Страница 47 из 53
— Поняла, – всхлипнув, кивнула она. – В общем, мы с Костей учились вместе в институте. У нас сложилась своя компания, довольно дружная: я, Костя, Ростик, это его друг, ну и еще несколько человек. Но потом она распалась. Одна пара из нашей компании поженилась, у них уже родились дети. Костя и Ростислав тоже не теряли времени даром и крутили романы. А я.. я осталась совсем одна. Ни друзей, ни любимого. Вернее, любимый был, это Костя..
— Или Ростислав, – добавила я и, встретив удивленный взгляд Ольги Лысовой, объяснила: – Ну, ведь вам было все равно, за кого выйти замуж, не так ли? Оба парня – отнюдь не бедные, из состоятельных семей, ведь так?
— Это вам Ростислав рассказал? – со злостью спросила Лысова. – Нет, не так. Я всегда любила Костю. Знаете, когда мы были на первом курсе, я все время боялась узнать, что у Кости появилась любимая девушка. И она у него действительно появилась. А потом – вторая, третья.. Потом я боялась узнать, что Костя стал чьим-то мужем. Не стал. Но мне от этого было не легче. Я поняла, что он не станет и моим мужем. И когда он, после череды своих увлечений и отношений, вдруг пришел ко мне, я восприняла это как подарок судьбы. Ну а потом у нас родилась дочка Катенька. Костя обрадовался, материально очень хорошо нам с дочкой помогал. Все шесть лет.. Я рассчитывала, что Костя все-таки согласится.. согласится, чтобы мы жили все.. втроем. Нет, я не рассчитывала на официальный брак, свадьбу там, свадебное путешествие. Я ведь знала, что Костя не согласится.. но все равно надеялась, – тяжело вздохнула Лысова.
— Кто вам сообщил о смерти Константина Владимировича? – спросила я.
— Нотариус Андрей Даниилович, он мне вчера позвонил и сказал, что сегодня состоится оглашение завещания Кости, – сказала Ольга.
— Вы знали про завещание? – спросила я.
— Точно – нет, – покачала головой Ольга. – Я вообще не думала, что Костя будет писать завещание. Все-таки он молодой мужчина. Но он не раз говорил, что не оставит нас с Катенькой без поддержки. Так что.. не могу сказать, что я сильно удивилась. Больше была в шоке – как так, взял и умер?..
— Ладно, пока у меня к вам вопросов больше нет. Оставьте свои координаты: телефоны и адрес. И никуда не выезжайте, вы можете понадобиться для дачи показаний, – предупредила я.
— Я что, нахожусь под подпиской о невыезде? – спросила Ольга Лысова.
— Разве я взяла с вас подписку, Ольга Петровна? Я предупредила вас для того, чтобы правоохранительные органы и я не разыскивали вас повсюду, – сказала я.
Ольга написала свои телефоны и адрес и вышла из моей машины. А затем Ольга Лысова подошла к Владимиру Леонидовичу, который стоял около офиса нотариуса и ждал свою сноху.
Я подумала, что нужно позвонить Кирьянову, для того чтобы обсудить с ним встречу у нотариуса и открывшиеся обстоятельства по поводу наследства Константина Чернохвостикова. Пожалуй, необходимо основательно раскрутить эту Ольгу Лысову. Ведь она, что там ни говори, является заинтересованным лицом. Правда, совсем недавно, до оглашения завещания, мы с Владимиром обсуждали другую версию. Однако и эту версию отвергать полностью не следует, ведь все-таки выглядит это все довольно подозрительно, как-никак корыстные побуждения здесь налицо.
Я набрала Кирьянова, но в трубке послышались короткие гудки: значит, Владимир сейчас занят.
Ладно, тогда позвоню сейчас Андрею Мельникову и попрошу его пробить номер, который я несколько раз видела в телефоне Константина Чернохвостикова и по которому он звонил незадолго до того, как улетел «на Кубу».
Я набрала знакомый номер.
— Андрюш, привет, это я, Татьяна, – сказала я в трубку.
— О, Таня, рад тебя слышать! – воскликнул Мельников. – Как дела, как жизнь молодая?
— Дела ты сам знаешь у кого, извини за банальность. А жизнь бьет ключом, – ответила я.
— Надеюсь, не по голове? Я тоже извиняюсь за банальность. Ладно, Тань, обменялись приветствиями, теперь можно поговорить серьезно. Ты ведь мне не просто так звонишь, я угадал? – спросил Андрей.
— Андрюш, извини, что никак не выберу время поговорить с тобой просто так, за жизнь, как говорится, но..
— Ладно, Тань, не извиняйся, говори.
— Слушай, Андрюш, необходимо пробить один телефонный номер, – начала я.
— Давай, говори свой номер.
Я продиктовала.
— Ну, молниеносно выяснить не обещаю, – предупредил Мельников.
— Да я и не настаиваю, – сказала я.
— В общем, Тань, жди звонка, сразу же позвоню, как только все выясню, – пообещал Андрей.
— Договорились, – сказала я и отключилась. И сразу же вновь набрала Кирьянова.
На этот раз Владимир быстро ответил на мой звонок.
— Алло, Володь, у меня есть новости по делу Константина Чернохвостикова, – начала я.
— Слушаю тебя, Тань, – тут же отозвался Владимир.
— Значит, так. Сейчас на оглашении завещания Константина Чернохвостикова появилась некая Ольга Петровна Лысова. Оказалось, что у нее с Константином имеется общая внебрачная дочь Екатерина, шести лет от роду. Но это еще не все. Выяснилось, что Чернохвостиков шестьдесят пять процентов своего состояния завещал своей дочери и ее матери! Шестьдесят пять процентов, Карл! Тьфу, Володь! И только тридцать пять процентов достанется родителям. Как тебе такое, а?
— Хм.. тогда можно уж было смело накинуть еще пять процентов этой даме для ровного счета, – озадаченно произнес Владимир.
— Вот, и я так же подумала, когда услышала. Вообще, и я, и Владимир Леонидович просто выпали в осадок, когда узнали, как Константин распорядился своим имуществом. И вот теперь я думаю, что эта самая Ольга Петровна Лысова становится подозреваемой номер один. Как тебе такое? – спросила я.
— Ну.. Тань, сначала необходимо все тщательно проверить и выяснить, ведь нужны твердые доказательства ее причастности. И потом, как она, по-твоему, могла все это провернуть? – спросил Кирьянов.
— Как? Да легко! Сначала заставила составить завещание, потом – не сразу, конечно, а по истечении определенного времени, чтобы не вызвать подозрения, – обманом увлекла его в какое-то такое место, из которого он не смог выбраться. Ну а дальше – все очень просто. Морила его голодом и не давала воды. И все! Вывезла тело на Кумысную поляну, – раскрыла я свою версию.
— Ты что же, считаешь, что она смогла провернуть все сама, не прибегая ни к чьей помощи? – поинтересовался Владимир.
— Думаю, что она не стала бы рисковать, посвящая в это дело еще кого-то, – ответила я.