Страница 18 из 90
6
Настоящее
Я чужая в собственном доме.
Я знаю эти стены и знаю эти полы, но все равно чувствую себя чужой. Скрип стен больше не кажется знакомым, а из-за бессонницы его трудно игнорировать. Какая-то часть меня ждет, что уют дома моего детства убаюкает меня.
Но этого не происходит.
Лора порхает по дому как колибри, выполняя дела, пока я остаюсь второстепенным персонажем. Я и сейчас могу представить, как она манит меня своей мягкой улыбкой, призывая попробовать поправить папе кислородную маску или переодеть его в свежую пижаму, но трусиха внутри меня каждый раз утягивает меня на стул в углу его комнаты. В отличие от этого чертова пса, который вызывает улыбку всякий раз, когда запрыгивает на папину кровать, я смирилась с тишиной, которую, как мне известно, не могу заполнить, и провожу ночи за работой на ноутбуке в своем маленьком углу, когда Лора уходит домой.
Именно там я и нахожусь сегодня вечером, открывая вкладку проекта, который Хелен отметила как важный; синий свет от моего экрана — единственный свет в комнате. Мерное, слабое хрипение в нескольких футах от меня сдерживает мою тревогу. Отсо прибрал к лапам угол кровати, его тень кажется чудовищным силуэтом в темноте. Должно быть, приятно быть собакой. Совершенно не ведать о душевной боли, которую нам вскоре предстоит пережить. Как будто мы уже её не переживаем. Если бы у меня была привилегия такого неведения, я бы тоже бегала вокруг и облизывала людям лица.
Я кликаю по тачпаду, разворачивая входящие сообщения. Мой роковой недостаток в том, что на электронные письма я отвечаю быстрее, чем на текстовые сообщения. Это своего рода жалкий кайф — раскладывать их по маленьким тематическим папкам, которые я создала. Звуковой сигнал извещает меня о новом письме от Хелен.
От: Хелен Редфорд
Кому: Мара Мякинен
Дата: Четверт, 12 октября 2021 г., 10:45:33 EST
Тема: Срочно!
Health House требует больше индивидуального внимания, чем мы обсуждали ранее, поэтому я прошу их подписать соглашение о твоей почасовой ставке. Пожалуйста, распечатай и подпиши прикрепленную ниже форму и отправь ее мне обратно как можно скорее.
Спасибо,
Форма соглашения. pdf
128 Kb
Я издаю стон. Разве мы, как общество, не перешли на электронные подписи еще много лет назад? Они гораздо удобнее, а предлагаемые курсивные шрифты всегда затмевают мой ужасный почерк. Я тру глаза, не зная, где в такой час можно найти принтер. Библиотека уже закрыта, и это не город, где можно до одиннадцати вечера сбегать в Staples. Я сажусь, внезапно вспомнив про принтер в моей старой комнате наверху. Папа наверняка уже упаковал его, но проверить не помешает. Вряд ли Хелен устроит мне разнос, если я отправлю форму завтра, но мне хочется произвести хорошее впечатление.
С момента возвращения домой я избегала своей детской спальни, боясь заглянуть внутрь, потому что и так знаю, что увижу, — пустоту. Но какая-то часть меня хочет сохранить в памяти образ моей комнаты из прошлого, вместо того чтобы позволить ему вытесниться чем-то настолько чуждым.
Я плетусь вверх по лестнице, сзади слышится тихий перестук лап. Отсо сокращает расстояние между нами, горя желанием присоединиться, и я поворачиваюсь, прищурившись на него:
— Сталкер.
Он отвечает на это, тяжело задыхаясь и роняя слюну на пол.
Изящно.
Я поднимаюсь еще на несколько ступенек и оглядываюсь, когда он не двигается с места.
— Чего ты ждешь? Приглашения?
Он хрюкает и идет за мной в комнату. Я не хочу видеть комнату целиком, поэтому отдергиваю руку, прежде чем она коснется выключателя, отдавая предпочтение фонарику на телефоне. Коробки разбросаны вдоль каждой стены, сложенные друг на друга на разную высоту. Это напоминает мне о Нью-Йорке, и я тоскую по второй половине своей двойной жизни. По более легкой половине.
Дубовый письменный стол стоит в углу, оставаясь единственным уцелевшим предметом мебели. Я подхожу ближе, чтобы осмотреть его, и подпрыгиваю от радости, когда вижу стоящий на нем неуклюжий принтер. Я включаю этого динозавра в ближайшую розетку и исполняю победный танец, когда зеленый огонек судорожно загорается. Я не суеверна, но мне следовало бы постучать по дереву стола, потому что мигающий красный огонек рядом с зеленым сообщает мне, что чернил нет. Что ж, значит, утром предстоит экскурсия в библиотеку.
Пропитанный пылью воздух комнаты заставляет меня чихнуть четыре раза, прежде чем я подхожу к окну, выходящему на тупиковую улочку, и приоткрываю его, впуская прохладный ночной воздух. Все дома, кроме одного, поглощены тьмой. Я завидую семьям, крепко спящим в своих постелях и наслаждающимся отдыхом, который дарит ночь.
Списав свою опрометчивость на усталость, я бросаю мимолетный взгляд на дом через дорогу. Когда-то игравший такую важную роль в моей жизни, теперь он выглядит как любой обычный дом.
За семь лет ничего не изменилось, и палисадник по-прежнему ухожен. Черный джип въезжает на подъездную дорожку, и это заставляет меня прижаться носом к стеклу, чтобы лучше все разглядеть. У меня подкашиваются ноги при мысли, что я могу мельком увидеть мистера и миссис Кинг, но я не могу отвести глаз. Силуэт, выходящий с водительского места, высокий, и все, что я могу разобрать, — это то, что это мужчина. Даже тени не могут скрыть его широкую грудь и крепкие руки. Он обходит капот машины, останавливаясь у пассажирской стороны, чтобы открыть дверь. Я не видела мистера и миссис Кинг много лет, но это не они.
Миниатюрная фигурка покачивается возле машины, падая в объятия мужчины. Она практически взбирается на него, как на дерево, чтобы уткнуться лицом в его шею. Кажется, она вот-вот упадет, но он крепко держит её за талию. Надежно. Мой пульс учащается, но я игнорирую голос, призывающий меня отвернуться. Голос, который, я уверена, принадлежит моему рассудку. Они минуту болтают, и ни один не делает движения в сторону дома.