Страница 5 из 26
А сейчас, глядя на струящуюся по стеклу сырость, въедающуюся в стены, Адель тихо вздохнула. Волосы, собранные в небрежный узел, всё ещё тянулись к плечам — тяжёлые, как старые воспоминания. Каждая прядь будто впитывала этот дождливый день — влажный, усталый, бесконечный.
Она провела ладонью по виску, чувствуя холод на коже.
— Хватит, — прошептала себе.
Упрямо подняла голову, отбросила за ухо влажную прядь и направилась к мастерской. Дверь скрипнула — как всегда, неотремонтированная, но Кристофер и не обращал внимания на такие мелочи.
Внутри пахло озоном, горячим металлом и древесной пылью. Кристофер сидел за верстаком, склонившись над чертежом, освещённым тусклым светом паровой лампы. Его пальцы замерли над схемой, перо едва дрожало — он был глубоко погружён в задачу, как всегда.
— Я больше не могу, — сказала Адель, остановившись в дверном проёме.
Он медленно поднял глаза, будто выныривая из другого мира.
— Что случилось?
— Нужен фен, — сказала она.
— Фен? — переспросил он с недоумением, словно услышал слово из другого языка.
— Да. Устройство, которое дует горячим воздухом. Без огня. Чтобы сушить волосы, — пояснила, бросая взгляд на свои пряди, всё ещё тяжёлые от влаги. — У нас это было в каждой квартире. Простой аппарат, который значительно упрощает жизнь.
Кристофер задумался. Его взгляд скользнул к стопке старых артефактов в углу — там пылился полуразобранный вентилятор с ручным приводом.
— Горячий воздух… — пробормотал он. — Теоретически можно попробовать магию ветра с термонагревом. Но это сложно. Один сбой в резонансе — и не только волосы сгорят.
— Ты же справился с «Поющим чайником».
— Чайник — это звук и тепло. Просто. А тут — энергия, направленный поток, контроль температуры… Риск.
— Значит, сделай так, чтобы не было риска, — сказала Адель. — Это твоя работа.
Он посмотрел на неё — мокрую, уставшую, но всё ещё стоящую прямо, с упрямой надеждой в глазах. На прядях волос, что прилипли к щеке. На руках, сжатых в кулаки, словно она уже готова доказать: можно иначе.
Он понял, что Адель не просила вернуть её домой. Она хотела просто — чтобы здесь было уютно.
И в этом простом человеческом желании было больше магии, чем во всех его кристаллах.
Он опустил перо и тихо сказал:
— Ладно. Попробуем.
Через неделю он позвал её в мастерскую:
— Готов. Показываю.
На верстаке стояло устройство — железная трубка, похожая на миниатюрную пушку.
С одной стороны — вентилятор из тонкого металла, с другой — магический элемент тепла, а посередине — охлаждающая решётка.
— Это первый прототип, — сказал он. — Должно сработать.
— А как проверишь? — спросила Адель.
Он достал стеклянную банку, надел на неё чёрный мокрый парик из конского волоса. Поставил на кирпич, отошёл на шаг.
— Смотри.
Включил.
Из насадки вырвался поток горячего воздуха. Парик зашевелился, начал сохнуть.
— Работает, — сказала Адель.
И вдруг — конский волос вспыхнул.
Резко, с хлопком и дымком, словно спичка, брошенная в порыв ветра.
Банка покрылась копотью. Запахло гарью.
Он сразу выключил.
— Перегрев, — констатировал.
Адель подошла, с трудом подняла устройство, покрутила в руках, оценивая его весомость.
Корпус был тёплым — не от прикосновения, а изнутри, словно механизм ещё не остыл после работы.
На мгновение задержала пальцы у основания ручки, где металл смыкался с деревом, и подумала: «Нагрелся. Сильно. Даже слишком для первого запуска». Но промолчала, слегка нахмурившись.
Потом взяла лист бумаги и карандаш.
— Вот, — сказала, рисуя. — Оно должно быть в руке, а не на столе. Лёгкое и удобное.
Рисунок был далёк от инженерных чертежей, но удивительно понятен.
Она показала, как должна ложиться ручка, как примерно рассеиваться поток, как выглядеть насадка. Нарисовала пару вариантов.
— И чтобы не казалось, что держишь оружие, — добавила она. — А будто… ухаживаешь.
Кристофер смотрел на чертёж. Потом — на неё.
Она не просто чертила. Она рисовала ощущение.
Он — привыкший к формулам и расчётам — вдруг понял: это и есть начало настоящего изобретения.
— Я доделаю, — сказал и надолго исчез в мастерской.
Новая версия была шикарна.
Устройство обшили тёплым деревом, отполированным до мягкого блеска.
Ручка — удобная, словно созданная под ладонь.
Насадка — широкая, с сеткой, чтобы поток не бился в кожу, а нежно обволакивал.
Внутри — два кристалла: один плавно регулировал нагрев, второй отключал питание при резком скачке температуры.
Он включил прибор.
Из насадки полетел ровный, тёплый воздух — мягкий и приятный, как ветер с юга.
— Попробуй, — сказал он. — Не бойся. Теперь не загорится.
Адель взяла устройство, направила на волосы.
— Работает, — улыбнулась. — И не жжёт.
— И не горит, — добавил он.
Она рассмеялась.
Он — тоже.
В патентное бюро пошёл один.
— Ты и так знаешь, что я скажу, — махнула рукой Адель, — а мне там делать нечего.
Гордред поднял глаза:
— Опять вы?
— Да. Устройство для сушки волос с автоматическим отключением.
— Название?
— «Тёплый ветер».
Он осмотрел прибор, потрогал насадку, заглянул внутрь.
— Кто автор?
— На двоих, — сказал Кристофер. — Кристофер из рода Аэронн и Аделаида Фалери.
Гордред вздохнул, но спорить не стал.
Чайник уже продавался в семи городах. Гильдия получила свою долю.
— Ладно, — сказал он. — Класс 7-Б, подкатегория «Бытовая магия ухода».
Пока писал бумагу, добавил:
— Кстати, по первому патенту уже поступили средства. Первые дивиденды.
Кристофер замер.
— Что?
— Да. Счёт пополнен, довольно прилично.
Он не ожидал. Не думал, что кто-то станет платить за чайник, который просто поёт.
— Сколько? — тихо спросил он.
— Достаточно, чтобы задуматься ещё об одном изобретении, — усмехнулся Гордред. — Я как раз собирался к вам съездить с предложением поработать над новым проектом. Но вижу — у вас и без меня хватает дел.
Кристофер кивнул и взял патент в руки.
Бумага жгла карман, а сумма первых дивидендов никак не укладывалась у него в голове.
Он мог больше.
Нет.
ОНИ могли больше.
Но не потому, что он — мастер.