Страница 7 из 51
состояние, не поддающееся классификации. Пациент не демонстрирует физиологических реакций, характерных для нормального человека. Рекомендовано немедленное направление в специализированное психиатрическое учреждение для дальнейшего наблюдения и попытки вербального контакта.
Врач:
доктор [зачёркнуто], клиника [зачёркнуто].
Пациент помещён в изолированную палату. В течение 4 часов проводилась беседа с применением стандартных методик. Результат: полное отсутствие вербальной и невербальной реакции. Пациент не смотрит в глаза, не поворачивает голову на звук, не меняет позы.
Предположительный диагноз: мутизм на фоне острого психотического эпизода? кататония? диссоциативное расстройство? симуляция?
Рекомендовано:
перевод в клинику, специализирующуюся на работе с резистентными пациентами и лицами, совершившими особо тяжкие преступления в состоянии невменяемости.
Принято решение о переводе Пациента Х в закрытое психиатрическое учреждение «зачеркнуто» (Ангелс-Кэмп, Калифорния).
Ответственный за приём, размещение и первичную диагностику: доктор Джонатан Кейт, главный врач.
Контроль со стороны федеральных структур — специальный агент [зачёркнуто], отдел [зачёркнуто].»
Ниже — фотография. Мутная, чёрно-белая, словно распечатанная на дешёвом принтере. Молодой мужчина лет 25, со светлыми волосами, бледным лицом и ярко-синими глазами, которые даже на этом снимке казались неестественно синими.
Я перевернула фотографию. На обороте — штамп:
«К делу № [зачёркнуто]. Опознание не требуется.»
.
Я закрыла папку. Пальцы дрожали так сильно, что я едва справилась с чёрной лентой, которой она была перевязана. Внутри всё колотилось, пульс стучал в висках, какая-то истеричная вибрация где-то в груди, которую я не могла контролировать. Мой мозг взорвался фейерверком вопросов. Почему он не чувствует боли? Почему его отпечатков нет в базах? Почему он молчит? Что он видел? Что с ним сделали? Или что он сделал сам?
Я перелистнула страницы ещё раз, уже на автомате, вглядываясь в чёрные полосы, скрывающие даты, имена, адреса. Словно кто-то целенаправленно выдирал куски реальности, оставляя только голый скелет событий. Наша клиника никогда не была государственной. Мы частное заведение. Да, с хорошей репутацией, да, с доступом к сложным пациентам. Но чтобы вот так — гриф «Совершенно секретно», уровень «Эксперт-А». Я почувствовала, как холодок пробежал по спине. Что-то здесь было не так.
—
Анна?
Я вздрогнула так, что едва не упала с кресла. Доктор Кейт стоял на пороге — высокий, взъерошенный, с красными глазами и чашкой остывшего кофе в руке. В его взгляде мелькнуло удивление, сменившееся яростью.
— Какого чёрта ты делаешь? — спросил он, и его голос прозвучал зловеще...