысле, он же любит своего хозяина.
— Хм, — только и говорит она.
Я чешу шею, хотя она и не чешется.
— Ну… мне пора идти. Я оставила миссис Клайн приглядывать за папой, а она, я знаю, не любит надолго уходить из дома.
На самом деле миссис Клайн сказала, чтобы я не торопилась, но я и неловкие паузы — вещи несовместимые.
Лора кивает и смотрит на меня так, словно знает что-то, чего не знаю я. Прежде чем дверь закрывается, чья-то рука резко перехватывает её.
Передо мной стоит Аня. Вид у неё такой, словно она прожила миллион жизней, но всё же лучше, чем на празднике Мэтти. Сама того не замечая, я делаю шаг назад. Думаю, какая-то часть моего подсознания боится снова получить порцию алкоголя в глаза.
Лора предостерегающе поднимает руку:
— Аня…
Та её игнорирует.
— Можно с тобой поговорить?
— Не думаю, что это хорошая идея, — вмешивается Лора.
Аня раздраженно поворачивается к ней:
— Да не собираюсь я ничем в неё плескать. К тому же у тебя в холодильнике всё равно одна вода.
Аня снова смотрит на меня, и в её глазах отчетливо читается вопрос.
Я киваю:
— Да, конечно.
Мы идем к краю причала, и я оглядываюсь назад, надеясь, что Лора наблюдает за нами из окна — так, на всякий случай, если Аня решит меня столкнуть.