Страница 68 из 131
На часах половина седьмого. Богдан решил, что лучше он приедет пораньше на работу, чем будет слоняться из угла в угол дома. Переодевшись в костюм, Богдан вышел на улицу. Перед домом была оборудована крытая парковка, но не убогий навес из металлоконструкций и поликарбоната, а стильная конструкция на деревянных опорах с фальцевой кровлей, как и на самом доме. Хозяева, перестраивая дом, позаботились о гармонии, дом, сарай, навес, все было в едином стиле. Перед домом был разбит скромный, сад, который сейчас разросся, скрывая фасад от любопытных взглядов.
Богдан завел машину и подождав пару минут, пока прогреется двигатель, неспешно вырулил за ворота. На дорогах было свободно, до больницы он добрался быстро и заглушив двигатель на парковке, минуту сидел просто так. Он давно уже не ощущал волнения, его жизнь была замкнутым кругом повторяющихся событий. Дом, дорога, работа, операции, дорога, дом, срочные вызовы, операции, дорога, дом. Последовательность могла меняться, но события были неизменные. Редкие выезды на природу или редкие встречи с Марго, раньше, вносили небольшое разнообразие, но не меняли бесцельности существования.
На полупустую парковку въехала машина и заняла соседнее место, К его удивлению, Кирилл тоже приехал сегодня раньше обычного. Богдан подождал, пока он заглушит двигатель и выйдет.
— Привет, Кир!
— Ого, рано ты сегодня, Дан! Как утро, доброе или не очень?—Кирилл вылез из машины и протянул раскрытую ладонь.
Мужчины пожали руки. Они были, как инь и янь. Богдан—темноволосый, неулыбчивый, с неизменной небритость на суровом лице. Крупные черты лица и темно-коричневые, почти черные, глаза под густыми темными ресницами. Кирилл же—шатен с открытым приветливым лицом, на переносице очки в стильной оправе, серые глаза. Он всем свои видом располагал к дружескому общению, Богдан же скорее пугал, чем производил приятное впечатление.
— Утро, как утро, Кир. Что в отделении? Спокойно?
— Штатно…Анастасия справилась, если тебе это интересно.—Кирилл следил за реакцией Богдана.
— Не сомневался, и нечего меня просвечивать, как на рентгене.
— Не злись. Как я понимаю, прошлая ночь вышла сложной?
— И ночь и день, Кир. Сейчас не спокойно…меня могут вызвать в любой момент. Подстрахуешь, Настю, если что?
— Настю? Прости, что лезу не в свое дело…Между вами что-то есть?
— Знал, что рано или поздно ты спросишь…
— А как же Маргарита Сергеевна? Вас видел кто-то из сотрудников, не наш, но все же, слухи ползают по больнице. Тебя это не волнует, я знаю, но будь осторожен с Анастасией, молодая же девчонка. По ней это больно ударит, когда узнает…
— С Марго я поговорил пару дней назад…слухи утихнут, рано или поздно.
— Даже так? Значит все серьезно, Дан?
— Ты себе не представляешь как, Кир!
— А что Анастасия?
— Это наше с ней дело, не советую лезть!
— Да тише, ты, мужик! Втяни когти, я на твоей стороне, просто хотел понять, что ты понимаешь, что делаешь. Если нужна будет помощь, всегда можешь рассчитывать на меня.
— Ты, блядь, за словами следи…
— Мужик, спокойно, я не о том…Ай, ладно…мое дело предложить.
— Пойдем, Кир, в отделение. Хватит на сегодня откровений…
— Пойдем. Кстати, что там с расследованием? Мне вызывать медсестер?
— Да, давай сразу после планерки. И затем ординаторов. Кто сегодня из них дежурит? Предупреди, что бы не сразу сваливал домой, после смены.
— Ок!
Мужчины быстро пересекли двор и вошли главный вестибюль. Народу было мало, в лифте они ехали вдвоем. Отделение встретило их тишиной. На посту никого не было, зато из процедурной доносились негромкие звуки. Сегодня дежурила Вероника, значит уже начала готовить утренние назначения.
Богдан с Кириллом молча зашли в раздевалку и переоделись в медицинскую форму, накинув поверх белые халаты. Выйдя в коридор, разошлись по кабинетам. Богдан погрузился в рутину, изучая карты пациентов, мониторинг состояний и подготавливая документы для плановых госпитализаций. Его отвлек негромкий стук в дверь. Сердце пропустило удар. Тася! Он ощущал ее волнение и нерешительность даже через дверь, но больше ничего понять не мог.
— Войди!
Дверь медленно открылась, Богдану хотелось сорваться с места и рывком убрать преграду. Только усилием воли он удержал свое тело неподвижно.
Наконец он увидел Тасю. Она застыла на пороге, не решаясь войти. Огромные голубые глаза застыли на нем, изучая, как будто видят впервые. Она уже тоже переоделась в форму. Значит специально пришла по-раньше. Сегодня ее волосы были убраны в высокий тугой пучок, как при первой встрече, мелькнуло в памяти.
— Тася, проходи!—Богда говорил очень тихо, боясь спугнуть. Но она услышала и отмерла. Зашла в кабинет и прикрыла дверь.
— Богдан Тахирович…я подумала…
Богдан не выдержал, сорвался с места, взяв ее за руки, подвел к дивану.
— Сядь, пожалуйста.—сам же опять пристроился на углу стола.—Тась, говори, я тебя внимательно слушаю.
Настя смотрела на него, но не как обычно, а как будто пытаясь запомнить перед долгой разлукой. Богдану это не нравилось совершенно, про зверя лучше молчать. Он приготовился к прыжку. Черт, если она сейчас скажет, что уходит, он не удержит его. Идиот, какой же он идиот! Какой он выбор ей обещал? Нет его у нее…
— Богдан…я согласна попробовать.—Настя все так же смотрела ему прямо в глаза, а руки судорожно сжимали колени. Он видел, каких усилий ей стоило признание, видел и наслаждался ее ответом. Зверь расслабился…Он подождет, черт с вами, людишки, играйте в свои игры, все равно добыча его и он ее не упустит.
Богдан оттолкнулся от стола и единым плавным движением сел рядом и, подхватив Тасю, усадил боком к себе на колени. Он некрепко сжал ее в объятиях и уткнулся носом в макушку.
— Тасечка, ты не пожалеешь.— Он осторожно гладил ее по спине, успокаивая волнение и свое и ее.
— Только у меня тоже есть одно условие, Богдан…—Она осторожно провела по его лицу кончиками пальцев, слегка коснувшись указательным пальцем его плотно сжатых губ. Он не выдержал, зубами осторожно задержал движение пальца. Они смотрели друг на друга, Богдан провел языком по коже и разжал зубы, сжав палец губами. Тася потянула руку на себя и коснулась своих губ, пальцем, мокрым от его слюны. Богдан сгорал…его член упирался с мягкую женскую попку, разрывая тонкую ткань формы.
Если сейчас кто-то постучится, это будет пиздец…
Настя заерзала, усиливая давление.