Паук

Весь день Хэймин работает в своём новом кабинете, обживая его и давая распоряжение рабочим до конца недели заняться ремонтом и здесь тоже. Когда вечером на экране его мобильного отображается входящий звонок от Гюнсо, где-то глубоко под кожей появляется тянущее чувство чего-то надвигающегося. Должно было вот-вот произойти что-то неизбежное, и Хэймин всецело доверял своему чутью. «Глава хочет тебя видеть», — слышится напряжённый голос Хва Гюнсо в трубке, и всё становится на свои места. Глава никогда не вызывал к себе по мелочам, предпочитая отдавать распоряжения и передавать информацию через помощников. Хэймин бросает короткое: «Еду» и сбрасывает звонок. Очевидно, что Организация приняла в отношении него какое-то решение, и это означало, что от самого Хэймина здесь уже ничего не зависело.

Поправляя нательную кобуру, он выходит из кабинета, даёт рукой молчаливый знак охранникам на входе и скрывается за входной дверью, вдыхая уличную свежесть и направляясь к машине. Хэймин не думает о том, зачем его захотел видеть Глава — это бесполезно, лишь заводит мотор и вжимает педаль газа в пол. Мимо проносится шумный город, никогда не спящий и безразличный к чужим проблемам, а в окнах домов зажигается первый свет. Кто-то сейчас спешил с работы, кто-то стоял в бесконечной пробке где-то на светофоре, а кто-то проводил вечер за просмотром какого-нибудь фильма — люди вокруг жили свою самую обычную жизнь, даже не подозревая о существовании Ван Хэймина, для которого этот вечер мог стать последним.

Чёрный «порше», петляя по улицам Центрального района, останавливается напротив массивных колонн главного входа отеля «Ритц». Ван Хэймин выходит из машины и поднимается по широким мраморным ступеням, где к нему навстречу тут же спешит швейцар, провожая внутрь. Двое охранников досконально досматривают его, говоря сдать всё огнестрельное и холодное оружие, и, наконец, пропускают, тут же передавая о прибытии Хэймина по рации. Он был здесь не единожды, зная все правила, и каждый раз его лицо не выражало ничего, скрывая мысли и эмоции под непроницаемой маской сдержанности.

— Следуйте за мной, — говорит ему подошедший портье, ведя его к лифту.

Хэймин заходит вслед за парнем в лифт, прослеживает взглядом за закрывающимися перед ними дверьми. Подняться на последний этаж, преодолеть холл и пройти до конца коридора — он знает весь путь, смотря на мелькающие цифры на табло. Звенящая тишина, разбавляемая лишь звонким «дзынь» на каждом новом этаже, и бесконечно тянущееся время. Хэймин не смотрит на портье и не говорит ни слова, чувствуя, как парень бросает на него робкие взгляды, полные любопытства и страха.

Он знал, с кем едет.

Хэймину всё равно на это, как и на самого портье.

— Приехали, — подаёт голос парень, когда лифт наконец-то достигает последнего этажа.

Оставляя портье позади, Хэймин молча выходит в просторный холл, сворачивает в коридор и идёт до самого конца, упираясь в единственную дверь, которая, словно по велению заклинания, открывается прямо перед ним. Никакой магии — лишь камеры вокруг. Его приход ждали, а за ним самим следили с самого его появления у главного входа. Хэймин не смотрит на встречающих его двух охранников у дверей, позволяет себя обыскать ещё раз и проходит внутрь президентского люкса. Его оставляют около примыкающей к гостиной двери, и Хэймин без колебания деликатно стучится в неё, тут же слыша короткое: «Входи».

Просторная комната в приглушённых тонах с большими окнами и тяжёлыми портьерами на окнах. Почти как его разрушенный взрывом кабинет. Он закрывает за собой дверь и проходит в центр расстеленного на дубовом паркете ковра, встречаясь взглядом с сидящим за массивным столом из тёмного дерева мужчиной, курящего сигару и улыбающегося ему. Сухой, в круглых очках и с проклёвывающейся в волосах сединой — мало кто мог бы подумать, что именно этот человек возглавляет Организацию, но Хэймин знает, насколько обманчивым может быть внешний вид. Он почтительно кланяется, получая дозволяющий говорить знак рукой, и выпрямляется, оставаясь неподвижно стоять на своём месте.

— Хэймин, — расплывается в ещё более широкой улыбке мужчина, стряхивая пепел в пепельницу. — Как добрался? Слышал, тебя задело при взрыве, — кивок на загипсованную руку.

— Благодарю, всё хорошо. Ничего серьёзного.

Мужчина вновь улыбается, и его глаза складываются в два смеющихся полумесяца, создавая иллюзию гостеприимного и доброжелательного отца, встречающего своих детей на Рождество. Хэймин знает, что этот отец прямо сейчас может пустить ему пулю в лоб, продолжая улыбаться своей милой улыбкой и не меняясь в лице ни на йоту.

— Мои люди доложили мне о случившемся в «Чёрном драконе».

— Последствия практически устранены, — тут же уведомляет Хэймин.

— Потери?

— Документация не пострадала, остальной ущерб сведён к минимуму. «Чёрный дракон» будет готов возобновить работу уже к концу месяца.

— Хорошо. Очень хорошо, — довольно качает головой мужчина, откидываясь в кресле и затягиваясь. — А что с виновными? Нашли, кто за этим стоял?

Хэймин знает, что Главе уже доложили обо всех его действиях и о каждом шаге внутреннего расследования, включая и его визит в дом Рёдзе. Про сотрудничающую с японцами крысу — одного из официантов клуба, которому он лично пустил пулю в лоб и который сейчас кормил червей в земле, Глава наверняка тоже знает, но Хэймин всё же не упоминает об этом.

— Са Рёдзе, господин. Мои люди сейчас ищут его.

— Доказательства? — выдыхает дым мужчина.

— Эксперты восстановили записи с камер наблюдения, а мои люди взяли исполнителя на попытке отправить в Афганистан партию наркотиков, часть суммы за которую была проведена через «Акидзава Групп». Ваш человек лично возглавлял расследование.

Мужчина в кресле делает новую затяжку и довольно усмехается, стряхивая пепел.

— Не скромничай, мальчик мой, Ли Чэй доложил мне, как ты руководил действиями группы, находясь в больнице. Хорошая работа. С Са Рёдзе мы разберёмся, не переживай. Он уже давно у нас на крючке. Давай лучше поговорим о твоём положении в Организации. Я следил за твоей работой всё это время и могу сказать, что полностью доволен твоими делами. Ты сумел навести порядок не только на своей территории, но и расширил наши поставки на заграничном рынке. Я очень доволен тобой, Ван Хэймин.

Хэймин слушает речь мужчины и не позволяет себе расслабиться ни на секунду, хоть и понимает направление этого разговора.