Лимонад

— Но я не могу, ради всего святого, неужели ты не понимаешь? Он должен был мне сказать! Он должен был мне сказать! — Он прижал руку к глазам, и ему даже не было холодно, потому что он пылал от ненависти внутри. — Твоя мать не хотела видеть меня в своем доме, и ладно! Твой отец не стал настаивать, и это тоже ладно, черт побери! Но он должен был мне сказать! Черт возьми, он должен был мне сказать! И он так и не сделал этого — ты что, не понимаешь? Никогда, Мэтт, никогда!

— Крис, я знаю, но…

— Нет, нет, как тебе понять? Тебе? — Теперь его голос звучал отчаянно — так оно и было. Он был чертовски отчаян. — Твой отец всегда знал, кем была моя мать, и он всегда знал, кто мой отец! — Он сделал глубокий вдох, затем еще один, и еще. — И теперь… теперь я тоже знаю. Я знаю и…

— Тебе нужна месть, не так ли? Ты хочешь отправиться в Кокстон и убить его.

— Я должен отомстить, — ответил он, и вдруг на него снизошло странное спокойствие. — Я знаю, ты не можешь понять, потому что для тебя она была… она была всего лишь шлюхой — разве не так? Но для меня… для меня она ею не была. — Он поднес руку к лицу, закрывая глаза пальцами. — Она отдала все, чтобы я появился на свет. Ты можешь представить, что произошло? Я не знаю, как она оказалась в том борделе. Я могу лишь вообразить, что это было похоже на медленное утопление, по чуть-чуть за раз, и всё из-за того, что я был с ней, как гребаный камень на шее.

Он опустил голову, и Мэттью молча ждал, когда он снова заговорит, засунув онемевшие руки подмышки, чтобы согреть их в холодном ночном воздухе.

— Так много тех, кто виновен в том, что с ней случилось, — усталым голосом произнес Кристофер, — но на самом деле имеет значение лишь один: Леопольд ДеМерси. — Мужчина, соблазнивший его мать. Мужчина, который уничтожил её, как горящий лист. Мужчина, который был отцом Кристофера. — И он поплатится. Завтра я уезжаю.

— Нет, не уедешь.

Кристофер даже не разозлился на эти слова. Он не понимал, почему его кузен был против, но знал, что рано или поздно сможет его убедить: было ясно, что ДеМерси должен умереть.

— На моем месте ты бы сделал то же самое, — тихо сказал он. — Если бы кто-то убил меня, ты бы отомстил за меня. Я знаю это.

— Это правда. — Признание Мэттью прозвучало без какого-либо нажима или сомнения. — Но я бы уж точно не стал делать это с помощью дешевого перочинного ножа — неужели ты именно его собираешься использовать? Скажи мне кое-что честно: если ты отомстишь, а потом тебя за это вздернут, это сделает тебя счастливым?

— Мэттью…

— Думаешь, твоя мать хотела бы для тебя этого?

— Моя мать… — Кристофер опустил голову и улыбнулся. Дальше он говорить не мог.

— Ты хочешь умереть ради своей мести — вот чего ты хочешь? Это никогда не сойдет тебе с рук, я это знаю. Они тебя схватят. Это самоубийство. У тебя даже нет плана, как убить своего отца.

— Вообще-то, есть, — сказал он. — Я думал наняться к нему на работу и…

— Ты просто предстанешь перед ним одетый вот так, как бродяга?

— А какое это имеет значение? — ответил он, пожимая плечами. — Он не будет смотреть на мою одежду.

— И это, значит, твоя великая идея мести? Слепленный на коленке план, который никогда не сработает.

— Да к черту все! — взорвался он в раздражении. — Знаешь, чего бы мне хотелось на самом деле? Хочешь вдоволь посмеяться? Мне бы хотелось заставить отца заново пережить муки моей матери: швырнуть его в грязь, заставить страдать от все большего и большего позора и отнять у него все то, чем он так гордится! Я бы хотел купить поместье, в котором он живет, и сжечь его дотла! Я бы хотел забрать все, чем он владеет, и оставить его без гроша за душой. Я хочу разорить его. Я хочу довести его до такого отчаяния, чтобы у него не осталось иного выхода, кроме как убить себя! — Он замолчал, дрожа от холода и гнева. — Но я знаю, что это невозможно, — продолжил он чуть погодя, успокаиваясь, и его глаза потеряли свой зловещий блеск. — Мне придется довольствоваться его убийством, — закончил он сдавленным шепотом.

Мэттью стоял, размышляя над этим несколько минут, притопывая ногами по земле.

— Ты абсолютно прав, Крис, — произнес он наконец. — ДеМерси хотел стать лордом, не так ли? Поэтому он и бросил твою мать после того, как пообещал на ней жениться. Подвернулся шанс на более выгодный брак, и он не мог его упустить. — Он бросил на него сожалеющий взгляд. — А ты хочешь унизить ее еще больше, представ перед ним отвратительным и грязным.

Кристофер пожал плечами, глядя на их безжизненные пальто, оставленные на земле и пропитывающиеся влагой.

— Жутко холодно, Мэтт. Почему…

— Послушай. Сначала ты сказал, что для тебя невозможно оставить его без гроша, лицом в грязи. Но если мы за это возьмемся…

— Какая глупость, — раздраженно перебил Кристофер. — Это даже абсурдно…

— Нет, это не абсурдно. Нам просто нужно найти способ. — Он опустил голову и приложил руку ко лбу. — Может быть… может быть, если он вложит свои деньги неправильным образом… если он купит акции, заплатив за них гораздо больше их стоимости, как в Компании Южных морей… — Он сложил ладони лодочкой и подышал в них, чтобы согреть. — Ты понимаешь, да?

— А?

— Нет, не понимаешь. — Он вздохнул. — Крис, поучиться еще немного тебе бы точно не повредило.

— Ты соизволишь мне объяснить, или думаешь и дальше смотреть на меня с этой ухмылкой, пока мы оба не превратимся в ледяные статуи?

— Ладно, ладно. — Мэттью улыбнулся, и ночь необъяснимым образом стала менее темной. Только он обладал способностью делать подобные вещи. — Компания Южных морей была компанией, основанной ни на чем, на «пузыре». На фондовой бирже легко потерять все в один миг. Черт возьми, даже Ньютон с его огромным мозгом потерял целое состояние в прошлом веке.

— Может, он слишком много учился, — бросил Кристофер в ответ на всезнающий вид кузена.

— Не отвлекай меня; на улице холодно, — проворчал Мэттью.

«Всезнайка, абсолютно точно. Может быть, удар — может, не слишком сильный — вот что мне нужно ему отвесить, — рассудил Кристофер. — Это бы его согрело, не так ли?»

— Это возможно, Крис. — В высшей степени педантичный голос его кузена выходил из его рта в виде белых облачков пара. — Вполне возможно обмануть твоего отца и довести его до финансового краха.

Кристофер вздохнул.

— Хочешь в таком случае создать один из этих… пузырей?

Мэттью задумался и нахмурился.