Врачебная история

— Нет, Тася, ты должна это знать. Работа в неотложке, сродни роботе в госпитале, счет идет на минуты, решения принимаюсь мгновенно, иначе пациента можно потерять. А я не люблю проигрывать. Однажды, к нам в отделение поступила группа людей, после страшной аварии. Водитель-дальнобойщик заснул за рулем и на полном ходу протаранил экскурсионный автобус. Несколько человек пострадали очень серьезно. Их стабилизировали и успели доставить к нам, мне просто не хватило времени спасти всех…Тогда я потерял двоих пациентов, молодого пацана и пожилую женщину. А потом не смог справится с эмоциями…пацан чем-то напомнил мне одного сослуживца по Сирии, его я тоже не смог спасти, случился нервный срыв. Меня отстранили от операций, рекомендовав пройти курс психологической помощи. Психолог диагностировал ПТСР средней тяжести и рекомендовал перейти в более спокойное отделение.

— Мне жаль, Богдан.—Тася доверчиво прижалась к его боку, обняв одной рукой за талию. Второй рукой она крепко держалась за трос.

— Я рассказал это не для жалости…и сейчас бывает, что я теряю пациентов…Иногда мне нужно время, что бы нормализовать состояние. Я могу быть более резким, чем обычно, агрессивным, это крайне не профессионально для врача, но к сожалению, ничего поделать не могу.

— Слава богу, мне еще не приходилось испытать такое…Я с ужасом думаю, как я отреагирую, когда такой момент наступит…

— Очень надеюсь, что буду рядом и смогу тебя поддержать, Тася.

— Спасибо, Богдан. Давай еще прокатимся?

Длинными ногами он остановил движение качелей, слез и подхватил Тасю на руки. Легко поцеловал и опустил на землю. Они продолжили путь. Ехать легко и приятно, закатное солнце пробивалось последними лучами сквозь деревья, создавая причудливый узор на земле, тени удлинялись. День стремительно заканчивался, переходя в сумерки, зажигались фонари, окрашивая дорожки теплым желтым светом.

— Давай зайдем перекусить? Около парковки есть чайный домик.

— Хорошо, Богдан.

— Тогда поехали к выходу, сдадим инвентарь.

Постав велосипеды на место они решили прогуляться до чайной пешком, а потом уже забрать машину с парковки. Разговор продолжился.

— А ты, Тася, где ты росла?

— Я родилась в маленьком городке под Кемерово. И нигде не была, до поступления в Москву.

— Даже на море в детстве не ездила?

— Нет…никогда не видела море.

— А тебе хотелось бы?

— Знаешь, в детстве я очень хотела, а сейчас, даже не знаю…Не очень люблю воду, плаваю плохо. Зато каждое лето мы ходили в походы! Отчим любит…любил охоту. Когда братья немного подросли, он стал брать нас с собой. Мама не любит походные условия, поэтому выбиралась с нами всего один раз, когда Тимофей был совсем маленький. Но она так страдала от комаров, что на следующий год предпочла отпустила нас одних, при условии, что я буду следить за братьями.

— А сколько их всего?

— Двое, Ваня старший, ему восемнадцать скоро и Тимофей, ему шестнадцать.

— У вас хорошие отношения?

— С Ваней—да! Он классный! В пятнадцать стал КМС по боксу, сейчас готовится сдавать на Мастера спорта. А с Тимофеем мы не очень ладим. Когда я поступила, ему было восемь, совсем малыш. Последние время я редко приезжаю домой, мы плохо знаем друг друга.

— Как так получилось, что ты отдалилась от семьи?

— Я не была желанным ребенком, мама родила меня в восемнадцать, но так и не смогла полюбить, в отличии от братьев. Отчим, он простой человек, ему ближе его сыновья, чем чужая девочка. Меня он замечал, когда была нужна помощь с ними, например на охоте, или посидеть, когда болели. Пять лет назад он попал в аварию, лишился ноги. С тех пор все поменялось в худшую сторону…он стал пить. Недавно я разговаривала с Ваней, ситуация только ухудшается, он втягивает Тима в свои пьянки…Возможно это не правильно, но у меня нет сил и желания вмешиваться, это приведет только к лишним обидам и ссорам.

— Ты права, Тася. Каждый сам решает, что делать со своей жизнью. Алкоголь это не выход, это тупик.

— Знаешь, мне кажется, ты бы очень понравился моей бабушке!

— Это комплимент?—Богдан лукаво улыбнулся.

— Еще какой! Она была мудрой женщиной, мне ее, порой, очень не хватает! Я всегда стараюсь поступать, как она бы посоветовала. Иногда даже выстраиваю воображаемые диалоги с ней, когда не знаю, как быть.

— Мне жаль, что ее больше нет с тобой, Тася…

— Спасибо!

За разговором они дошли до кафе. Открыв дверь чайной, он пропустил Тасю вперед. Богдан не удивился, когда она опять выбрала травяной сбор, он уже начинал узнавать её привычки. Например, когда волнуется—начинает тереть пальцы, задумавшись, теребит пряди волос у лица, накручивая их на палец, когда чем-то недовольна—кусает губы. Ее запах он узнает из миллиона…в вкус не спутает ни с чем.

Выбрав к чаю легкую закуску они сели за столик у окна.

— Чем планируешь заниматься в выходной?—Богдану ужасно не хотелось отпускать ее от себя на такое долгое время, но так было правильно.

— Если честно, пока не думала. Но за последние время я совсем забросила научную работу. Надо прочитать несколько новых исследований и немного поработать над статьей, которую, между прочим, я передам тебе на рецензию. К сожалению, у нас пока не было подходящих клинических случаев, придется проанализировать уже опубликованные материалы.

— Да, у тебя перспективная тема, но я специализируюсь больше на открытых операциях. Постараемся подобрать кого-то из диагностики, кто подходит под твои исследования.

— Богдан, я давно хотела уточнить у тебя…Ты замечательный специалист, о результатах твоих операций ходят легенды, среди ординаторов. Попасть к тебе считается редкой удачей. Но твои заслуги всегда презентует Свиридов. Ты не пишешь статьи, не участвуешь в конференция, информации в сети о тебе нет…Почему?

— Это простой и сложный вопрос одновременно, Тася. Начну с простого. Я тебе уже говорил сегодня, что несколько лет назад мне диагностировали ПТСР. У меня сложности с нахождением среди большого количества людей, поэтому, конференции отпадают, не люблю публичности, да и людей, по большому счету, недолюбливаю…Идеальный человек для меня тот, который на операционном столе. Что касается научной деятельности, наверное, мне просто неинтересно. Я практик. Меня всегда привлекало действие, а не теория.

— А сложное?